— придутся ли они по душе тем, кто придет после нас».
Заслуга Альфреда (точнее — его советников, непосредственно занимавшихся составлением кодекса) состоит в более детальной разработке постановлений и расширении сферы действия законов. Разумеется, церкви были предоставлены особые привилегии, и преступления против нее карались строже прочих. Штрафы за причинение имущественного ущерба стали едиными, более подробно были расписаны штрафы за преступления против личности. «Если кто-то выбьет кому-то глаз, то пусть уплатит ему шестьдесят шиллингов и шесть шиллингов, и шесть пенсов и третью часть пенса в возмещение. Если же глаз остается на месте, но им ничего нельзя видеть, то следует вычесть третью часть этого возмещения».
«Правда короля Альфреда» состоит из сорока девяти вступительных и семидесяти семи основных статей. Вступительные статьи разнятся по содержанию. Некоторые из них представляют собой заповеди («сторонись лжи» или «никогда не принимай подношений»), а другие определяют наказание за содеянное («кто ударит своего отца или мать, пусть умрет смертью») или же регламентируют правила поведения в определенных ситуациях («мясо, растерзанное зверями, есть нельзя, отдавайте его собакам»).
Неугомонные датчане
Король Альфред Великий умер на рубеже веков — не то в 899 году, не то в 901. Трон унаследовал его сын Эдуард, зрелый муж и опытный полководец. Расклад был следующим — в северо-восточной Англии, вплоть до Нортумбрии, правили датчане, а юго-запад находился в руках Эдуарда, короля англов и саксов. Помимо сухопутного вторжения с севера владениям Эдуарда угрожала опасность с моря. Лондон находился между двух молотов, потому что до него можно было и дойти, и доплыть, но морская угроза была более весомой. Впрочем, и сухопутную нельзя было сбрасывать со счетов, поскольку по заключенному с Альфредом соглашению датчане получили земли, лежавшие к востоку от реки Ли, которая в наши дни впадает в Темзу на юге Лондона.
Еще при жизни Альфреда, в 892 году, викинги предприняли попытку захвата Лондона, но затея оказалась неудачной. Город успели хорошо укрепить, да и мотивация его защитников, хорошо представлявших, что ожидает их в случае поражения, была весьма высокой.
Лондон в Х веке
Давайте отложим в сторону легенды о Тристане и Изольде, поэмы о короле Артуре и даже (да простят нас все ценители классической литературы!) роман Вальтера Скотта «Айвенго». Романтика — это не для нас, ведь нам нужно представление, близкое к реальности.
При словах «дом» и «домашний обед» в нашем воображении сразу же рисуются печи, из которых доносятся восхитительные ароматы готовящейся еды, и уютно потрескивающие дрова в камине… Lasciate ogni speranza, voi ch’entrate[36]. Далеко не каждый, точнее — редко какой дом обладал такой роскошью, как печь. Для печи требовалось большое пространство, мало того, что она была велика сама по себе, так еще и вокруг нее должна была наличествовать некая «зона безопасности», не позволяющая огню перекинуться на обстановку и весь дом в целом (большинство домов были деревянными). Камин? Не смешите! Камин — это забава знатных людей, которые могут позволить себе тратить дрова без оглядки. К тому же он тоже должен устраиваться в просторном помещении, иначе при первой же топке сгорит весь дом. Как обогревались в холодное время года те, у которых не было ни печей, ни каминов? А никак! Затыкали все щели, надевали на себя все, что только можно было надеть, и ложились спать бок о бок, согревая друг друга теплом своих тел. Напрашивается вопрос — а как же бедные люди готовили пищу? Да никак они ее не готовили! Питались в харчевнях или на ходу, купив в пекарне горячий свежевыпеченный хлеб, а где-то поблизости — кусок мяса, колбасы или рыбы. Но можно было сразу купить пирог с начинкой и никуда больше не ходить. Фастфуд придумали не в ХХ веке, а много веков назад… Ну а если уж возникала необходимость приготовить что-то горячее в праздник или в какой-то иной знаменательный день, то люди складывали подготовленные продукты в горшок или котел и шли в ближайшую пекарню, благо далеко идти не приходилось, поскольку пекарни стояли на каждом углу. За скромную плату горшок ставился в горячую печь — то была стандартная услуга того времени.
Отличительной чертой крупных торговых городов, к которым относился Лондон, было широкое употребление вкусовых добавок к пище — различных пряностей и специй, большинство которых привозилось издалека и стоило недешево. Но на что только не пойдет человек ради своего удовольствия, а кроме того, все эти добавки сильно выручали в тех случаях, когда продукты начинали «доходить» (это типично лондонское выражение является синонимом слова «портиться»). Если кто не в курсе, то первые электрические холодильники появились в Лондоне практически одновременно с началом Первой мировой войны — богатые оригиналы заказывали их из Соединенных Штатов.
В наше время рестораны завлекают клиентов рассказами о том, что их блюда «приготовлены по старинным аутентичным рецептам», но знаете ли вы о том, что в незапамятные древние времена в мясо добавляли много соли? Мясные блюда чаще готовили из засоленного впрок мяса, нежели из свежего. Так что давайте оставим рассуждения о древней аутентичности в стороне… И вот вам еще одна кулинарная особенность больших старинных городов — вместо говядины здесь чаще употребляли телятину. Почему? Да потому что в стесненных городских условиях, на покупных кормах, было невыгодно доращивать телят до взрослых размеров.
Общеизвестно, что консервы впервые начали изготавливать в период Наполеоновских войн, но… Но прообраз консервов существовал с незапамятных времен, и чуть выше о нем было упомянуто вскользь. Пирог с начинкой — это не только удобство, но и возможность подольше сохранить начинку в хлебной оболочке. Иной раз тесто служило только оболочкой и ничем больше. С пирога снимали верхнюю корку, съедали начинку, а хлеб выбрасывали, поскольку он был несъедобным — пригорелым или чересчур сухим.
Городские стены строились на века, поэтому средневековые города не столько расширялись, сколько «уплотнялись». Не все могли позволить себе жить за пределами городских стен, ведь даже в городе, при наличии стен и стражи, жизнь нельзя было назвать спокойной. Богатые люди могли построить где-нибудь на приволье укрепленную резиденцию и содержать охрану, фермеры могли поселяться за стеной на свободных землях, но большинство все же жило внутри, где дома буквально лепились друг к другу. А почти все эти дома были деревянными. Одна выскочившая из печи искра могла уничтожить город…
«[В 962 году] случился очень смертоносный мор и был большой пожар в Лондоне, — сообщает летописец. — Собор Павла сгорел, и в том же году его начали строить заново». «Смертоносный мор» — это чума, которую завезли на остров
