– Прежде чем мы начнем обсуждать детали, мне необходимо, чтобы вы дали слово джентльмена никогда не упоминать мое имя в связи с этим делом. Даже если мы не придем сегодня к соглашению, я хочу, чтобы никто не узнал о моем участии в этой встрече, – твердо сказала Кэролайн. Затем тихо процитировала: – «Каждое слово грозит погубить репутацию».
– Полагаю, это Александр Поуп, – сказал герцог с веселым видом, приподняв свои пушистые брови. – Я слишком заинтригован, чтобы отказаться от соглашения, и потому даю слово никому не рассказывать о вас.
– Я тоже даю слово. – Дерек Дрейк кивнул своей светловолосой головой и, сощурив глаза, посмотрел на ее скрытое вуалью лицо. – Ваша тайна останется с нами.
– Хорошо. – Кэролайн сняла шляпу с вуалью и отложила в сторону. Затем пригладила волосы дрожащими пальцами. Ей стало немного смешно, когда она увидела шок на лицах обоих мужчин. В комнате воцарилась напряженная тишина.
Причиной этого была ее репутация. Она слыла в обществе холодной, недосягаемой женщиной, и уж никак нельзя было предположить, что она способна назначать встречи в сомнительных тавернах.
Как часто, подумала она, каждый из них терял дар речи?
Вероятно, крайне редко.
– Леди Уинн, – первым пришел в себя Роудей, однако, застыв с бокалом в руке, продолжал потрясенно смотреть на нее. – Признаюсь, я чрезвычайно удивлен.
Кэролайн нервно улыбнулась:
– Приятно удивлены, ваша светлость, я надеюсь?
Глава 4
Это было совершенно неожиданное открытие.
Николас не мог представить, что увидит перед собой Кэролайн. Он долго размышлял, кто из знакомых леди решится принять участие в их нелепом соперничестве, но имя женщины, сидящей сейчас перед ним, не могло даже прийти в голову.
Тем не менее, она находится здесь и смотрит на его удивленное выражение лица, слегка приподняв изящные брови, и в ее прекрасных серых глазах затаились веселые искорки. Выбор этой убогой гостиницы для встречи говорил о серьезности ее намерений, но ему трудно было поверить, что именно она послала ему такое вызывающее письмо.
Красивая молодая вдова покойного лорда Уинна имела репутацию, которая охлаждала пыл самых решительных поклонников. Он не был близко знаком с ней, однако она была права: они с Дереком были представлены ей на одном из светских мероприятий. Ее холодная неприступная внешность говорила мужчинам, что они нисколько не интересуют ее. Николас, сочтя, что она довольно привлекательна, тем не менее, отбросил всякие мысли о дальнейшем знакомстве с ней. Кроме того, она была моложе тех опытных женщин, с которыми он обычно делил постель. Насколько он помнил, она в течение нескольких лет была замужем за виконтом, прежде чем тот внезапно скончался, и потом гораздо дольше, чем необходимо, соблюдала траур. Ей было не более двадцати трех лет. Вполне подходящий для брака возраст. При этом она была чрезвычайно привлекательной и потому опасной для любого мужчины, дорожившего своей независимостью.
К коим относился и он. Возможно, «независимость» не вполне подходящее слово. То; что он ценил, было более сложным понятием.
Николас вдруг почувствовал тревогу и попытался найти подходящие дипломатичные слова.
– Миледи, вы, безусловно, очень милы, и потому сюрприз нельзя назвать неприятным, однако не считаете ли вы свой поступок несколько опрометчивым?
Дерек сидел с задумчивым выражением лица. Николас предположил, что в голове друга крутились подобные мысли.
– Э-э... я согласен, – сказал Дерек. – Поверьте, у меня нет возражений, однако вам не следовало бы...
– Растрачивать свое целомудрие? – прервала его Кэролайн, с наигранной скромностью опустив ресницы. Ее глаза были не голубые, но чисто серые. Густые каштановые волосы блестели на фоне безупречной светлой кожи лица. Яркая красота Кэролайн особенно подчеркивала убожество этой темной, неприглядной комнаты. – Хочу напомнить вам, джентльмены, я вдова и уже давно утратила целомудрие.
Николас сделал глоток из своего бокала и попытался осмыслить такой неожиданный поворот событий.
– Вы еще очень молоды и вполне можете снова выйти замуж. Я сомневаюсь, что будущий супруг одобрил бы ваше участие в этом пари.
– Ваша светлость, я не имею намерения повторно выходить замуж. У меня нет такой необходимости, так как я независима в финансовом отношении, и, если когда-нибудь еще раз вступлю в брак, то, во всяком случае, не ради денег мужа. – Она вызывающе посмотрела на обоих мужчин.
«Ну, уж с этим едва ли можно согласиться», – подумал Николас. Однако его восхитило то, как независимо она держалась. Он вспомнил о существовании двойного стандарта в отношении женщин. Легкодоступные леди нравятся мужчинам, но их редко берут в жены.
Кэролайн продолжила деловым тоном, словно они сидели в каком-то благопристойном месте, а не в сомнительной гостинице, где обсуждали ее кандидатуру:
– Поскольку я вдова, то обладаю достаточной свободой. К тому же никто не заподозрит, что я способна на такие вещи.
– Я никогда бы не поверил, – согласился Николас, усмехнувшись, и подумал, что, вероятно, ее покойный муж был недостаточно хорош в исполнении своих супружеских обязанностей. Он помнил покойного лорда Уинна, и тот оставил приятное впечатление при их коротком знакомстве. Однако известно, что отношение мужчин к случайным знакомым и к своим женам может существенно отличаться.
– Вы слишком мало знаете обо мне, ваша светлость.
С ее красотой она, можно сказать, являлась воплощением Венеры, однако неизвестно, соответствует ли соблазнительная внешность чувственности. Говорили, что северные льды теплее, чем леди Уинн.
– Охотно признаю, – кивнул Николас, глядя ей в глаза.
Однако эти выразительные глаза говорили еще что-то. Он чувствовал, когда нравился женщине, и казалось, это был один из таких случаев.
Неужели чопорная леди Уинн тоже поддалась его обаянию? Как интересно!
– Если мы никогда не откроем ваше имя, – вмешался Дерек, – то, пожалуйста, объясните, миледи, как вы собираетесь объявить о результатах спора.
Кэролайн слегка кивнула, словно ожидала этого вопроса.
– Я все продумала. С вашего согласия я опубликую результаты в газете в разделе светской хроники. Естественно, анонимно, и, поскольку мое имя останется неизвестным, я позволю себе описать мои искренние впечатления.
Это заявление вновь возродило дух соперничества у друзей, хотя Дерек никак не показал этого и Николас также продолжал сохранять спокойный вид.
– Прекрасно, – сказали они в унисон, затем посмотрели друг на друга с взаимным вызовом.
