Временами занятый другими операциями Черноморский флот ослаблял свое внимание к Зунгулдаку и прерывал действия против него. Это немедленно усиливало вывоз угля и сейчас же вызывало напоминание со стороны союзников о недостижении цели. В этом отношении ни в период перед войной, ни в те три месяца, которые Черноморский флот имел в виде отсрочки, не было сделано ничего решительного и определенного для установления связи с операциями союзников, действовавших на средиземноморском театре. Не было установлено ничего и в последующие периоды войны{55}.
Иронией звучат, например, после всех бомбардировок и массового уничтожения транспортных средств Турции, когда командование доносило о достижении полного прекращения подвоза угля, новые просьбы союзников из Архипелага об «усилении» активности в деле прекращения доставки угля в Константинополь. Как устанавливают документы, последняя просьба об этом относится к 24 сентября 1916 г., то есть уже в командование Колчака, в самый разгар усиленных операций по заминированию Босфора, предпринятых с целью прекратить всякий выход каких бы то ни было судов из Босфора.
Подобные «напоминания», естественно, возвращали внимание командования к Угольному району, и оно снова принимало одну из обычных форм воздействия на противника. Такие спорадические вспышки мы видим на всем протяжении империалистической войны.
Чем вызывалась такая длительная неудача в достижении цели? Почему ни одна из принятых мер и все они в совокупности не привели к решению проблемы?
Чтобы ответить на эти вопросы, необходимо рассмотреть сущность всех предпринятых в этом направлении операций, разобрав наиболее типичные из них. По методам использования боевых средств это были: бомбардировки, налеты с воздуха, закупорка гавани и, наконец, блокада.
БОМБАРДИРОВКА ЗУНГУЛДАКА 6 НОЯБРЯ 1914 г.
Первая бомбардировка Зунгулдака, положившая начало длительному ряду операций против Угольного района, выполнявшихся в течение всей войны, была произведена 6 ноября 1914 г., через восемь дней после начала войны на Черном море, во время второго похода Черноморского флота к берегам Турции.
Этот поход, продолжавшийся с 4 по 7 ноября, имел своей целью выполнение двух задач: постановку минного заграждения с миноносцев у Босфора и бомбардировку Зунгулдака.
Для выполнения первой задачи были предназначены четыре новых, только что вошедших в строй, нефтяных миноносца: «Дерзкий», «Гневный», «Пронзительный» и «Беспокойный»{56}, — которые должны были, приняв полный запас мин (по 60 шт. на миноносец{57}), выйти вместе с флотом и на пути, отделившись к Босфору, поставить здесь в ночь на 6 ноября минное заграждение против выхода, в 12 милях от берега. В случае встречи с сильнейшим неприятелем миноносцы должны были отойти под прикрытие флота, находившегося в море. Цель операции — постановка мин на вероятных путях неприятеля.
Операция эта была выполнена в назначенное время, но ввиду неточности счисления и отсутствия промера мины были поставлены на больших глубинах, и многие из них, оказавшись под действием давления воды, взорвались. За время постановки на миноносцах было насчитано свыше 50 взрывов[29]; вообще, нужно считать, что поставленное заграждение было в большей своей части уничтожено в момент постановки{58}.
Вторая задача похода — бомбардировка Зунгулдака — протекала при следующих обстоятельствах.
Выйдя 4 ноября из Севастополя, флот в составе дивизии линейных кораблей («Евстафий», «Иоанн Златоуст», «Пантелеймон», «Три Святителя» и «Ростислав»), крейсеров «Кагул», «Память Меркурия» и «Алмаз» и минной дивизии в составе девяти миноносцев направился сперва к румелийским берегам, откуда спустился к Босфору, с целью прикрыть операцию постановки. По ее выполнении флот лег курсом на Зунгулдак с расчетом подойти к Угольному району с рассветом 6 ноября.
5 ноября на пути к Зунгулдаку командующий флотом, подозвав к себе миноносец «Капитан-лейтенант Баранов», приказал ему передать на «Ростислав» и «Кагул» следующее приказание; «Завтра будете обстреливать Зунгулдак; там [следует] уничтожить краны для погрузки угля на молу, на малой пристани, землечерпалки и ремонтные мастерские. «Ростиславу» разрешается выпустить не более 60 254-мм снарядов и 80 152-мм снарядов. Продолжать стрельбу не более получаса, ходить не ближе 200 м глубин»[30].
В 7 ч 30 мин. с подходом флота на видимость берегов, «Ростислав»[31] и «Кагул» по сигналу командующего флотом отделились и направились к Зунгулдаку в сопровождении шести миноносцев 4-го и 5-го дивизионов для охраны{59}.
Погода, бывшая с утра слегка пасмурной, к моменту начала бомбардировки испортилась: пошел дождь, и мгла затянула берег, сильно затруднив наводку.
В 8 ч 20 мин, подойдя на дистанцию в 75 кб, «Ростислав», имея в кильватере «Кагул», начал бомбардировку указанных целей из 254-мм башенных орудий. Из-за дождя и мглы точного места падения снарядов не было видно, поэтому командир ограничился огнем лишь одного 254-мм калибра, постепенно сократив расстояние до 50 кб. За полчаса стрельбы было выпущено 26 снарядов, причем наблюдалось несколько пожаров на берегу. Однако точных результатов обстрела установить не удалось. В 8 ч 50 мин стрельба была окончена, и «Ростислав» пошел на соединение с флотом.
Во время стрельбы «Ростислава» «Кагул» огня не открывал, так как с той дистанции огонь 152-мм калибра был бы недействителен. Когда стрельба корабля была окончена, «Кагул» в сопровождении миноносцев приблизился к берегу на 50 кб и занял позицию на NW 22 от маяка. Однако к 9 ч мгла настолько сгустилась, что крейсер должен был перейти на новую позицию в 42 кб. В 9 ч 05 мин «Кагул» открыл огонь по элеватору и после двух пристрелочных залпов перешел на поражение района гавани. После первых 15 залпов всю гавань заволокло дымом, поэтому стрельбу пришлось перенести на заводские постройки{60}.
Схема 3. План Зунгулдакского порта (по данным 1914 г.)
Всего было сделано 30 залпов с расходом 230 152-мм снарядов. В 9 ч 30 мин крейсер окончил стрельбу и присоединился к флоту. Во время бомбардировки под берегом в районе Зунгулдака были замечены два парохода, из которых один был уничтожен миноносцами, другой расстрелян «Кагулом» на обратном пути к флоту{61}.
К 11 часам по присоединении «Кагула» и миноносцев флот, построившись в походный порядок, намеревался лечь на N, чтобы идти в Севастополь, когда дозорный крейсер «Память Меркурия», а затем и другие корабли увидели слева (мористее) во мгле силуэты двух больших пароходов; вскоре за ними был обнаружен и третий.
Это оказались три больших турецких транспорта, «Безми Ален», «Митхад-Паша» и «Бахри Ахмет», шедшие в Трапезунд с войсками и военными грузами для турецкой армии, действовавшей на Кавказе. Огнем эскадры все три транспорта около 11 ч 30 мин были потоплены, причем миноносцами спасена часть команды и перевозившихся войск{62}.
Транспорты эти, выйдя ночью из Босфора, следовали без конвоя вдоль берегов Анатолии и, обнаружив неожиданно русский флот, имели намерение, пользуясь мглой, обойти его мористее, но были замечен{63}.
Покончив с транспортами, флот лег курсом на Севастополь и, выдержав на обратном пути сильный шторм{64}, 7 ноября вернулся в базу.
Общая оценка бомбардировок
Общее число бомбардировок Зунгулдака и других мест добычи угля крупными кораблями и миноносцами за все время войны превышало 255. При этом крупные корабли имели целью существенное разрушение технического оборудования добычи угля (гавани, молов, эстакад, промывочных зданий, подъездных путей и пр.), а миноносцы — воспрепятствование восстановлению разрушенного и уничтожение еще сохранившегося от крупных бомбардировок. Тем не менее, пользуясь периодами спокойствия, турки очень быстро восстанавливали добычу угля и, заменяя разрушенное примитивными средствами, упорно продолжали добычу и транспортировку угля. Ни сами разрушения, ни гибель громадного числа паровых и парусных судов не останавливали снабжения. Через самые короткие промежутки времени после серьезных бомбардировок разведка доносила о присутствии за молом Зунгулдака пароходов и парусников, грузящихся углем. Несмотря на то, что большинство из них топилось, новые пароходы и фелюги снова высылались, хотя очень малому проценту удавалось прорваться. Это продолжалось всю войну, и еще осенью 1916 года подводная лодка «Тюлень» с боя захватила один из наиболее счастливых прорывателей угольной блокады — вооруженный транспорт «Родосто». Все это доказывало, насколько велика была нужда в угле.
