Элинор больше часа провела с Карлотой и доном Мигелем, и за все время они ни слова не сказали о ребенке. Элинор поняла, что о нем больше никогда не скажут — ни при каких обстоятельствах. Элинор вежливо спросила о Португалии. Она узнала, что доходы дона Мигела обеспечивали вино и пробка. Он владел огромными лесами пробковых дубов, а также фабрикой, где пробку обрабатывали в Порталегре. Она узнала, что сравнительно маленькая страна Португалия обеспечивала половину поставок пробки для всего мира.
— Если теперь вам захочется уйти и поболтать со своей подругой, — неожиданно сказал дон Мигел Элинор, — я дам знать, когда буду готов к отъезду.
— Спасибо. Да, я бы хотела провести примерно полчасика с сестрой Лейленд. — Элинор встала, не вполне поняв, то ли дон Мигел сказал это из любезности, то ли таким образом отсылал ее прочь. — До свидания, дона Карлота, — улыбнулась она и, быстро взглянув на дона Мигела, добавила: — Может быть, я приду еще. — Она произнесла это слегка вопросительным тоном, не сводя глаз с его сурового лица.
Дон Мигел склонил голову.
— Завтра вечером? — предложил он, и Элинор тут же согласилась.
Джун ужасно хотелось узнать причину дружелюбного отношения графа. Элинор сделала вид, что не понимает, и спросила, что та имеет в виду, добавив, что граф вовсе не показался ей дружелюбным.
— Он разрешил тебе навестить дону Карлоту, — заметила в ответ Джун, с подозрением глядя на подругу. — С нами он ведет себя очень замкнуто, и нам, как я тебе рассказывала, строго запретили задавать вопросы о девушке.
— Не могу понять, почему он захотел, чтобы я навестила дону Карлоту… если только… я, кажется, ей понравилась, а дон Мигел почувствовал, что она одинока. — Это была ложь во спасение. Потому что Элинор подозревала, что дон Мигел не оставил надежду нанять ее на работу.
Элинор почувствовала облегчение, когда Джун прекратила дальнейшие расспросы. Они обсудили предстоящий отпуск. Девушки собирались на несколько дней поехать к морю, а оставшееся время провести в столице, осматривая достопримечательности.
— Я снова приеду завтра вечером, — сказала Элинор, когда дон Мигел прислал к ней медсестру сообщить, что он готов к отъезду.
Элинор с подругой прошли к парадному входу и стали ждать графа.
— Но ведь это не твоя смена?
— Нет, я ухожу утром и вернусь в четверг. — Джун с любопытством глянула на Элинор и собралась что-то сказать. Но тут появился дон Мигел. Элинор быстро пожелала подруге спокойной ночи и поспешила к машине.
— Когда выпишут вашу сестру? — вежливо спросила она, устроившись на удобном сиденье.
— Я заберу ее домой через неделю, в понедельник.
— Десять дней, — задумчиво протянула Элинор. — А до тех пор она останется в частном санатории?
— До вечера перед самым отъездом, да. Карлота потеряла много сил… и ей лучше остаться там, где за ней будет хороший уход.
Элинор кивнула. Тишина продолжалась до тех пор, пока они с графом не пожелали друг другу спокойной ночи на автостоянке отеля.
Два дня спустя Элинор позвонила двоюродная сестра, у которой она жила после смерти матери за два года до поступления в колледж. Каникулы Элинор всегда проводила у Маргарет и собиралась переехать к ней, как только начнет преподавать. Маргарет сообщила, что Элинор звонил Терри Кершоу и она случайно ему сказала, что Элинор временно работает в отеле «Шерборн».
— Я брякнула, не успев подумать, — извинилась Маргарет. — Вспомнила, что ты его терпеть не можешь, только после того, как он сказал, что собирается провести выходные в Лондоне. Уверена, он зайдет тебя повидать. И я подумала, что лучше предупредить тебя об этом.
Элинор нахмурилась, глядя на телефонную трубку. Она ничего не ответила сразу — так рассердилась на Маргарет, что ей пришлось досчитать до десяти, чтобы скрыть раздражение в голосе.
— Жаль, что ты дала ему мой адрес, — наконец сказала она. — Нет смысла беспокоиться, раз это все равно не поможет.
— Я очень сожалею. Как ты думаешь, он станет тебе докучать?
— Он докучает мне уже три года. — Элинор с трудом сохраняла спокойствие.
— Ох, я чувствую себя просто ужасно.
Элинор прикусила губу и глубоко вздохнула.
— Забудь об этом, Маргарет. Ведь ты не обязана помнить, что я о нем говорила. Когда он приедет?
— Сказал, что сегодня вечером. Очевидно, поедет на автобусе. Сказал, что так можно больше увидеть, но, по-моему, он так делает потому, что это дешевле.
Элинор ничего не ответила. Терри Кершоу был известен в колледже своей скупостью. Он даже студентам, с кем порой посиживал в кафе, разрешал платить за свой кофе.
— Спасибо, что предупредила, — вздохнула Элинор. — Увидимся недель через пять.
Терри приехал в тот же вечер. Дон Мигел попросил Элинор вновь съездить повидать Карлоту, и девушка согласилась. Так что был хороший предлог отказаться от приглашения Терри пойти в кино. Она отказалась бы в любом случае, но, имея причину, ей было проще это сделать. Он не мог ни спорить с ней, ни пытаться переубедить. Но… только сегодня.
— Тогда пойдем завтра вечером, — настаивал Терри.
Они сидели в маленькой гостиной для персонала. Пока они разговаривали, Элинор все время посматривала на дверь. Она подумала, что, если кто-нибудь войдет, Терри придется уйти. Но никто так и не вошел. А поскольку они были наедине, Терри даже попытался взять ее за руку.
— Может быть, вы станете дружелюбнее? Я люблю вас… — Он замолчал и нахмурился, потому что она отодвинулась. — Я ваш директор, — выдавил он сквозь зубы. — Не забывайте об этом, Элинор.
— Пока что нет, — напомнила ему девушка.
Интересно, мелькнула мысль, сильно ли она побледнела? Ее терзал не только гнев, но и тревога за будущее. Жизнь для нее превратится в кошмар на целый год. Может, сменить работу? Но все решено, и даже разговор о перемене стал бы нарушением профессионального этикета. К тому же у нее не было разумного предлога. Не могла же она заявить, что боится возможных приставаний директора!
— Осталось пять недель, Элинор. Я стану вашим начальником… запомните, это похоже на должность капитана корабля, и подчиненным хорошо известно, что это значит.
— Даже если я стану у вас работать, это не означает, что вы можете мне навязываться. Я вам уже сказала, что не собираюсь с вами общаться…
— Я просил вас выйти за меня замуж, а не общаться. Я люблю вас… я никогда раньше никого не любил. Элинор, — он заговорил более смиренным тоном, — не ведите себя так. Если бы вы только знали, как вы мне нужны, вы бы стали ко мне добрее. А вы даже отказываетесь пойти со мной в кино. Пожалуйста, скажите, что вы пойдете.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
