В прямом. С квадрокоптера заметили что-то странное, вот и послали нас сюда, проверить.
— Ясно. Разведка боем?
— Вроде того. Только воевать, сам видишь, не с кем. Да и следы позаметало все, так что сейчас до второй точки прогуляемся, и обратно, а то можем до темна не успеть, — не хотелось бы снова на тварей этих наткнуться...
— Ты про волков? — спросил Андрей, перекидывая на спину карабин.
— Ну если можно так сказать. — неохотно ответил водитель буханки.
Тут вообще с ними, с мужиками этими, непонятно получается, вроде в разведку идём — если конечно так можно выразиться, а даже не познакомились. Сами мрачные, карабины на пузе держат, смотрят косо, такое ощущение что вот-вот за стволы схватятся.
— Ладно, давайте по машинам. — Видя что разговор не складывается, Андрей открыл дверь, и кивнув на подсевшее уже солнце, добавил, — а то на самом деле не успеем...
******
— Чего это с ними такое? Ты их вообще знаешь? — поворачивая вслед за буханкой, поинтересовался я.
— Да так... Пересекались несколько раз, по работе... — Андрей явно сам не понимал от чего мужики так себя ведут.
— Мрачные они какие-то... Злобные даже, неприятное ощущение производят...
— Да ладно тебе, а кто сейчас не мрачный? Ты и сам впечатление двоякое производишь...
— Ну-ну. Может ты и прав... Надо кстати резину посмотреть на лето, — я решил сменить тему на более нейтральную, — у меня есть «Кама» старенькая, но надолго её не хватит, тем более по пересечёнке.
Кто не гонял на уазе по полю, тот меня вряд ли поймёт, но если подобный опыт имеется, — сами знаете, удовольствие ещё то. Оно бы и хрен с ним, обычно такое бывает когда нужно срезать, или подъехать куда-то, дорог-то, в современном мире едва ли не больше чем направлений, но здесь, когда их нет совсем, трястись придётся постоянно, и резина, естественно, долго не проживет.
— У Валентин Иваныча есть комплект какой-то, вроде на пятнадцать, от Волги двадцать первой остался, может и на уазик подойдёт.
Валентин Иванович, — завхоз сельского клуба, мужик в годах уже, степенный такой, уверенный. Андрей хорошо его знает, помогает постоянно, то баннер повесить перед выборами, то с трубами разобраться, ну и в хоре они вместе поют, а сейчас стало быть ещё и служат.
— Надо ему сказать чтобы припрятал пока, а то еще реквизируют...
Оно может и не подойдёт, да и старая скорее всего, рассохшаяся, но в нашей ситуации и рак рыба, а уж тем более целый комплект резины.
— Хорошо. Скажу. Сейчас кстати к нему и заедем, заодно и новости узнаем, уж он то точно в курсе всего.
Валентин Иванович, — фамилию его я не знаю, раньше работал на большом заводе снабженцем, и за все годы на этой должности, приобрёл потребность постоянно что-нибудь доставать. Поэтому, идя на поводу этой своей потребности, до сих пор доставал, и тащил к себе всякую ерунду, вроде тех же, еще три дня назад никому не нужных, покрышек от древней Волги.
— Инвентаризацию, у него, провести неплохо было бы, пока кто-нибудь другой не подсуетился...
— Проведём. Мужик он хороший, думаю не откажет в экскурсии... — Предвкушающе ухмыльнулся Андрей, наверняка представляя себя в роли экскурсовода.
Вообщем покатавшись по полю ещё немного, — и не встретив ничего «такого», мы вернулись в село.
— Давай к Иванычу, быстренько глянем что там у него, и до дома. — напомнил мне Андрей, когда я едва не проспал поворот.
Дом, в котором жил наш завхоз, находился прямо возле речки, неподалеку от моста, место со всех сторон удобное, и с точки зрения подъезда, — никогда не заметает, и пляж опять же близко. Вот только комары по весне достают, их у воды намеренно бывает, да ещё вороны с лягушками, одни постоянно каркают, другие квакают.
Зимой только тихо, а особенно сейчас.
— Чего то он печку-то не топит? — выйдя из машины, нахмурился Андрей. — Дров я ему помог нарубить, вчера ещё... Странно...
Ну да, действительно странно, зима на дворе, а пенсионер печку не топит.
Ткнувшись в калитку, оказавшуюся закрытой, мы постучали, сначала по железной ручке, — чтобы громче, потом в окно, но изнутри не раздавалось ни звука.
— Может он в клубе? — предположил я, зная что тех у кого нет возможности отапливать свои дома, перевезли в клуб, благо он, как и школа, топился общей котельной, раньше работающей на газу, а сейчас переведенной на уголь и дрова.
— Не должен. — Андрей заглянул в окно. — Он если уходит, замок на дверь вешает, а сейчас изнутри закрыто... Давай через забор попробуем.
Сказано, — сделано.
— Стой. — Андрей показал на ведущую в дом, распахнутую дверь, и передернув затвор карабина, — он, в отличии от меня так и ходил с ним, осторожно заглянул внутрь.
— Твою ж мать!
Прямо на полу, в луже собственной крови, лежал Валентин Иванович, а чуть дальше, так же в крови, его жена.
Убедившись что и завхоз, и женщина мертвы, мы прошлись по дому — а в нём явно кто-то похозяйничал, и решив не разделяться, — мало ли что, поехали в клуб.
******
— Вот... — задумчиво посмотрел на трупы тот самый мужик что отправлял нас «в разведку», — а мы снаружи врагов ищем, думаем как защищаться будем...
Сообщив о происшествии главе, мы вернулись обратно уже гораздо большей компанией, такой, что у дома Иваныча от машин не было свободного места.
У нас в селе и раньше случались убийства, в основном по пьяни, но всё как-то проходило мимо меня, я и узнавал-то об этом только через какое-то время, и так, — постольку поскольку. А тут вот, только вчера с Иванычем разговаривал...
— Надо усилить патрулирование, — говорил глава людям в казачьей форме, — и всех стариков проверить, чую не только здесь эти твари поработали! Сейчас же возьми списки у Марины, и давайте, дуйте на обход!
Те покивали, и ничего не говоря, вышли наружу.
— Андрей! — Сергей Алексеевич переключился на нас, — ты же бывал у него, посмотри, может вспомнишь что пропало из дома.
Как выяснилось, основной целью мародёров были продукты,
