— Что иначе?
— «…иначе не станет ни Счастливого Дола, ни Эрвиса Карколо».
— Ну-ну, — почти весело заметил Эрвис. — Щенок показывает зубы.
— Может быть, Джоаз только хочет предупредить вас. Еще он добавил… Нет, я боюсь оскорбить…
— Говори!
— Он… я не смею… Короче говоря, он считает ваши старания создать армию просто жалкими потугами. Он утверждает, что вы несравнимо глупее его. Он предсказывает…
— Хватит! — вскричал Эрвис, потрясая кулаками. — Он мастер дурить головы, но ты-то как попался на эту удочку?!
Дэй Альфонсо покачал седой головой:
— Я всего лишь повторяю его слова — вы сами пожелали знать, что он говорил… А теперь, когда я выложил все, окажите мне услугу. У меня есть первосортные снадобья: наркотики, эликсиры, дурманы. Могу предложить бальзам вечной юности, украденный мною из сундука самого Верховного Жреца. Есть детишки обоих полов — красивые и послушные, отдам недорого. Я заговорю ваши хвори, исцелю шепелявость, развею ваши печали… А может, купите яйца драконов?
— Ничего мне не нужно, — проворчал Карколо. — А яйца драконов, из которых вылупляются одни ящерицы, и подавно. Что до детей, то Счастливый Дол кишит ими. Раздобудь мне дюжину Забулдыг, и можешь забрать хоть сотню ребятишек.
Грустно покачав головой, Дэй Альфонсо удалился. Эрвис Карколо облокотился на ограду и поглядел на небо.
Вечерело. Скин уже коснулся пика Отчаяния.
Это было самое чудесное время суток на Булыжнике. Когда ветры стихали, вокруг Скина появлялся золотистый ореол, а его сияние становилось дымчато-желтым и уже не слепило. На горизонте собирались тучи — предвестники вечерней бури. Они клубились, воспаряли и опускались, переливаясь всеми оттенками золотого, терракотового, охряного и палевого цветов.
Зашло солнце, поблекли золотые и оранжевые тона, мир окрасился в цвета пурпура и мореного дуба. С туч сорвались стрелы молний, черной стеной хлынул ливень. Люди в драконьих стойлах начали передвигаться осмотрительнее, поскольку поведение драконов в этот час было непредсказуемым — они становились вялыми и раздражительными.
С наступлением ночи дождь прекратился, над долиной пронесся холодный ветерок. Темное небо заполыхало мириадами мерцающих звезд. Самая яркая переливалась красным, зеленым, белым; красным, зеленым, белым…
Эрвис Карколо задумчиво смотрел на эту звезду. Одна мысль рождала другую, в его мозгу медленно вырисовывался план действий, который, очевидно, поможет раз и навсегда покончить с неопределенным положением, отравляющим ему жизнь.
Карколо кисло усмехнулся. Конечно, этого выскочку Банбека необходимо поставить на место… но если для пользы дела нужно идти на компромисс, что ж — быть посему.
И вот на следующее утро, вскоре после того, как менестрель Фейд увидела Жреца в кабинете Джоаза, в долину прибыл гонец от Эрвиса Карколо с приглашением на переговоры.
4
Карколо, Баст Гивен — главный ментор драконов — и два молодых флигель-адъютанта ждали на Банбекском обрыве. Позади, чуть расставив все свои ноги и убрав плечевые отростки, в одинаковых позах застыли четыре блестящих Паука. Это был новый выводок, гордость Карколо. Голову каждого Паука венчали рога в окружении частокола острых шипов, чередующихся с капюшонами цвета киновари; нагрудные пластины, покрытые черной эмалью, были снабжены умбонами. Люди носили традиционные одежды из черной кожи, короткие бордовые плащи и черные кожаные шлемы с длинными, ниспадающими на плечи кольчужными бармицами.
Четыре человека, кто с нетерпением, кто спокойно, ожидали прибытия Джоаза, разглядывали Долину Банбек. На юге раскинулись сельскохозяйственные угодья — поля вики, заросли локота[1], плантации беллегарда и пищевого мха. На другой стороне долины, неподалеку от Клайбурнской расселины, виднелись очертания кратера, оставшегося после взрыва корабля Породителей. На севере тоже расстилались нивы, за ними лежала территория драконов — стойла из черного кирпича, инкубатор и тренировочный загон, — а еще дальше начиналась Банбекская осыпь: давным-давно в этом месте рухнула часть склона, образовав непроходимое нагромождение камней и обломков скалы — подобно Большой осыпи около горы Гетрон, но, конечно, меньших размеров.
Один из флигель-адъютантов откровенно восхищался процветающей Долиной Банбек. Минуту-другую Карколо, отвернувшись, мрачно слушал его, затем бросил на наглеца испепеляющий взгляд.
— Половина нашей воды уходит в грунт, — говорил адъютант. — А посмотрите на их водохранилище!
— Точно, — поддержал другой. — Неплохая идея — укреплять стены каменной плиткой. Удивительно, как мы до этого не додумались?..
Эрвис открыл было рот, но отвечать раздумал и, прорычав что-то нечленораздельное, отвернулся. Баст Гивен сделал адъютантам знак замолчать.
Несколько минут спустя главный ментор заметил:
— Вот и Джоаз.
Эрвис посмотрел на Дорогу Кергана:
— Где же его эскорт? Он что, едет в одиночку?
— Похоже на то.
Банбек появился верхом на Пауке, покрытом бархатной попоной серого и красного цветов. На нем были серые брюки и серая рубашка, поверх он накинул свободный плащ из мягкой коричневой ткани. На голове его красовалась голубая бархатная шапочка с длинным козырьком. Поднятием рук Джоаз приветствовал гостей. Махнув в ответ, Карколо кивком приказал Гивену и адъютантам отойти.
— Дэй Альфонсо передал мне твои слова, — сердито произнес Эрвис, когда они остались одни.
Джоаз кивнул.
— Надеюсь, он ничего не напутал?
Карколо оскалил зубы:
— Несколько раз он прибегал к иносказаниям.
— Старик Альфонсо очень тактичен.
— Значит, я безрассудный, беспомощный человек, не заботящийся о благе Счастливого Дола? Альфонсо признался, что ты обозвал меня пентюхом.
— Такие вещи лучше передавать через третье лицо, — вежливо заметил Банбек.
— Как бы то ни было, ты думаешь, что нападение Породителей неминуемо?
— Да, если мои предположения верны и их родина находится в системе звезды Коралайн. В этом случае Счастливому Долу грозит серьезная опасность…
— А Долине Банбек? — язвительно поинтересовался Карколо.
Джоаз бросил на него удивленный взгляд:
— Разве ты не видишь? Я принял меры предосторожности. Люди живут в тоннелях, а не в хижинах. У нас есть несколько потайных ходов, ведущих и к Большой, и к Банбекской осыпям.
— Оч-чень интересно. — Карколо был сама учтивость. — Окажись твоя догадка верной — пока не будем обсуждать это, — такие меры были бы оправданны. Но мне кажется, ты ошибаешься. И в любом случае я считаю, что лучшая защита — нападение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
