Карколо угрюмо кивнул.
— Ну и каким же образом Джоаз умудрился так быстро добраться до кряжа?
Гивен отвернулся и, посмотрев на Северную Тропу, по которой в беспорядке спускались драконы и люди, ответил:
— Понятия не имею.
— Может быть, наркотик? Дурман для успокоения драконов? Может быть, армия Джоаза всю ночь стояла на Сканзе?
— Последнее наиболее вероятно, — нерешительно заметил Гивен. — У подножия Бархского Шина много пещер. Если он с ночи разбил там лагерь, то утром ему оставалось только пересечь Сканз.
— Боюсь, мы недооценили Джоаза Банбека, — вздохнул Карколо и со стоном откинулся на диван. — Ладно. Сколько мы потеряли?
Подсчет оказался плачевным. Из роты Забулдыг, и без того смехотворно малой, уцелело только шестеро. От пятидесяти двух Демонов осталось сорок, пятеро из них были покалечены. Ряды Злыдней, Голубых Ужасов и Убийц тоже сильно поредели, — одни погибли при атаке, другие разбились насмерть, сорвавшись в пропасть. Двенадцать человек были убиты из огнестрельного оружия, четырнадцать — растерзаны вражескими драконами, два десятка получили различной тяжести ранения.
Карколо лежал на спине с закрытыми глазами, губы его беззвучно шевелились.
— Нас спасло только то, что Банбек не решился войти в овраг, — заметил Гивен. — Это единственная тактическая ошибка, и допустил ее сам Джоаз. Он привел слишком мало Злыдней и Голубых Ужасов.
— Слабое утешение… — прохрипел Карколо. — Какова расстановка сил сейчас?
— У нас отличная позиция на Манящей гряде. Мы не заметили банбекских разведчиков — ни людей, ни Злыдней. Полагаю, Джоаз думает, что мы отступили к Счастливому Долу. Во всяком случае, основные его силы по-прежнему стоят на Сканзе.
С превеликим трудом Карколо встал с дивана, проковылял к ограде и посмотрел вниз, на амбулаторию. Пять Демонов, бормоча и тяжко вздыхая, скрючились в бочках с бальзамом. Голубой Ужас висел на ремнях и поскуливал, а хирург удалял осколки из его бронированной шкуры. Вдруг один из Демонов поднялся во весь рост — под его жабрами пузырилась пена, — издал полный муки вопль и бездыханным рухнул обратно в бальзам. Карколо повернулся к Гивену:
— Сделаем вот что. Вы отступали вдоль Манящей гряды. Наверняка она охраняется банбекскими патрулями. Значит, незаметно для них ты можешь повернуть к Перевалам Отчаяния, например, в Турмалиновую седловину. И вот почему: Джоаз решит, что ты возвращаешься в Счастливый Дол, и поспешит на юг — к Клыку, чтобы напасть, как только наша армия спустится с Манящей гряды. И когда враг окажется под Турмалиновой седловиной, ты атакуешь его. Силы Джоаза Банбека будут разгромлены!
Баст Гивен решительно отверг это предложение:
— А если его патрули раскроют наш маневр? Достаточно двинуть войска следом за нами, и мы окажемся в ловушке. С Турмалиновой седловины можно попасть только к пику Отчаяния и на Заоблачную возвышенность. На возвышенности банбекские Забулдыги в несколько минут разобьют нас наголову.
Карколо бессильно опустился на диван:
— Возвращай армию в Счастливый Дол. Будем ждать другого случая.
6
От высеченного в южном склоне обширного помещения, именуемого Залом Кергана, веяло глубокой древностью. Пропорции зала, скудные украшения, массивная деревянная мебель напоминали о давних временах, так же как и характерный запах, исходящий от голых каменных стен, окаменелого меха, покрывающего паркет, и старого дерева. Джоаз не любил этот затхлый аромат — как, впрочем, и все остальное в Зале Кергана. Размеры комнаты вызывали в нем мысль о чванстве, а бедность украшений — мысль если не о жестокости, то, по крайней мере, о грубости хозяина. Но однажды он понял, что не любит не столько эту комнату, сколько самого Кергана Банбека вместе с окружающими его имя легендами. Тем не менее в комнате было на что посмотреть. Три высоких окна — множество стеклянных квадратиков, вставленных в решетку из черного железного дерева, — выходили на долину, подобным же образом был инкрустирован потолок. Здесь можно было увидеть и несколько вычурных украшений, типичных для архитектуры Банбеков, например, капители на пилястрах, выполненные в форме голов химер, и фризы, декорированные традиционными листьями папоротника… Из мебели в Зале Кергана стояли только три высоких резных стула да тяжелый полированный стол темного дерева — и стол, и стулья необычайно старые.
Джоаз Банбек нашел применение этой комнате, разместив на столе рельефную карту местности в масштабе примерно один к двадцати одной тысяче, выполненную в мельчайших подробностях. В центре находилась сама Банбекская Долина, справа от нее Счастливый Дол, а между ними, окруженные ущельями, разломами, утесами и расщелинами, высились пять исполинских гор: гора Гетрон на юге, Бархский Шип, Клык, гора Спокойствия на севере и пик Отчаяния где-то посредине. Большая осыпь у горы Гетрон упиралась в Заоблачную возвышенность, которая, огибая с востока пик Отчаяния, протянулась до самого Бархского Шипа. К западу, между пиком Отчаяния и Бархским Шипом, окруженное Сканзским кряжем лежало плато Сканз, с севера ограниченное сбросами базальта у подножия горы Спокойствия.
Пока Джоаз изучал карту, в зал проскользнула Фейд и бесшумно подкралась к нему. Банбек, не оборачиваясь, узнал о ее присутствии — по запаху ладана, в дым которого она окунулась перед тем, как идти на поиски Джоаза. Фейд была одета в традиционные праздничные одежды девушек селения — плотно облегающее платье, сшитое из драконьих кишок, и коричневые меховые браслеты на шее, локтях и коленях, из-под высокого цилиндра с зубчатым верхом и красным плюмажем выбивались пряди густых каштановых волос.
Джоаз притворился, что не замечает девушку. Та осторожно подошла сзади и меховым браслетом пощекотала его шею, но Банбек демонстративно оставался равнодушным. Фейд, поняв его игру, обиженно надула губки.
— Как идет война? Нас всех убьют? — спросила она.
— Для Банбекской Долины все оборачивается как нельзя лучше. Для бедолаги Эрвиса и Счастливого Дола — как нельзя хуже.
— Вы собираетесь уничтожить его? — театральным голосом воскликнула Фейд. — Убийца! О, несчастный Эрвис!
— Ну, каждому по заслугам.
— А что ожидает Счастливый Дол?
Джоаз Банбек пожал плечами.
— Перемены к лучшему.
— И вы станете его правителем?
— Только не я.
— Отчего же? — прошептала Фейд. — Джоаз Банбек, владыка Банбекской Долины, Счастливого Дола, Фосфорного Ущелья, Глоура, Карового озера, Тайного Пристанища и Великой Северной Низины!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
