То, как Лоренс словно по мановению волшебной палочки превратил захудалое издательство в современное, процветающее предприятие, разом снискало ему почет и уважение в международных деловых кругах. Молодая женщина знала доподлинно, что несколько известных компаний, те или иные отделения которых переживают финансовый кризис, посулили ему баснословные суммы денег, лишь бы он и на них свою магию испробовал.
— С твоей матушкой я флиртовал ради удовольствия, а отнюдь не из корыстных побуждений, — с достоинством возразил Мердок. — Она на редкость красивая женщина.
— Красота — это у нас тоже семейное. Во всяком случае, так говорят.
Это уж точно, непроизвольно отметила про себя Розанна.
— Черт подери, мне казалось, сейчас еще и восьми нет!.. Как время летит в приятной компании! — Взглянув на часы, Мердок недовольно поморщился и поднялся из-за стола. — Вы меня простите, я вас на пару минут оставлю. Мне необходимо сделать крайне важный звонок.
— А в твоей семье что передается по наследству, кроме рыжих волос? — Розанне, что проводила Мердока тоскливым взглядом, понадобилось несколько секунд, чтобы осознать: вопрос относится к ней.
Молодая женщина сделала вид, что рассматривает проблему со всех сторон. Наконец задумчиво протянула:
— Ну, наверное, наша семейная черта — это неприязнь к людям, которые, разговаривая с тобою, даже в лицо тебе не посмотрят. Знаешь, есть такие неприятные типы — скользкие, себе на уме... никаких манер...
Лоренс, что до сих пор откровенно пялился на ее низкое декольте, усмехнулся краем губ, признавая справедливость замечания. Пожал плечами — и поднял голову. Взгляды их встретились.
Пьянящее торжество, что она выиграла-таки состязание в остроумии, рассеялось в тот же миг, как Розанна почувствовала: мышцы живота знакомо напряглись, а в груди стеснилось от... возбуждения?
— Я подумал, тебя оскорбит, если я проигнорирую столь эффектный... фасон.
Если бы в голосе его прозвучал хоть намек на смущение, хоть какие-то извиняющиеся интонации, она бы его простила. Но нет. Розанна задохнулась от гнева. Каков наглец! Просто иного слова для него и не подберешь!.. Вот разве что «харизматичный», «ослепительно красивый», «сексапильный»...
— Прежде ты оскорблял меня, нимало не задумываясь.
— Мне казалось, тебе плевать с высокой колокольни.
Потрясающе!.. Или он думает, что она совсем бесчувственная?
— Я заметила.
Розанна опустила ресницы. Ей внезапно пришло в голову, что касательно Лоренса Гилларда она подмечает каждую мелочь. И непроизвольно нахмурилась: что еще за нездоровый интерес!
— Нет, заказывать мы еще не готовы, — негромко бросил через плечо Лоренс подошедшему официанту.
Она резко выпрямилась — даже голова пошла кругом. Интересно, это от голода или последний мартини сказывается? Полные губы сложились в неодобрительную, скептическую улыбку.
— Вообще-то я была готова сделать заказ уже два часа назад, — отчеканила Розанна, глядя Лоренсу в лицо.
Изогнув темную бровь, он неотрывно смотрел на нее, отмечая раскрасневшиеся щеки и чрезмерно яркий блеск глаз.
— Меня задержали.
— Как ее зовут?
Разумеется, Розанна пожалела о необдуманном замечании, едва оно сорвалось с губ. Ужас! Так может съязвить разве что ревнивая подружка, претендующая на внимание мистера Гилларда.
Впрочем, Розанна глубоко сомневалась, что девушка Лоренса Гилларда, посмевшая жаловаться либо спрашивать, где и с кем он был, надолго удержит свои позиции. Ей на смену всегда кто-нибудь да найдется: свято место, как говорится, пусто не бывает!
Молодая женщина раздумывала над продолжением фразы, которое бы свидетельствовало о полном отсутствии у нее интереса к личной жизни Лоренса Гилларда. Однако вместо этого неожиданно для себя самой выпалила:
— Или ты забыл спросить?
О Господи! Розанна с усилием отвела взгляд от его помрачневшего, но такого выразительного лица и принялась сосредоточенно изучать свой бокал. Повисла неловкая пауза.
— Собственно говоря, я...
— Прошу тебя, избавьте меня от подробностей! — отрезала она. При мысли о том, как Лоренс услужливо заполняет лакуны в ее воображении, к горлу молодой женщины подступила тошнота. Но болтливый язык попробуй укороти! — Наверное, некоторые мужчины до старости не повзрослеют!
Лоренс одарил ее пугающе невозмутимым взглядом.
— Должен ли я предположить, что ты причисляешь меня к инфантильным личностям с задержкой в развитии? — Глаза их встретились, и Розанна увидела, как подергивается мускул на его смуглой щеке. — И отчего это ты никогда не упускаешь возможности посмотреть на меня сверху вниз, задрав свой милый носик?
Лоренс замолчал, во взгляде его появилось непривычно мечтательное выражение. А затем он неожиданно наклонился вперед и легонько провел пальцем по вздернутому кончику вышеупомянутого носа.
Розанна в буквальном смысле подпрыгнула на стуле. Слишком потрясенная, чтобы задуматься, а не свидетельствует ли сей жест о непреодолимом влечении, переходящем в одержимость, она испуганно замерла. Лишь сердце забилось в груди так, что его стук громким эхом отдавался в ушах.
А в следующий миг Лоренс отдернул руку. И его чувственные, безупречной формы губы сложились в циничную ухмылку.
— Зачем ты это сделал? — требовательно спросила Розанна, придя в себя.
— Да черт меня подери, если я знаю!
Однако Лоренс погрешил против истины. Ему всегда отчаянно хотелось прикоснуться к ней, ощутить под пальцами, в самом ли деле эта алебастровая кожа так удивительно нежна, как выглядит.
Розанна, ожидавшая в ответ какой-нибудь колкости, осознала, что не в силах встретиться с Лоренсом взглядом. Направление, которое неожиданно принял их разговор, всерьез ее пугало, равно как и напряженность, плотной пеленой повисшая в воздухе.
Неуютное молчание, казалось, было полно невысказанных догадок, которые совершенно не хотелось ни признавать, ни анализировать. Наконец Розанна поняла, что дольше не выдержит.
— Кстати, за опоздание можешь не извиняться. Я получила бездну удовольствия, просидев тут без малого два часа.
Зеленые, как изумруды, глаза оторвались от созерцания бокала и обратились на собеседника. В них читался гнев и еще осознание того, что столь тщательно культивируемая годами благодушная безмятежность пошла прахом, а ей, как ни странно, все равно плевать.
— Мне очень жаль, что я опоздал.
Розанна скептически фыркнула.
— Вот уж неправда!
— В таком случае, боюсь, ситуация зашла в тупик...
— Извиняться полагается «на автомате», по первому побуждению.
