Офелия подплыла к зеркалу, пока Кейт таращила глаза на свое отражение.
— Разве я тебе не говорила, что это платье
совершит чудо?
— Не знаю, — сказала Кейт. — А что ты думаешь? — Она повернулась.
— О, замечательно, замечательно. Только…
— Что-то не так?
— M-м… да. Видишь ли, все дело в твоих волосах. — Офелия, поджав губы, смотрела на голову Кейт. — Я давно хотела тебе сказать. Конечно, в твоих интересах. Я имею в виду, ну, цвет волос, его можно назвать кричащим.
Кейт коснулась рукой волос и вспыхнула. Офелия подбежала к ней и крепко обняла.
— Вот. Я сказала это, и я рада. Сейчас скажу тебе, что с ними сделать. Шиньон. — Офелия обратилась к одной из горничных: — Минни, шиньон. И, Джейн, принеси веточку белых цветов для мисс
Кейт.
Понадобилось совсем немного времени, чтобы уложить несчастные локоны в узел на макушке Кейт. Принесли цветы и закрепили их вокруг узла. Кейт рассматривала результаты и старалась не огорчаться. Она совсем забыла о своих волосах. Они были похожи на огненный шар на голове. Очень мило со стороны Офелии, что она о них позаботилась, хотя комок и подкатил к горлу Кейт, “ когда кузина описывала их с легкой гримасой на лице.
Офелия прижалась щекой к щеке Кейт и снова крепко ее обняла. Они смотрели на отражения друг друга в зеркале, и Офелия прошептала:
— Ну, теперь нам нужно постараться скрыть как можно больше этих маленьких пятнышек.
Кейт почувствовала, как ее лицо заливается краской.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, мы замажем веснушки пудрой.
Кейт старалась не краснеть, но это было бесполезно. Она старалась придать своему лицу отсутствующее выражение, чтобы никто не мог заметить, как она отгоняет прочь слезы. Она не знала, что ее веснушки вызывают у других отвращение, а Офелия была слишком воспитанной леди, чтобы сказать об этом напрямик. Кейт проглотила комок в горле и позволила Офелии пудрить себя до тех пор, пока ее лицо не стало почти таким же белым, как и платье. Занимаясь делом, Офелия постоянно болтала.
— Ты ни за что не догадаешься, кто приезжал, ни за что. — Она не стала ждать, пока Кейт выскажет догадки. — Маркиз Ричфилд. — Подавляя в себе желание подпрыгнуть от радости, Офелия сделала паузу и посмотрела на Кейт так, будто ожидала, что ее кузина упадет в обморок, услышав эту новость.
Кейт вежливо кивнула. Она спрятала руки за спину, чтобы не было видно, как они дрожат.
— Официально он приехал с визитом к моей матери, но все это делалось ради меня. — Офелия взмахнула листком с пудрой и прижала его к лицу Кейт. — Я думаю его заполучить. О, ты должна его увидеть. Его глаза — самые прекрасные зеленые глаза, а его руки… Кейт, он такой высокий… и все остальное!
— Это прекрасно.
— Прекрасно? Он действительно прекрасен. Ты что, не слышала, о чем я говорила? Он заезжал к матери, он — маркиз Ричфилд. Земли Ричфилдов занимают большую часть этого графства. Кейт, я рассказываю об Алексисе Филипе Майкле Карлайле де Гранвиле.
— О всех них одновременно? Офелия шлепнула Кейт по лбу листком с пудрой.
— Нет, глупышка. Это один человек. Это его
так зовут. И еще есть три или четыре титула, но я их всех забыла. Ты должна запомнить одну важную вещь: он видится с королевой и владеет половиной Англии.
Кейт улыбнулась Офелии, и та продолжила свое щебетание. Взгляд Кейт остановился на книге с рисунками, которая лежала рядом с кроватью на столике. Она должна выбросить ее из головы вместе с мыслями о маркизе Ричфилде. Иметь и то, и другое ей просто не пристало. Кейт понимала, что она не может предъявлять никаких прав на Алексиса де Гранвиля, так как Офелия недвусмысленно давала понять, что эта добыча принадлежит ей.
Офелия в последний раз напудрила Кейт нос, отступила назад, оценивающе посмотрела на свою работу и улыбнулась.
— Большую часть мы спрятали. Я должна идти, я вернусь за тобой, когда будем спускаться. Не помни своего платья.
С этими словами Офелия удалилась. Кейт повернулась спиной к зеркалу. С помощью двух горничных она вступила в бальные туфли, а потом девушки тоже ушли. Кейт неподвижно стояла посреди комнаты, чувствуя, что вся дрожит. Она не могла сесть, так как боялась помять платье. Она пересекла комнату и прислонилась лбом к оконному стеклу так, как делала это днем. Стекло было холодное, но она не обращала на это ни малейшего внимания.
Никаких слез. Ветеран пограничного американского города не станет плакать из-за кричащего цвета волос и веснушек. И кроме того, слезы могут испортить пудру.
Потом Кейт стояла возле кресла, в котором дремала тетушка Эмелайн. Перед ней красовался начищенный до блеска пол в бальном зале, и по нему проносились очертания юбок и брюк. Рядом с ней стоял молодой человек, которого Офелия представила ей как мистера Арбатнота. Кейт стиснула свои руки в перчатках и перебирала в уме, что же еще можно сказать. Каждый раз, когда она пыталась завести разговор, что-то было не так.
Вероятно, англичан не интересовали споры по вопросам рабства между Северными и Южными штатами Они также оставались равнодушными к описанию красоты сан-францискской гавани. Конечно, она должна разговаривать об Англии. Изобразив на губах улыбку, она попыталась снова завести разговор.
— Я прочла несколько рассказов мистера Чарльза Диккенса.
Мистер Арбатнот наблюдал за группой кавалерийских офицеров. Кейт посмотрела на свои руки, а затем подняла глаза и снова улыбнулась.
— Вы интересуетесь историей, мистер Арбатнот?
Молодой человек оторвал взгляд от своих друзей и посмотрел на нее сверху вниз.
— Историей? Я ее терпеть не могу. А, вот и миссис Мэйтленд. Я оставляю вас вдвоем, дамы, отдохните немного после танцев, хорошо?
И, не дождавшись ответа, мистер Арбатнот унесся прочь. Кейт увидела, как он снова присоединился к группе офицеров, с которыми он разговаривал до того, как Офелия вытащила его оттуда, чтобы он поговорил с Кейт. Она видела, как мистер Арбатнот что-то сказал, и несколько пар мужских глаз устремились в ее сторону. По лицам офицеров пробежали самодовольные улыбки. Кейт повернулась к ним спиной.
— Послушай, Кейт, что ты сказала Уйди, что он от тебя так сбежал? — Офелия поднесла к губам носовой платок и улыбнулась джентльмену, который проходил мимо.
— Не знаю. Я спросила у него…
— Ш-ш. — Офелия схватила Кейт за руку — Не оборачивайся. Продолжай смотреть на меня и улыбаться. Он здесь. Он пришел так поздно, что я уже думала, что он вообще не придет.
— Кто?
— Маркиз. Можешь повернуться, но не показывай, что ты на него смотришь. Он разговаривает сейчас с лордом Уонтоном и мамой. — Офелия хихикнула. — Он настолько высок, что ему приходится наклоняться, чтобы расслышать, что говорит старик Уонти. Нет, возле дверей. Видишь, вон тот, с черными волосами?
