– Нет, не видать, – ответил тот.
– А почему он Пьеро? – шепотом спросил я у Вовчика. – Кличка такая или по паспорту?
– Он к нам попал в костюме Пьеро, – также шепотом ответил Вовчик. – Их теплоход потонул, когда на палубе бал-маскарад шел. Говорят, когда его нашли, пять человек от смеха заворот кишок получили. «Пропала Мальвина, невеста моя...»
– М-да, очень смешно, – пробормотал я.
Пьеро запрыгнул в ялик, и мы взмыли ввысь. Полет продолжался еще минут десять, пока на горизонте не появились неразличимые изломанные контуры.
– Город, – сообщил мне Вовчик, указывая вперед. – Там база.
При слове «база» мне представился проволочный забор, вышки с пулеметчиками, тяжелая техника, укрытая в приземистых ангарах. Но здесь все было не так.
Город напоминал кладбище старых кораблей. Он поднимался нам навстречу лесом черных мачт, решеток, башенок, мостиков и переходов. Город был сделан из металла – я понял это, как только мы вошли в его пределы.
– Тут надо осторожно, – пробормотал Пьеро, объезжая приземистую коническую башенку с узкими щелями-окнами. – Какие-нибудь уроды вылетят из-за угла – и до свидания...
– Какие уроды? – спросил я.
– Вон, погляди вперед. Видишь? Только вчера налетели...
Я увидел сложную решетчатую конструкцию, в которой застрял искореженный ялик. На погнутых балках болтались какие-то лохмотья, а у основания конструкции земля была заметно темнее, чем вокруг. Воображение живо подсказало мне, как летающая посудина вломилась в сплетение железных балок, не щадя ни себя, ни пассажиров.
Между тем мы продвигались в глубь города, прижавшись к самой земле. Я отчаянно вертел головой, пытаясь увидеть все сразу. Масса ржавого и почерневшего металла, окружавшего нас, угнетала. С каждой минутой мне все больше казалось, что вокруг не дома, а машины, застывшие очень давно, не закончившие какой-то грандиозной работы.
Все эти ступенчатые надстройки, вышки, балки, блоки и трапы должны были иметь какой-то смысл – не для красоты же на них потратили столько металла?
Хотя все было ржавым и запущенным, я убедился, что в городе все-таки кто-то обитал. Об этом говорили тряпки, сохнущие на решетках, кучки свежего мусора, то и дело попадающиеся на пути. Кое-где в заросших зеленью дворах стояли ялики, откуда-то пахло дымом...
– Добро пожаловать в город обезьян! – ухмыльнулся Пьеро, заметив мой беспокойный интерес к окружающему миру.
– Обезьяны – это кто? – поинтересовался я.
– Обезьяны – коренные жители. Сейчас, может, увидишь...
И в самом деле, очень скоро из-за угла нам навстречу выбежали двое людей в тех самых несуразных штанах. Заметив нас, они резко развернулись и побежали обратно, прячась среди зарослей.
– Ша, хвостатые! – крикнул Вовчик и пронзительно засвистел им вслед.
– А почему хвостатые? – тихо спросил я.
– А кто их знает? – развел руками Пьеро. – Такие они уродились.
Мы остановились на небольшой площади, уложенной тяжелыми железными плитами со съеденной ржавчиной поверхностью. В центре громоздилось покосившееся квадратное сооружение без окон и дверей, а по краям стояли обычные по здешним меркам дома-корабли, облепленные лесенками, площадочками и мачтами.
– Мы с тобой здесь выходим, – сообщил Вовчик, ловко спрыгивая с ялика.
– Увидимся, – сказал Пьеро и, помахав рукой, погнал ялик дальше.
Мы с Вовчиком остались в тишине посреди самой огромной свалки чермета, какую я только видел в жизни.
– Вы здесь живете? – с содроганием спросил я, пока мы шли к одному из домов.
– А что, не нравится?
– Видал места и получше.
– Здесь ты получше ничего не увидишь. Если только остров...
Где-то далеко за домами вдруг раздался пронзительный крик, который резко оборвался.
– Наверно, кого-то замочили, – заметил Вовчик, озабоченно качнув головой.
– Кого, например?
– Ну, я их по именам-то не знаю. Кого-то из обезьяньего отродья.
– А это хорошо или плохо?
– Это их проблемы. Они вообще мрут как мухи. Когда долбят друг друга, а когда и сами по себе. Вчера один нашел какую-то железку, носился с ней весь день, а к вечеру ласты склеил. Всю ночь лежал и светился, как привидение, представляешь?
Мы влезли на первый этаж дома через небольшой овальный люк и оказались в полумраке. Я пробирался среди каких-то труб и загородок, стараясь не потерять из виду спину Вовчика. Наконец он вывел меня на второй этаж, где было и светлее, и теплее.
Мы оказались в квадратном помещении, где из мебели находились только несколько ящиков и куча тряпья в углу, заменявшая кровать. Узкие длинные окна пропускали свет, но останавливали сквозняк, хотя стекол в них не было.
– Ты вроде пожрать просил, – вспомнил Вовчик и полез в один из ящиков. – Вот, бери, контора снабжает. Вечерком, может, сообразим чего повкуснее.
Он вытащил на свет банку тушенки, хлеб и термос. Я смотрел на эту тушенку, глотал слюни и думал, что сейчас готов продать за нее и душу, и родину.
Пока я расправлялся с едой, Вовчик сидел напротив и разглядывал меня, покусывая спичку.
– М-да, Серега... – вздохнул он. – Не ожидал ты, что здесь окажешься, верно? Хорошо, не психуешь, не бьешься о стены. Не все так крепко держатся.
– Я за свою жизнь куда только не попадал, – ответил я, откусывая хлеб. – Уж такие, казалось бы, неожиданные штуки случались... Один раз переналаживал сигнализацию в одной конторе. Включал, выключал, пробовал... А она сработала. Через пять минут вломились гонорейщики и...
– Кто-кто?
– ГНР – группа немедленного реагирования. И как ты думаешь, где я оказался?
– В ментовке.
– А вот и не угадал. В больнице. Когда я дернулся в карман за удостоверением, они расценили это как попытку нападения и... Потом, правда, мне агентство возместило деньгами. Я даже доволен остался.
– Может, ты и здесь доволен будешь. Вообще многим нравится. Только ты одно должен понять – обратного пути нет. Все, что ты тут видишь, – это навсегда.
– А тебе здесь нравится?
– Нравится – не нравится, какая теперь разница? – в голосе у Вовчика просквозила нервозность. – Ты ешь давай...
Я оставил опустевшую банку и умиротворенно вздохнул. После еды стало хорошо. Я даже не особо нервничал из-за своих приключений.
– Рассказывай дальше, – потребовал я. – Как вы тут живете, чем занимаетесь?
– Чего тебе рассказывать, – Вовчик встал и прошелся по комнате, о чем-то раздумывая. – Тебе Контролер-проводник все расскажет. Знаешь что, посиди-ка тут часик-другой один, ладно? Мне отойти надо в одно место...
– Если надо – иди.
– Да, схожу кое-куда. А ты поспи или книжку почитай, – он подвинул мне замусоленного «Всадника без головы».
– Лучше посплю. – Меня и в самом деле после еды в сон потянуло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
