– Скоро все узнаете…
Отведя взгляд, я прикусила щеку из внутренней стороны. Что-то мне подсказывает, что это будет не самый приятный ужин в моей жизни, а таким его могут сделать, скорее всего, мои женишки. Папаша решил подсуетиться? Прямо закон подлости какой-то, впрочем, если это действительно пятерка бравых самаритян, то врага лучше знать в лицо!
Ну что ж, я готова собираться на ужин и вести себя, как примерная девочка…
Глава 5
Благодаря помощи управляющего, я собралась довольно быстро, хотя сама, скорее всего, вообще не смогла бы справиться с жутко неудобным платьем, которое давило буквально во всех местах. О том, что помогает мне одеться именно мужчина, видя меня при этом почти обнаженную, не считая трусиков, я старалась не думать, прекрасно понимая, что так устроен этот мир. Благо хоть воспоминания Элениэль немного помогали примириться с этой правдой жизнь, ведь горничных женщин в этом мире не было. Любая женщина, даже из бедной семьи – это ценность, а не рабочая сила. Смущал меня, пожалуй, только тот факт, что помочь мне пришел сам управляющий. Темная лошадка из воспоминаний Элениэль, доверенный ее отца.
Со скучающим выражением на лице, я посмотрела на свое отражение. Платье село по фигуре, как влитое, подчеркивая даже мою маленькую грудь, а ярко-красный цвет добавлял немного красок моему бледному лицу. Легкий макияж сделал образ невинным, как и большие оленьи глаза. Простенькие туфельки с маленьким квадратным каблучком хорошо сидели на ногах, не причиняя дискомфорта, что не могло не радовать.
Мрачно усмехнувшись про себя, я из-под ресниц посмотрела на цепко наблюдающего за мной управляющего. Прощупывает почву? Пытается найти недосказанность? Узнать вру я или действительно все забыла? Или ждет реакцию на все происходящее?
Прикрыв глаза, делая свой взгляд отрешенным, думая о том, что мне нужно будет еще сделать. Книги книгами, а только ими сыт не будешь, да и не собираюсь я работать на кого-то, прогибая спину. Уже работала в одном мире и с меня достаточно. Только свой ресторан, а для этого нужны деньги, которые я собираюсь честно позаимствовать у дорогих родителей. Со временем, конечно, отдам им, когда пойму, что мне ничего не угрожает, и щелкну папашу по носу, уж очень он мне не нравится!
– Прошу за мной, дейра Элениэль, – учтиво склонил голову управляющий, как-то хмуро на меня посмотрев.
Кивнув, я только глаза закатила, когда мужчина отвернулся. Тоже мне, крендель! И не таких обламывали. Привыкли, что их женщины слова не могут сказать и пользуются этим. Даже меня, нарядили, я уверена, только ради того, чтобы дороже продать, а хочу я замуж за незнакомых мужчин даже не спросил никто! Ну что ж, как они, так и я, никакой жалости…
Зайдя вслед за управляющим в большую трапезную, я посмотрела по сторонам. И, казалось бы, дорого, богато, но как-то безвкусно, без души все. Большой стол посередине комнаты и четыре колоны, на которых подсвечники стоят по углам. Убожество. И где они только такого дизайнера нашли, который даже дешевой картины на стену не повесил, чтобы хоть как-то преобразить комнату? Хорошо хоть окна тут есть, можно посмотреть на красивый сад, если вообще невмоготу будет.
Впрочем, все мысли о дизайне трапезной ушли на второй план, стоило мне заметить сидящих за столом людей. Дорогого сердцу папу, что б ему пусто было, еще более тихую маму, гневно сопящего брата, ерзающую на стуле лучшую подругу и пятерку неизвестных мужчин. Хотя не так, нужно смотреть правде в лицо – пятерку моих прекрасных женихов, а то, что это именно женихи я нисколько не сомневалась!
– Элениэль, дочка… – радушно пробормотал дей Сонтарис и управляющий отодвинул для меня стул рядом с мамой, наглядно показывая, где мое место в этой семейной иерархии.
– Благодарю, – опустив глаза в пол, выдохнула я, присаживаясь на край стула.
В трапезной образовалась тишина, все взгляды скрестились неминуемо на мне одной, а я же старалась сделать вид, что рассматриваю стол. Мне даже на секунду любопытно стало, чего они ждут? Реверанса? Приветственного клича? Может каких-то особых слов почтения и рассказов о том, как я рада всех видеть? Не рада, но постараюсь эту информацию держать пока при себе. Хотя братец с подружкой смотрят так, что даже смешно становится, особенно учитывая тот факт, что каждый из них желает, чтобы я полученную в библиотеке информацию использовала во благо именно ему (ей).
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Милая, я хотел бы снова познакомить тебя с твоими будущими мужьями, – ласково начал дей Сонтарис, добавляя в голос воркующих ноток, словно с младенцем разговаривает. Снова? Ага, нашел дуру! Да я этих мужчин никогда в глаза не видела, как и прежняя владелица тела. Грязно играет папаша, но ничего, я тоже могу поддержать эту игру.
– Будущими мужьями? – встрепенулась я, не дав ему договорить и посмотрев на мужчину круглыми глазами. – Но я же ничего не помню и ничего не знаю.
– Ничего, Элениэль, ты все вспомнишь. К тому же любовь творит чудеса!
– Любовь? – приподняла я брови, а после хлопнула несколько раз ресницами, посмотрев на улыбающуюся пятерку. Мое решение, конечно, и так было не в их пользу, но после этого лживого приветствия я, в который раз, смогла убедиться в правильности своего выбора. Отношения не терпят лжи, и начинать знакомство с неправды заведомо проигрышная тактика. – Ничего не екает… – прошептала я, но меня услышали.
– Что ты говоришь? – переспросил папочка, он же тряпочка, нахмурившись.
– Говорю, сердце не екает… – расстроенно пролепетала я, задрожав подбородком.
Спрятав лицо в ладонях, иногда сотрясаясь от беззвучного смеха, я наблюдала за «мужьями», замечая их искренние и не самые положительные эмоции. Да, внешне мужчины были вполне приличны, хорошо сложены, два шатена и три брюнета, явно довольно взрослые для милашки Элениэль, но, в принципе, не для меня. Незначительные изъяны в виде немного длинного и носа-картошки для меня были не важны, как и шрам у одного из них. Наверное, эти мужчины даже считались для кого-то идеальной партией, вот только зачем мне партия?
Я хочу, чтобы мужчина, если уж такой когда-то окажется рядом со мной, видел во мне личность, сильную женщину и равноправного партнера по жизни. Конечно, было бы вообще замечательно, если бы все это было приправлено любовью. Вот только любовь штука коварная, которая имеет свойство забываться, растворяться во времени, а вот уважение оно если есть, то есть.
– Элениэль! – прикрикнул немного дорогой родитель, когда я сильно погрузилась в свои мысли. – Не стоит расстраиваться, дочка, – с нажимом произнес он. – Любовь обязательно будет.
Опустив лицо и промокнув его очень красивой салфеткой, якобы стирая слезы, я подняла голову, утвердительно и решительно кивая отцу. Конечно, любовь будет, правда не сейчас и не с этими мужчинами, а после посмотрела на мужчин, сглотнув.
То, что я видела в их взглядах, совершенно не радовало. Нет, все пятеро улыбались, довольной, многообещающей улыбкой с коварным превосходством в глазах. И будь я хоть немного наивней может и не поняла бы, что к чему, но, увы, такой слабости за мной не водилось, так что смысл чужой жажды в глазах был куда прозаичней. Кажется, папаша мне в мужья любителей воспитывать невинных овечек подыскал, чтобы в дальнейшем жизнь медом не казалась, да и вообще жить особо не хотелось…
– Позволь все-таки представиться, дорогая Элениэль, – проговорил один из мужчин, буквально излучая самодовольство. – Дей Дербис Эйштлер, наследник изумрудных копей.
Хлопнув несколько раз ресницами, я внимательно посмотрела на мужчину. Брюнет, лет так тридцати с хвостиком, длинные волосы, забранные в низкий хвост, квадратный подбородок, немного грубые черты лица и насмешка, переплетающаяся с собственным превосходством, в глазах. Ну что ж, не дура, поняла – претендент в мужья номер один и, скорее всего, главный в этой пятерке.
– Дей Винтасил Кракн, заместитель начальника тайной канцелярии, – важно кивнул еще один брюнет, с немного длинноватым носом, и по совместительству второй претендент в мои мужья. Вот только даже не зная этого мужчину уже видно, что человек он так себе, глазки бегают, на тонких губах коварная ухмылка.
