Хотя Мисти не понравилась эта бесцеремонность, но еще меньше ей хотелось, чтобы Филипп звонил ей домой и напрасно тревожил Берди.
– Ну, мне пора, – с натянутой улыбкой попрощалась она и зашла в лифт. – Что вы себе позволяете? – возмущенно спросила она, когда двери лифта закрылись.
– Пока вы со мной, вы не говорите с другими мужчинами. Вы даже не смотрите в их сторону, – четко выговаривая каждое слово, сказал Леон.
– Что, это относится ко всем мужчинам? – Мисти прямо встретила его взгляд.
– Ко всем, – кивнул он. – Особенно к старым друзьям и поклонникам.
Мисти охватило странное волнение, кровь быстрее побежала по ее жилам. Она дернула плечом и, вложив в голос всю мягкость, сказала:
– Тогда вам нужно лучше приглядывать за мной.
– Я плачу за верность, которая не подлежит сомнению, и за иллюзию, что для вас не существует других мужчин, кроме меня, – негромко произнес Леон. – Флирт с Реддингом в наш договор не входит.
– Флирт? – изумилась Мисти. – Филипп последний мужчина, с которым я стала бы флиртовать, – со смешком проговорила она.
– Я видел, как ты на него смотрела.
– И как я на него смотрела?
– Я должен это описать?
Мисти прикрыла глаза, с неожиданной болью вспомнив, как оптимистично и счастливо у них с Филиппом все начиналось и как трагично все закончилось. Для нее. Они ехали в машине, когда в них врезался автомобиль с пьяным водителем за рулем. Филипп отделался легкими ранами, которые быстро зажили, а она узнала, что, возможно, уже никогда не сможет стать матерью. Филипп честно признался ей, что по-прежнему любит ее, но, если у них не будет детей, он не может связать с ней свою судьбу.
– Реддинг смотрел на тебя так, словно ты все еще принадлежишь ему.
Мисти открыла глаза.
– Но он даже не коснулся меня!
– У него и не будет такой возможности.
Лифт остановился. Леон обнял девушку одной рукой. Она вырвалась и повернулась к нему. Ее глаза сверкали от ярости.
– Мы одни, так что держите свои руки подальше от меня, – прошипела Мисти.
Глава третья
Мисти, больше озабоченная тем, что надо перестать дрожать, как лист на ветру, рассеянно оглядела шикарный номер. Слишком долго она работала над тем, чтобы вычеркнуть Филиппа и воспоминания, с ним связанные, из памяти, и она не позволит одной случайной встрече перечеркнуть все ее усилия.
– Выпить не хочешь?
– Нет, спасибо.
– Напрасно. Самое эффективное средство для успокоения нервов.
– С моими нервами все в порядке, благодарю, – процедила Мисти сквозь зубы.
– То-то ты ведешь себя как раненая тигрица, – усмехнулся Леон. – Хотя должен заметить, что этот тюфяк…
– Не смейте так называть Филиппа! – мгновенно вскинулась она. – Вы ничего о нем не знаете.
– Я так не думаю, – протянул он, явно получив удовольствие от того, что она пришла в ярость. – Мне было достаточно одной встречи, я сразу понял, какой он хлипкий.
– Можете думать о нем что хотите. – Девушка тряхнула головой. – Но я больше ценю в мужчинах тактичность, нежели агрессивность.
На губах Леона заиграла улыбка. Мисти хотела уязвить его, но поняла, что ей это не удалось. Казалось, он просто наслаждается их стычкой.
– Я не агрессивен, просто уверен в своих силах и знаю, чего хочу. И тебе это нравится.
– Не понимаю, о чем вы говорите.
Произнося эти слова, она кинула на Леона взгляд из-под ресниц. Ее сердце забилось быстрее. Он стоял совсем рядом: очень высокий, поджарый, мускулистый и сильный от природы. Его подстриженные, слегка вьющиеся волосы блестели при ярком свете. Черты его лица были, пожалуй, слишком резкими. Он выглядел великолепно, и она, несмотря на свое раздражение, снова это признала.
В черных глазах Леона зажглись золотистые искорки, и под этим пристальным, откровенно мужским взглядом Мисти вдруг стало трудно дышать. В коленях появилась слабость, голова закружилась. Из полуоткрытых губ вырвался сдавленный звук.
– Нас влечет друг к другу, но это ничего не изменит, – сказал Леон слегка охрипшим голосом. – Наше временное сотрудничество исключительно деловое, и потому не стоит усложнять наши отношения.
Она хотела засмеяться, высказав таким образом всю нелепость его предположения, но не смогла. Его жгучий взгляд не отпускал ее. Ей казалось, он видит ее насквозь. Неосознанно она провела языком по губам.
– Исключительно деловое, – напомнил Леон, но в его голосе Мисти послышалось еле сдерживаемое желание.
В дверь постучали. Мисти отпрянула от Леона, разрывая возникшую между ними связь, и отошла к окну. В номер вошел молодой человек с папкой в руках. Бегло скользнув по нему взглядом, девушка отвернулась. После нескольких медленных глубоких вдохов туман в ее голове рассеялся, но ее все еще сотрясала дрожь. Совершенно неконтролируемая реакция, с которой ее тело реагировало на близость Леона, пугала Мисти. Еще ни одному мужчине не удавалось довести ее до такого состояния, чтобы в его присутствии она могла забыть обо всем, забыть себя…
Дверь захлопнулась. Леон неслышными шагами подошел к Мисти, но она почувствовала его приближение и резко повернулась.
– Вот соглашение, которое необходимо подписать, – протягивая ей документ, сказал он.
– А если я откажусь? – злясь на собственную слабость, колко спросила девушка.
– Сделка не состоится.
Мисти молча взяла документ и села за стол. Это был типичный трудовой контракт, в котором не упоминался ни ее статус, ни квартира, ни другие условия, упомянутые им при устном разговоре. Однако был один пункт: если она разорвет договор без согласия другой стороны, то обязана заплатить штраф, от суммы которого у нее пересохло в горле. Но когда она увидела сумму вознаграждения, если все условия соглашения будут выполнены, ее глаза округлились. Этих денег было достаточно, чтобы полностью расплатиться за кредит дома Берди, рассчитаться с персоналом, пока она сама не сможет работать, и оплатить все долги по счетам компании.
– Вы очень щедры, – подняв на Леона глаза, без всякого выражения произнесла Мисти. – Но что значит, «если я разорву договор без вашего согласия»? Вы говорили, будто наше сотрудничество будет рассчитано на один-два месяца, но здесь не указано точной даты, когда это произойдет.
– Вы вольны думать так, как вам нравится. – Он снова перешел на «вы». – Могу лишь уверить вас, что вам не придется делать ничего противозаконного, аморального или рискованного для жизни или здоровья.
Леон забыл упомянуть, что этот договор охарактеризует Мисти как слабоумную, если, конечно, она все-таки решится его подписать. Отбросив от себя эту мысль, она решительно взяла ручку.
