— Ежегодный маскарад в Доме Шин? Что мы там забыли?
— Повеселиться, — недовольно буркнул Саден.
— Как бы не до веселья, — внесла я свою лепту.
— Поддерживаю, — отсалютовал мне бокалом синеглазка. — Саден, ты говорил, что нам надо спешить, а теперь настаиваешь на посещении ежегодного маскарада в Доме Шин. В чем дело?
— Это не просто маскарад, это ТОТ САМЫЙ бал-маскарад… — загадочно молвил блондин.
— Сегодня ты особенно таинственный, — скептически осмотрел друга Лаит. — Что происходит?
Саден выдержал еще одну театральную паузу, на этот раз более удачную и возвестил:
— Партия началась. Все Карты были сданы.
Настала пора отмороженному удивленно таращиться на Хранителя:
— Что?! Этого не может быть, Дома еще не делали официального заявления!
А вот меня интересовало нечто другое:
— Саден, а что за бал?
Мне показалось, или блондин мечтательно зажмурился? Да, так и есть, улыбается как кот, объевшийся халявной сметаны:
— Ммм, маскарад в Доме Шин это самое яркое, веселое, беззаботное мероприятие года.
— Он хотел сказать: вульгарное, развратное и бессмысленное.
— Лаит, когда ты успел стать таким скучным? Помнится ты каждый год с нетерпением ждал маскарада, возможность улизнуть от Учителя, повидаться со старыми друзьями…
— Ну, договаривай, ты хотел сказать с Таин.
Хорошо, что этот тяжелый взгляд был предназначен не мне. Тут даже от рикошета мурашки по спине прошли, а уж прямое попадание наверняка значительно более болезненное, но, похоже у Садена непробиваемая броня:
— А мне казалось, что события прошлого Маскарада уже поистерлись из твоей головы…
— А что за события?
Ну какой я буду кошкой если не стану проявлять любопытство? Тем более если дело касается любовных отношений Лаита, а то, что в деле «шерше ля фам», тут и слепому видно.
— Видишь ли, Настя, дело в том, что наш друг давно и безнадежно влюблен в некую Мейн’Таин, как ты понимаешь представительницу Дома Проводников. Наши голубки росли вместе, воспитывались одними наставниками, держались за ручки в Школе, вот только после Школы Лаита определили к Учителю, так сказать, повышать квалификацию, а Таин вернулась в Дом. И вышла замуж, за Созидающего, о чем соизволила рассказать Лаиту только на Маскараде, через восемь месяцев после свадьбы, когда ее…ммм…интересное положение нельзя было не заметить.
Опаньки, все дело не просто в зависти. Н-да, повезло мне как утопленнице:
— Дай угадаю, и сделала она это из-за великой любви? Только вот не к своему избраннику, а к его Дому.
Залп из всех орудий был мне наградой за догадливость:
— Да, что ты о ней знаешь? Как ты смеешь ее судить? Ты, которая есть ничто, никто из мертвого Дома?! — злобно прошипел Лаит.
Не на ту напал, солнце мое.
— Я ее и не сужу, как не судила и девушек из моего мира, выходящих замуж за мешок денег или, как и в этом случае, за статус. Не мне их судить, но не потому, что я чем-то хуже, а потому что не мне жить с их выбором, не мне ежедневно видеть нелюбимое лицо и не мне ложиться в постель с нежеланным. Твоя Таин, она сама себе и судья, и палач.
Если бы взгляд мог убивать, моя обугленная тушка уже бы дымилась и попахивала, так же все обошлось глухим рыком, ударом по столу и стремительным уходом из комнаты. Язык мой — враг мой, только вроде бы начали общаться как цивилизованные люди, простите, хаоситы, как я все испортила.
— Кажется, я его разозлила.
— Ты заметила? — ехидно спросил Саден.
Мне понравился его сарказм, он действовал очень отрезвляюще.
— Мне не стоило этого говорить?
— Ну, это действительно не твое дело.
— Ты так думаешь? А знаешь, что я думаю? Что это более чем мое дело! Меня не спрашивали, хочу ли я участвовать в этой вашей Игре, но меня в нее втянули. И теперь я не могу просто развернуться и уйти, я должна, по меньшей мере, поучаствовать, а еще лучше выиграть. Что-то мне подсказывает, что только так я смогу добраться до правды о своем Доме. И помочь мне в этом должен человек, который меня ненавидит! Ненавидит, ни за что ни про что, лишь потому что я из мертвого Дома! И знаешь что? В нем бурлит ненависть, но не ко мне, а к нему самому. Его до усрачки злит тот факт, что, несмотря на все его старания, ум, усилия, он всегда будет не более чем Проводником. А кто-то получает все по той лишь причине, что повезло родиться в престижном Доме. В этой Игре он увидел для себя шанс показать своей, как ее там, Таин, что он тоже чего-то стоит — он хочет победы не для своего Дома, а для себя, и я ему мешаю, я оказалась еще одной неудачницей… А разве пара неудачников может победить?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Может?
Поднявшая было голову ярость как-то быстро стихла, улеглась в груди едва ощутимой тяжестью, и я тихо ответила:
— Нет. Потому что он уже проиграл. Еще не начиная Игру, он уже засчитал себе поражение.
Это было действительно так. Нельзя садиться за карточный стол, если у тебя пораженческое настроение — спустишь все деньги и не получишь ни грамма удовольствия. Карты любят уверенных в себе. Как там говорит Коэлье — «если очень этого захотеть, то Вселенная изменится, чтобы подчиниться твоему желанию». Истинно так.
— Если это его отношение ко мне, к себе, к ситуации в целом сохранится, то нам не победить. Так что это более чем мое дело, победа мне просто необходима, — продолжила я.
— С чего вдруг такая заинтересованность?
Вдруг? Нет, это ощущение, внутренний голос, надоедливый такой, все твердил мне, что победить необходимо, необходимо больше, чем воздух, что от этого зависит слишком многое…
— Цель этой Игры, что это такое? Что в Храме? — вместо ответа задала я встречный вопрос.
Саден уклончиво пожал плечами:
— Не знаю. Я Хранитель Третьего Круга, боюсь это вне моей компетенции.
— Не знаешь, но наверняка задумывался о том, что это может быть? — не поверила я его отговоркам. — Некий объект, хранящийся в Храме, который, как я понимаю, находится в недоступном Девятом Круге…
— Ты догадлива, — отметил Хранитель.
— Это было бы логично. Так, вот — непонятный объект, появившийся после уничтожения моего Дома. Игра, предложенная Девятым Хранителем. Письмо Девятого Хранителя. Храм на Девятом Круге. Девятый Дом. Не заставляет задуматься?
— Ты считаешь, что дело в одной из Регалий? — с улыбкой спросил Саден.
— А ты так не считаешь?
И чем я только заслужила такой долгий и выразительный взгляд?
— Я в этом почти уверен, — подтвердил мою догадку блондин.
— Тогда ты понимаешь, что я не могу проиграть, тем более из-за личных проблем Лаита.
— Ты всегда можешь его заменить.
Вот так-так, какая ценная информация…
— Прости, что ты имеешь в виду?
— Ты Карта Дома Мейн, но не личная Карта Лаита, ты всегда можешь потребовать его замены, если считаешь, что он недостаточно компетентен или по другим причинам ставит под угрозу победу Дома.
Возможно, это выход. Зачем мне мучиться с неуверенным в себе и обозленным на весь мир Лаитом, если я могу выбрать кого-то другого?
— Объявить вотум недоверия? Я могу это сделать на балу?
— Это будет лучшим решением. Именно этим вечером будет официально объявлено начало Игры, и если хочешь провести замену, то это нужно сделать или до, или сразу после объявления.
— И кому я должна буду обратиться?
— К Учителю, — хрипло прозвучало за нашими спинами.
Лаит стоял в дверях, скрестив руки на груди:
— Если хочешь меня заменить, то ты должна обратиться к Учителю. Я вас познакомлю сразу, как мы приедем. Возможно, ты права, Игра оказалась слишком личной, у меня неверная мотивация и, скорее всего я не гожусь тебе в Проводники.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ты давно тут стоишь?
Нельзя было не отметить повторение недавней ситуации, с некоторой рокировкой главных действующих лиц.
— Я и не уходил. Вернее, вышел, прошелся до дверей и понял, что уходить мне некуда, но, вернувшись, услышал ваш крайне познавательный разговор.
