Читаем без скачивания Игра по правилам - Дик Фрэнсис

Я знал, что Гревил много ездил по всему миру и покупал камни. Мы часто встречались то накануне его отъезда в Аризону или Гонконг, то после его возвращения из Израиля, но, кроме названий стран, он мне больше ничего не рассказывал. Я наконец понял, чем он занимался и что заменить его будет очень непросто.

Несколько подавленный, я вернулся в кабинет и позвонил его бухгалтеру и в банк.

Они были потрясены и горячо выразили готовность помочь. Менеджер банка сказал, что мне нужно будет утром к нему заехать, однако «Саксони Фрэнклин», компания с ограниченной ответственностью, может спокойно продолжать функционировать. Я без проблем могу все взять в свои руки. Ему нужно было лишь подтверждение адвокатов моего брата, что завещание являлось именно таким, как я сказал.

— Большое спасибо, — ответил я, несколько удивленный, а он тепло заверил, что рад мне помочь. «Должно быть, — с улыбкой подумал я, — дела у Гревила шли гладко».

В страховой компании тоже не оказалось никаких недоразумений из-за смерти моего брата: со страховкой компании с ограниченной ответственностью, похоже, все было в полном порядке — застрахована компания, а не мой брат. Я сказал, что собираюсь потребовать возмещения убытков за разбитое окно. Никаких проблем. Они пришлют соответствующую форму, и я ее заполню.

После этого я позвонил в Ипсуич, в похоронное бюро, в обязанности которого входило забрать тело Гревила из больницы, и договорился с ними насчет кремации. Они сказали, что в пятницу в два часа у них есть «окно», — устраивает? «Да, — ответил я, — я приеду». Тихим вежливым голосом они сообщили мне адрес крематория, чем сразу напомнили, что постоянно имеют дело с родственниками покойных. Гораздо веселее торговать живыми блестящими камешками или скакать на лошадях со скоростью тридцать миль в час, побеждая, проигрывая и рискуя сломать себе шею.

Я сделал еще один телефонный звонок — на этот раз своему хирургу-ортопеду, и, как всегда, наткнулся на его секретаршу. Она сообщила, что он в больнице, а не в своем офисе.

— Не могли бы вы попросить его оставить для меня где-нибудь рецепт? Я упал и подвернул лодыжку, а у меня кончается обезболивающее, — попросил я.

— Не кладите трубку, — прозвучало в ответ, и я стал ждать.

— Я разговаривала с ним, — услышал я вновь ее голос. — Он будет позже. Хорошо бы вам подъехать сюда в пять часов.

Я с благодарностью согласился и прикинул, что мне нужно выехать в районе половины третьего, чтобы не опоздать. Сказав об этом Аннет, я спросил, как они запирают офис.

— Мистер Фрэнклин обычно приходит первым и уходит последним. — Она осеклась, потупив взор. — Я хотела сказать...

— Понимаю, — успокоил я. — Ничего. Я тоже постоянно думаю о нем в настоящем времени. Продолжайте.

— Двойные двери вестибюля запираются изнутри. Далее — дверь, ведущая из вестибюля в офис, как вам уже известно, электронная; дверь склада — та, что в коридоре, — тоже; задняя дверь, через которую все мы входим и выходим, — тоже. Мистер Фрэнклин меняет... менял... номер по крайней мере раз в неделю. И дверь из вестибюля в демонстрационный зал, разумеется, тоже электронная, как и дверь из коридора в демонстрационный зал... — Она замолчала. — Я понимаю, кажется, все это трудно запомнить, но электронные замки на самом деле очень простые. Нужно знать всего три цифры. В прошлую пятницу это были пятерка, тройка и двойка. Система довольно простая. Мистер Фрэнклин поставил такие замки, чтобы избавиться от лишнего количества ключей. Правда, у нас с ним был ключ, которым в случае необходимости можно было вручную открыть эти электронные замки.

— Так вы вспомнили цифры? — спросил я.

— Да, конечно. Просто сегодня утром, когда все это случилось... они вылетели у меня из головы.

— А сейф? — поинтересовался я. — В нем есть какая-нибудь электроника?

— Нет, но в этой тяжелой двери очень сложный замок, хотя снаружи он выглядит обыкновенным. Мистер Фрэнклин всегда сам запирает... запирал... сейф перед уходом. А когда он куда-то надолго уезжал, он оставлял ключ мне.

Меня немного удивила эта неловкая фраза, но я не стал к ней цепляться, вместо этого спросил ее о демонстрационном зале, где я еще не был, и она вновь гордо повела меня по коридору, при помощи магических цифр повернула блестящую медную ручку двери, и мы оказались в помещении, весьма похожем на зал магазина со стеклянными прилавками-витринами, где сама атмосфера свидетельствовала о благосостоянии фирмы.

Аннет включила яркий свет, и зал словно ожил. Она торжественно пошла вдоль прилавков, демонстрируя мне все, что теперь переливалось там разными цветами.

— Здесь представлены образцы того, что у нас есть. Правда, разумеется, не все размеры и кроме шлифованных камней, которые находятся в сейфе. Мы не очень часто пользуемся демонстрационным залом, в основном приводим сюда лишь новых клиентов, но мне нравится здесь. Я люблю камни. Они очаровательны. Мистер Фрэнклин говорит, что камни — единственный дар земли, который людям удается сделать еще более красивым. — Она подняла лицо, вновь ставшее печальным. — Что будет теперь, когда его нет?

— Пока не знаю, — ответил я. — Но в ближайшем будущем мы продолжим принимать и отправлять заказы, пользуясь теми же источниками поставок, что и раньше, то есть будем заниматься тем же, чем обычно. Хорошо?

Она кивнула, несколько успокоившись, по крайней мере на данный момент.

— Только теперь, — добавил я, — вам придется приходить на работу первой, а уходить последней, если вы не возражаете.

— Конечно, нет. Я так и делаю всегда, когда мистер Фрэнклин в отъезде.

Не говоря лишних слов, мы просто посмотрели друг на друга. Потом, словно машинально, она выключила свет и, когда мы вышли, закрыла за собой автоматически запирающуюся электронную дверь.

Вернувшись в кабинет Гревила, я написал ей свой адрес и номер телефона и сказал, что, если она почувствует что-то неладное или просто захочет поговорить, я весь вечер буду дома.

— Я приеду сюда завтра утром после встречи с менеджером банка. Как вы, справитесь? Она неуверенно кивнула.

— Как нам к вам обращаться? Мне кажется, называть вас мистер Фрэнклин было бы не совсем уместным.

— А если просто Дерек?

— Нет-нет, — почти тут же возразила она. — Может быть, скажем, мистер Дерек?

— Ну что ж, если вам так больше нравится...

Для меня это звучало несколько чудно и старомодно, однако она была очень довольна своей находкой и сказала, что передаст всем остальным.

— Кстати, насчет остальных, — подхватил я. — Расскажите мне, кто здесь за что отвечает — вы, Джун, Лили...

— Джун занимается компьютерами и финансовыми операциями, — начала она. — Лили — заказами. Тина является нашей ассистенткой: она помогает Лили и выполняет кое-какую секретарскую работу, как и Джун. Как, впрочем, и я. Мы все делаем то, что в данный момент необходимо. У нас почти нет жестких разграничений обязанностей. Правда, Элфи занимается лишь упаковкой заказов. У него уходит на это все его рабочее время.

— А тот молодой человек с рыжей шевелюрой?

— Джейсон? Не обращайте внимания на его волосы, он неплохой парень. Это наша рабочая сила. В массе камни очень тяжелые. Джейсон носит коробки, работает на складе, выполняет разные отдельные поручения и пылесосит ковры. Иногда он помогает Элфи или Лили, если мы заняты. Я же говорю, что мы вместе делаем все, что необходимо. Мистер Фрэнклин никогда не позволял никому устанавливать какие-то жесткие границы.

— Он так и говорил?

— Да, конечно.

«Коллективная ответственность», — прозвучало у меня в голове. Я преклонялся перед его мудростью. Если все шло гладко, то принцип срабатывал. А на вид здесь все шло своим чередом, и я не собирался ничего менять.

Закрыв и заперев дверцу стенного сейфа ключом Гревила, я попросил Аннет показать мне среди множества других ключей тот, которым открывались электронные двери.

— Вот, — сказала она, отыскав его.

— А от чего другие, вы не знаете?

— Понятия не имею, — смущенно ответила она. От дома, от машины, еще от чего-нибудь. Я рассчитывал со временем разобраться. Попытавшись ободряюще улыбнуться ей, наскоро попрощался с остальными, кто был на месте, и спустился на служебном лифте вниз к ожидавшему меня во дворе Брэду.

— Свиндон, — сказал я. — Медицинский центр, где мы были в пятницу. Ты не против?

— Нет, конечно.

«Даже с радостью», — продолжил я про себя. Нужно было проехать восемьдесят миль, десять миль — в противоположную от дома сторону. Брэду удалось преодолеть их, не проронив ни слова, и я провел это время в раздумьях о том, что я еще не успел сделать, например, съездить к Гревилу домой, сказать, чтобы ему больше не приносили какие бы то ни было газеты, предупредить на почте, чтобы они отсылали всю корреспонденцию отправителям... «К черту все это! — устало решил я. — Ну почему же его угораздило умереть?»