Читаем без скачивания Повелитель Запретной Магии - Владимир Упоров

«Что происходит? Почему он внезапно отрубился? И что мне теперь делать?» – проклинала она несносного сопляка, надумавшего потерять сознание в самый неподходящий момент. Но, проблемы на этом не закончились, стоило ей воспользоваться звериным чутьем. Она поняла, что мальчишка не просто потерял сознание, а медленно умирает на ее глазах. Весь план покатился под откос.

Охотники и впрямь не представляли, с кем столкнулись в схватке. Их проигрыш был лишь вопросом времени, так как Южную Оборонительную Армию вел маг Эсталон, состоящий в Чистом Свете на должности офицера. В конце концов, все уникальные личности попадали в эту организацию, по собственному желанию или по воле Правящего клана. Он же обладал, пожалуй, самой эффективной способностью для ведения крупномасштабных сражений. И единственная возможность для противника сладить с его отрядом – это превзойти численностью в двадцать раз.

Самому магу на данный момент было больше сорока лет, хотя внешне он выглядел лишь на тридцать. За свою жизнь он провел немало битв и групповых поединков, в большинстве случаев побеждая. И если бы эти «Охотники на магов» понимали, с кем имеют дело, действовали бы осторожнее. Подконтрольный ему отряд удерживал южную территорию уже несколько месяцев, еще до прибытия Гелиоса. За прошедшее время они прошли двадцать девять схваток, в двадцати семи из которых одержали победу, а в двух просто разошлись с противником в разные стороны. Потери оставались минимальными.

Эсталона называли Бестелесным Драконом, из-за удивительной способности «Голос Ветра». В отличие от всех остальных магов стихии ветра, он умел объединять собственное сознание с заклинаниями. Если проще, то его зрение и слух не ограничивалось глазами и ушами. Это походит на заклинание поиска, но сильнее в сотни раз. Например, как только началось сражение, он сотворил заклинание воздушного облака, охватывающего площадь пространства в пять сотен метров. То есть, оно накрыло всех сражающихся – и своих, и чужих. Заклинание не причиняло какого-либо вреда, и даже не способно было это сделать, но позволяло создававшему магу видеть и слышать буквально все, что происходило в пределах действия, вплоть до самых мельчайших деталей и тихих шепотков. Эсталон мог разглядеть каждый сегмент брони мага, находящегося в сотне метров от него самого и окруженного десятками человек, мог услышать его бормотание и в точности определить, о чем он говорит.

Поначалу контролировать процесс видения было невозможно, и ему с трудом удавалось зацепить внимание на чем-то одном, но спустя невероятное количество тренировок, он научился смотреть на поле боя так, будто склонился над доской, усеянной крошечными фигурками-людьми. При этом существовала возможность приблизить эти фигурки к глазам, чтобы рассмотреть их с разных углов и ракурсов, услышать все, о чем они говорят. Лишние шумы наподобие грохота взрыва и звона металла он тоже научился приглушать. И хотя маг потратил на одно-единственное заклинание всю свою жизнь, наблюдать за крошками-людьми, копошащимися на его игровой доске, было поистине грандиозно. Со сталью обращаться он, тем не менее, умел, чтобы в случае неожиданностей защитить себя. Помогало и то, что он, с закрытыми глазами и стоя спиной, мог увидеть все движения противника.

И разумеется, сейчас это заклинание помогло ему следить за происходящим на поле сражения, вникать в любые интересующие мелочи, чтобы потом развивать сценарий по своему усмотрению.

Зная об охотниках и их тактике немало, Эсталон разрабатывал стратегию, которая позволила бы ему разбить их силы на несколько частей и, в конечном счете, пробиться к дракону Гелиосу. На протяжении сражения он отдавал распоряжения своим подчиненным, подстраиваясь под любое изменение. Конечно же, это не значило, что его товарищи не умирали на поле боя. От приказов командира зависит многое, но не все. Личные качества и способности могут стать слабостью. Уследить абсолютно за всеми невозможно.

Раздробленные и разделенные части отряда противника понемногу собирались вместе, продолжая нести потери, но так и было задумано. Удалось добиться главного – добраться до Короля Большого Огня прежде, чем завершен будет странный ритуал.

Следящий за полем сражения маг-стратег заметил, как с одной стороны женщина с черными волосами начала на удивление быстро пробираться вперед, словно расталкивала магов по сторонам. С ней явно что-то было не так. На другом конце поля также творилось что-то неладное. Какое-то существо, похожее на человека, но отличающийся по некоторым чертам внешности, неожиданно метнулся в самую гущу плотного строя светлых, проскальзывая подобно змее, ползущей между камнями. Он будто заранее видел все выпады окружающих боевых магов. А его товарищи, в тот же миг, начали отступать, хотя до этого самозабвенно рвались вперед.

Решив не игнорировать такие очевидные странности, Эсталон собирался взглянуть поближе на этого нелюдя – скорее всего представителя расы дьюраров. Однако в зону распространение его ветра вторгся кто-то чужой, и был он далеко не один.

Глава 3 Кровь

Клесс осознавала, что не успеет завершить ритуал до того, как светлые набросятся на них обоих. Реннет по-прежнему лежал без движения. Окружающее его драконье пламя погасло, а обнаженное тело начинало приобретать мертвенно-бледный оттенок. Что стало причиной внезапного ухудшения ситуации, Пожиратель могла лишь догадываться. И, сосредоточившись на нескольких вещах одновременно, она даже не сразу заметила, как перед глазами возникли фигуры людей.

То явно были не враги из числа светлых, ибо те носили серые и темно-синие плащи. Их с юношей и уже переставшего сопротивляться дракона окружили с десяток человек в грязно-красных, можно сказать – бурых одеждах, местами рваных и заляпанных грязью.

Так как ее челюсти были все еще заняты вытягиванием драконьей магии, Клесс возвестила их свирепым звериным рычанием о том, чтобы все они держались подальше.

«Пусть только попробуют что-нибудь сделать, тогда уже сдерживаться не буду! Ну же, поганые отродья, дайте мне повод!» – гневалась Пожиратель.

Но ее предупреждение никоим образом не сказалось на поведении незнакомцев. Они даже не пытались подойти ближе и стояли к ней спиной, направив острые лезвия клинков во все стороны, словно стремясь выстроить вокруг них защитную стену. Когда Клесс вцепилась в них взглядом, лишь один обернулся и бросил через плечо тихим голосом:

– Не вздумай прерываться, Жнец, иначе уничтожишь и себя, и своего товарища! Продолжай поглощение!

«От… откуда им известно о ритуале? Кто они вообще такие… или… что? Странный запах, слишком странный, от них несет трупами!»

Катарина тоже видела, как небольшая группа, судя по одежде – магов, появилась словно из ниоткуда и в мгновение ока окружили Реннета с Валент. А буквально минутой ранее она заметила, как юноша упал рядом с Гелиосом и его облик псевдо-дракона бесследно исчез. Что с ним произошло и кто эти странные личности, ощетинившиеся мечами и отгоняющие наседающих светлых?

В любом случае, она ничего узнать не сможет, пока не окажется там, поэтому женщина-мистик с удвоенной силой налегла на темную сторону собственных возможностей. Ее желание во что бы то ни стало добраться до мальчишки и разорвать душу любому, кто посмеет встать на пути, возросло троекратно. В результате, она не обратила внимания на то, что происходило позади, на неведомое давление, усиливающееся с каждым мгновением.

Кузнецу-мечнику Крому, в то же время, удалось повернуть охотников назад. Тяжесть в теле и неприятные ощущения усиливались. Некоторые начали валиться с ног. Четверо магов Алого Дождя тоже оказались в их числе. Из носа и ушей у них пошла кровь.

– Что происходит? – выкрикнул Оуэр, продолжая сдерживать строй противника, все еще пытающегося задавить их.

– Понятия не имею, но, похоже, проделки дьюрара! – ответил Кром, кинув меч в ножны и подхватив упавшего к его ногам охотника. Он оттаскивал безвольное тело, когда как остальные прикрывали спину заклинаниями.

– Вот же гаденыш! Так и знал, что от нелюдя ничего хорошего ждать не приходится! – ругался колдун где-то справа от него.

Осматривая потерявшего сознание мага, Кром обнаружил, что у него те же симптомы, что и у остальных – кровотечение из носа и ушей. Это был очевидно плохой признак. Передав раненного лекарям, он снова рванулся назад, в попытке вывести всех оставшихся с поля боя. Чутье подсказывало ему, оно может превратиться в их общую могилу.

Скоро уши кузнеца-мечника тоже заложило и по шее потекло что-то горячее. Осознав, что сам может оказаться на месте пострадавших товарищей, он оставил затею спасти всех до единого, и повернул обратно. Каким бы благородным не были побуждения, воин прекрасно понимал, что его собственная смерть никому пользы не принесет. Клинок, которым он отражал выпады, начал меркнуть.