получила правильное представление о типе мужчины, за которого она хотела выйти замуж, ее нужно было познакомить со многими из них. И если посещение балов и вечеринок избавило бы ее от сожалений от выбора супруга, то он был готов вынести муки тысячи лондонских сезонов.
Хотя, очевидно, привязанность между ними была односторонней. Некоторое время назад Мэг была только рада оставить его в компании волчиц, весело ускользнув, когда легион хищных мамаш и их кокетливых дочерей загнал его в угол — в буквальном смысле слова, прижав к колонне — на террасе. Последовала какофония приглашений, а также список женских достижений.
Если бы не измученный шмель, приземлившийся на шляпку леди Дойл, и последовавшая за этим истерика с размахиванием конечностями, он, возможно, никогда бы не сбежал. Хотя, мало что хорошего принесло ему то, что он вырвался на свободу, только для того, чтобы столкнуться в саду с мисс "Я вас не заметила", затаившейся в засаде.
Он все еще не мог забыть эту встречу. Почему он не может отмахнуться от нее, как от всех остальных?
Возможно, простое объяснение состояло в том, что он устал от всего этого. Устал демонстрировать каждую унцию джентльменского этикета женщинам, которые просто видели в нем самого неуловимого холостяка Лондона. Да, должно быть, в этом и есть причина, решил он.
К счастью, этот день скоро закончится.
Некоторое время назад он мельком увидел свою сестру, спешащую через двери террасы. Поскольку джентльменам не разрешалось входить в коридор, предназначенный для гостей женского пола, он ждал в обитой золотым ситцем прихожей рядом с главным холлом, скрытый от посторонних глаз, но внимательно следивший за лестницей.
Снаружи, на лужайке, подавали чай. Десятки накрытых льняными скатертями столиков ждали под полосатыми навесами, а мелодии струнного квартета доносились сквозь открытые французские двери вместе с поздним весенним ветерком.
Внутри его внимание на мгновение переключилось на двух пожилых женщин, выходящих из-под лестницы. Они прошли мимо него, но были слишком поглощены беседой над клочками бумаги, чтобы заметить его. Добравшись до дверей, они обменялись быстрыми взглядами, прежде чем засунуть сложенные бумажки за корсажи, а затем хихикнули, как пара преступников.
Странно, подумал он, наблюдая, как они крадутся к лужайке.
Однако, услышав смех Мэг, он быстро забыл о них и перевел взгляд на лестницу. Она оживленно разговаривала с кем-то, кто не попадал в поле его зрения, ее руки в перчатках, по своей привычке, возбужденно жестикулировали. В тот момент, когда она увидела его, ее глаза озорно заблестели. Она весело отсалютовала, словно объявляя себя победительницей в своей игре в "побег от компаньонки".
— А вот и ты, Брэндон. Я все гадала, куда ты пропал, — поддразнила Мэг с веселой улыбкой.
Как бы он ни старался, он не мог сердиться на нее. Итак, он улыбнулся с нежностью в ответ. Но его веселье внезапно исчезло, как только он увидел ее спутницу.
Это была она, янтарноглазая гадюка из сада. Очевидно, хитрая дебютантка перешла к другой тактике.
Из всех уловок, направленных на привлечение его внимания, худшей была любая попытка подружиться с его сестрой под ложным предлогом. Сердце Мэг было разбито слишком многими потенциальными подругами. При мысли о том, что она снова пострадает из-за чьего-то плана, у него закипела кровь.
Хотя это потребовало усилий, он подавил гнев, поднимающийся под маской вежливости.
— Я решил прогуляться по саду. Ты же знаешь, как мне нравятся эти вечеринки.
— Сарказм вряд ли подходит для знакомства с моей новой подругой. — фыркнула Мег с притворным упреком.
Он бросил взгляд на предполагаемую подругу и натянуто произнес:
— Мы уже встречались.
— Но не официально. По крайней мере, так говорит Элли.
— О?
Его пристальный взгляд переместился на эти глаза цвета коньяка, и внутри у него все закипело.
— А что еще говорит Элли?
Мэг, ухмыляясь, бочком подошла к нему.
— Что касается этого, я отказываюсь предавать ее доверие. Однако есть вероятность, что у нее сложилось о тебе не очень хорошее впечатление.
Глаза ее собеседницы стали круглыми, как блюдца, а щеки побледнели.
— Мэг, я…
— О, не волнуйся. Брэндон испытает облегчение от этого. Не так ли, брат? Видишь ли, его преследуют, куда бы мы ни пошли. По крайней мере, с тобой у него не будет таких проблем. Поэтому я полна уверенности, что мы все станем лучшими друзьями, — сказала она, протягивая руку, чтобы взять девушку за руку и притянуть ее ближе.
— Брэндон, я бы очень хотела представить тебя мисс Элоди Пэрриш. Элли, это мой часто придирчивый, но обычно вполне сговорчивый, хоть и древний брат Брэндон Стредвик, маркиз Халлуорт.
Незваная гостья присела в реверансе, ее щеки внезапно залил румянец вины и обмана.
— Милорд.
— Мисс Пэрриш.
Он чопорно поклонился, затем предложил руку Мэг.
— Мы не хотели бы вас больше задерживать.
— Брат, это довольно поспешно. Я подумала, что мы могли бы прогуляться по саду в дружеской беседе.
— Чай уже подан. Наш столик ждет. Если мисс Пэрриш желает, мы могли бы проводить ее к ее собственному столу. Я уверен, что среди гостей есть те, кто ищет ее. Возможно, компаньонка или даже, — он сделал паузу, чтобы критически осмотреть ее, — подопечная. Вы гувернантка одной из присутствующих юных дебютанток?
Она на мгновение застыла, затем пронзила его взглядом, полным такого презрения, что он сразу понял, что оскорбил ее. В нем укоренилось стремление загладить вину. В конце концов, его отец был безупречным примером того, как должен вести себя джентльмен. И все же Брэндон не извинился. Ведя себя как джентльмен, он не предотвратил бы заговора интриганов. По опыту он знал, что это только поощряет их. И он отказывался снова видеть, как его сестре причиняют боль.
Он охотно перенес бы оброненные носовые платки, симулированные травмы и даже случайные столкновения. Но не это.
Понимая, что лучше покончить с этим фарсом сейчас, он придержал язык и встретился с ее суровым взглядом.
— Ты сам на себя не похож, Брэндон. Боюсь, солнце опалило твои манеры, — резко сказала Мэг, затем выпустила его руку.
— Элли, я должна извиниться. Он не знает, каким ангелом ты была для меня.
Интриганка покачала головой и мило предложила:
— Нет, Мэг. Это я должна извиниться. Я слишком надолго задержала тебя наверху, когда твой брат явно беспокоился о твоем благополучии. Не переживай об этом. Я уверена, что я не буду.
Она бросила последний презрительный взгляд в его сторону, прежде чем улыбнуться его сестре.
— Но я с нетерпением жду встречи с тобой снова этим вечером на балу у Истербруков.
С этими
