– Я же тоже человек, сынок! Сегодня годовщина маме моей, уже двадцать три года, как нет её со мной. И сестрёнка у меня была старшая, тоже нет её, она любила меня и очень всегда переживала, что жизнь моя, как телега без лошади под откос всё, под откос понеслась и ничем не удержать её больше. Запомни, все бомжи – люди, сами себе они не рады, но… наверное, Бог их для какой-то цели всё же создал… Смерть их всех ждёт страшная и неожиданная, а страшнее всех – моя. Она уже рядом, я рано обрадовался, дурак! – Игорь Васильевич сделал решительный шаг вперед по направлению к ближайшему столику с целью схватить почти полную кружку пива, стоявшую перед пожилым печальным – не то казахом, не то киргизом, жадно пожирающим сочный шашлык, но – не успел…
Командир наряда ничего не успел понять, без остатка растворивший разум ужас накрыл его мягкой сокрушительной лавиной сверху – из черноты неба. Сержант лишь ощутил, как сильно обожгло правую щеку чьим-то зловонным жарким дыханием, да перед глазами ослепляюще полыхнула холодная бирюзовая молния и сразу – безумный женский визг, и – темнота вместе с тишиною. Но без сознания сержант пробыл недолго: всё тот же пронзительный не прерывавшийся ни на секунду визг привёл сержанта в чувство. Он увидел опрокинутый столик, разбитую кружку, пролитое пиво, разбросанные по асфальту куски шашлыка и – официантку, её белые безумные глаза и широко раскрытый рот, откуда летела слюна, и бешеным напором рвался визг.
– Какая-то огромная чёрная тварь унесла этого бомжа в небо, командир!!! – твёрдо сказал над ухом сержанта голос одного из подчиненных патрульных. – Нужно немедленно что-то делать, во всяком случае – эвакуировать людей внутрь здания вокзала!
– Бред какой-то – не может такого быть!!! – только и мог сказать сержант и часто-часто, совсем по-беспомощному, по-старчески, затряс головой.
Невдалеке взвыла сирена. На большой скорости к месту происшествия подкатил жёлто-синий «УАЗик», брызгавший во все стороны мертвым синим светом, яростно полыхавшим внутри крутившегося фонаря, прикреплённого к крыше автомобиля. «УАЗик» не успел даже затормозить, как наружу выскочил милицейский подполковник с лицом решительным и злым. При виде бледного сержанта и его трясущейся головы лицо подполковника сделалось ещё решительней и злее.
– Возьмите себя в руки, сержант! – резко сказал подполковник, – и докладывайте!..
Стрэнг унёс Игоря Васильевича далеко за городскую черту и отужинал им высоко над глухими заливными лугами, где наливались свежим соком густые травы и распускались первые луговые цветы, щедро испускавшие в воздух густой сладкий аромат. Всё время полета Игорь Васильевич, естественно, находился в состоянии глубокого шока и лишь над цветущими ночными лугами, сплошь покрытыми густой росой, он очнулся, и ему явственно почудилось, что он превратился в ангела с большими чёрными крыльями, влетающего в цветущий сад. Игорь Васильевич счастливо улыбнулся и благодарно прошептал стрэнгу: «Спасибо, мой избавитель!» А затем обескровленное тело Игоря Васильевича, кувыркаясь, упало в середину неглубокого озерка, заросшего круглыми листьями кувшинок.
Глава 13
Панцырев решительно зашагал к крыльцу, а я – за ним. Когда мы поравнялись с «жабами», они неожиданно расправили крылья, распространив вокруг негромкое скрипучее щёлканье и дружно взмыли в воздух, на прощанье едва не хлопнув нас по головам широкими перепончатыми крыльями. Генерал, вероятно, посчитал их вполне безобидными, так как не сделал попытки применить оружие.
– Это были птеродактили? – не без некоторой толики юмора поинтересовался я.
– Слушай меня сейчас с особенным вниманием, Валя, – пропустив мимо ушей мой вопрос, очень серьёзно и сосредоточенно произнес генерал, – пока мы не вошли внутрь дома, я кратко, но по существу объясню тебе суть возникшей перед всей нашей Организацией проблемы.
Мир устроен значительно сложнее и совершеннее той примитивной модели, о какой внушили тебе непоколебимое представление в школе и университете. Существует несколько основных теоретических схем структуры основ мироздания, построенного на совместном существовании бесконечного множества взаимопросачивающихся параллельных миров. Но правительства крупнейших земных держав во все времена интересовала исключительно практическая изнанка неизбежных контактов с мирами соседних измерений. За последние десятилетия, благодаря определенным технологическим достижениям правящим кругам нашего уникального государства удалось упорядочить широкомасштабные, взаимовыгодные контакты с силами, представляющими интересы некоей, по всей видимости, необычайно могущественной цивилизации, существующей вне временных и пространственных координат земной ойкумены, – мы как раз подошли к ступенькам крыльца и генерал сделал мне знак рукой остановиться, предполагая, что ему нужно успеть донести до меня необходимую информацию, прежде чем мы попадем внутрь апарца, где возможность для продолжения разговора могла оказаться вполне проблематичной. – Сотрудничество продолжалось без особых проблем двадцать три года и два месяца до того момента, пока десять дней назад внезапно не скончался некто, некий, скажем так, ключевой функционер оттуда – из контактирующей с нами параллельной вселенной. Перед оперативным отделом «Стикса-2» была поставлена срочная задача – организовать охрану могилы и ни в коем случае не допустить её возможного грабительского раскопа до обязательной эвакуации трупа на далёкую Родину.
Могила, к сожалению, оказалась за три с половиной тысячи километров от Москвы, в вашем чудесном городе. Операцию руководство поручило мне, и в результате я её провалил: из гроба чужака вылетела Чёрная Шаль и в результате вскоре, при загадочных обстоятельствах, погибает командир «Стикса» генерал-полковник Шквотин и сам «Стикс» за какие-нибудь сутки превращается в организацию, не способную ответить по своим деловым, финансовым, служебным и политическим обязательствам перед многочисленными кредиторами доверия, – запищал зуммер радиотелефона генерала, и он вынужден был прерваться в своём энергичном стремлении огорошивать меня удивительными откровениями, отвечая на срочный вызов майора Стрельцова. – Что случилось, Эдик?!
– Мы приготовили огнемёты, Сергей Семенович! – я отчётливо слышал каждое слово Эдика, и мне явственно чудилась, звучавшая в голосе майора неприкрытая тревога, – Вы не можете пока дать полного заключения по состоянию объекта?!
– Нет – мы только-только собираемся пройти внутрь апарца. Ты давай не мудри, а говори по существу – что случилось?!
– В ближайших улицах начал слышаться странный шум. Создается ощущение, что к нам приближается стадо каких-то крупных животных, наподобие слонов или носорогов! По-моему, этой самой цыганской слободке пришел полный классический!.. – Эдик для вящей убедительности с характерной вульгарностью причмокнул губами. – Здесь не осталось ни одной человеческой души!
– Нет, не думаю. Скорее всего, это – побочные шумовые эффекты или маскировочная слуховая мимикрия. Настоящей опасности ещё нет, во всяком случае – пока. Мы имеем дело с ярко выраженным пассивным процессом. Так что успокойся и не пори горячку, максимум внимания на апарц, следи за интенсивностью освещения. Всё – больше не отвлекай нас! – Сергей Семенович сложил радиотелефон и убрал его в правый карман пиджака.
– Хватит, правда, болтать, – он ободряюще улыбнулся мне, заговорщицки подмигнул и добавил: – Пойдем знакомиться поближе с твоей продавщицей. Она наверняка заждалась нас, бедняга!
Больше не сказав ни слова, генерал поднялся по ступенькам и, решительным движением отодвинув в сторону красную занавесь, вошел внутрь. Я немедленно последовал за ним, придержав занавеску рукой и машинально отметив, что она вся пропитана какой-то липкой пахучей дрянью – как будто её только-только облили свежесваренной брагой. Я торопливо отдёрнул руку, и занавеска повисла в прежнем положении за моей спиной, вернее – за нашими, с Сергеем Семёновичем, спинами.
А Сергей Семёнович уже открывал дверь, оббитую чёрным дермантином, ведущую в просторные полутёмные сени, и там головы наши сразу стали кружиться от ароматов, невыносимо аппетитных, словно в воздухе сеней волшебным образом растворился целый пуд жареной свинины, присыпанный килограммом редких заморских специй!
– Там пир горой! – несколько задумчиво произнёс Сергей Семенович и быстро внимательно взглянул на меня.
– Я что-то делаю не так, товарищ генерал-майор? – сам не замечая – по давно забытой армейской привычке, я замер по стойке «смирно» и вытянул руки по швам.
– Вольно, волонтер! – улыбнулся Сергей Семёнович, – Сейчас мы с тобой славно закусим и, возможно, даже выпьем по сто грамм! Так что, расслабься!..
Глава 14
