на предметы и события?
– Объясните, что именно вы хотите выяснить, и я отвечу.
– Для начала я хотела бы, чтоб вы дали общую оценку состояния Брин: насколько её можно счесть невменяемой и неспособной давать показания под присягой. Вы – признанное светило современной психологии и психиатрии, доверие к вашим словам будет абсолютным, чего нельзя сказать о заключениях других экспертов. Честно говоря, психиатрам тюремного стационара не верит даже капитан Уильямс – он убеждён, что моя подзащитная ловко симулирует психическое расстройство.
– Хотите вызвать меня в суд в качестве независимого эксперта? Хорошо, я возьмусь за это дело – я чувствую себя виновным перед Брин и готов помогать вам всеми возможными способами, кроме лжесвидетельства.
– Господи, повторю ещё раз: я никогда не подтасовываю факты! Если вы придёте к выводу, что моя подзащитная действительно ловко водит за нос штатных психиатров полицейского департамента, то именно это мне и сообщите! В конце концов, я имею законное право просто не вызывать вас в суд в качестве свидетеля защиты, а прокурор вынужденно обойдётся собственными экспертами, оплаченными штатом.
Доктор Хэлл расхохотался и укоризненно покачал головой:
– Любите ходить по тонкой грани допустимого, мисс Мэнс? Вы хотели, чтобы я прояснил что-то ещё, помимо состояния Брин?
– Да. Вам известно, что она обвиняется в убийстве инкуба, и доказано, что орудием убийства стал артефакт, а после в тело жертвы воткнули нож. Мне хотелось бы, чтоб специалист вашего профиля сделал некие выводы...
– Выводы, связанные с её причастностью к убийству? – задумчиво уточнил доктор Хэлл в повисшей паузе, и Вэл кивнула:
– Всё верно, но материалы для вас я пока не собрала, надеюсь управиться к завтрашнему утру. Можно будет оставить вам пакет у администратора?
– Да, разумеется, мне всё передадут.
Директор центра опустился в своё кресло, и Вэл обратила внимание на большую фотографию в рамке, стоящую на краю его стола. На снимке доктор Хэлл нежно обнимал свою супругу, и к ним с двух сторон прижимались дети: очаровательная девочка лет пятнадцати и молодой человек постарше – темноволосый и кареглазый, вылитая копия отца. Никому бы в голову не пришло, что мужчина на такой милой семейной фотографии – инкуб!
Поблагодарив демона за согласие помочь ей, Вэл не удержалась от вопроса, застыв на полпути к двери:
– Как вы умудряетесь сохранять ваш брак?
– Всё просто: жена безусловно доверяет мне, а я никогда не предаю её доверия, – улыбнулся высший демон.
– Да, звучит просто...
Эрл Хэлл развёл руками:
– Как и все правила счастливого брака. Обычно возникают проблемы не с пониманием принципов выстраивания крепких отношений, а с готовностью неуклонно им следовать.
– Люблю психологов за умение изрекать очевидные истины так, что возникает эффект откровения свыше, – рассмеялась Вэл.
– Адвокаты тоже наделены этим умением. Моя жена с удовольствием читает статьи о ваших ярких выступлениях в зале суда и всегда восхищается драматичными финалами ваших громких дел.
– Вы даёте мне надежду, что и она не откажется ответить на парочку моих вопросов. – Вэл уже несколько минут назад услышала шум за дверью, известивший о возвращении хозяйки приёмной. – Буду ждать вашего звонка, доктор Хэлл.
Глава 3, о неизлечимой любви и плохих приманках
О том, что внешность бывает обманчива, Вэл вспоминала часто. Собственно, для этого ей достаточно было глянуть на своё отражение в зеркале. За столом секретаря в приёмной сидела молоденькая миловидная блондинка с открытым и добрым лицом, в которой ни один человек не опознал бы тёмную ведьму! Оставалось в очередной раз порадоваться, что Вэл родилась не человеком, и что Дон Шепард своевременно прислал ей данные о жене мастера Лос-Анджелеса. Юная на вид дамочка разменяла седьмой десяток лет, имела учёную степень доктора наук и степень магистра магии, а об её взрывоопасных экспериментах не сплетничали только самые молчаливые адептки местного ковена. Соединяя достижения современной биофизики с ведьминскими премудростями, супруга доктора Хэлла добивалась результатов, повергающих в восхищённых трепет самых древних ведьм. На месте инкуба Вэл бы тоже тысячу раз подумала, стоит ли ходить налево от такой жены.
Предмет её размышлений легко вспорхнула с кресла, шагнула вперёд, и из-под стола мигом вынырнула большая чёрная кошка, уставившаяся на Вэл разумным, настороженным взглядом. Легко было догадаться, что животинка – фамильяр, не слишком обрадованным появлением вблизи хозяйки опасного существа. Кошка повела носом, тревожно встопорщила усы, затем глянула на дверь директорского кабинета и успокоилась. Да, у её хозяйки имелся такой защитник, что можно было не переживать за её сохранность, а вот фамильяр Сью долго привыкал к обществу Вэл и раньше раздражённо шипел при её появлениях.
– Рада познакомиться, мисс Мэнс! – лучисто улыбнулась Элен Хэлл, и Вэл крепко пожала протянутую ей руку. – У вас очень выразительное лицо. Не переживайте, я ведьма хоть и тёмная, но вполне дружелюбная и безобидная.
– Моя близкая подруга тоже ведьма. Когда она рассорилась со своим молодым человеком, то её причитания по этому поводу звучали примерно в том же ключе: «Я никому ничего плохого не делаю, живу в гармонии с природой и трепетно слежу за своим душевным равновесием. Посему полагаю не мстить, а просто бросить его в котёл с кипящим зельем».
Заливистый смех придал ещё больше молодости и очарования личику супруги мастера.
– Хотите кофе? – предложила она. – К нему есть уйма сортов печенья и шоколада – дары от благодарных пациентов скоро обрушат все полки в секретере. Но если вы спешите, то не считайте нужным вежливо соглашаться!
– Если честно, я хотела бы задать вам несколько вопросов, но от кофе тоже не откажусь.
– Вопросы? Мне? – удивилась Элен, с профессиональной сноровкой заправляя кофемашину. – А, наверное, по поводу пребывания в нашем центре Брин Стоун?
– Нет, об этом я уже беседовала с вашим супругом. Меня очень интересуют хоть какие-то сведения об артефакте «Верность инкуба» или «Моногамия демона секса».
Лицо Элен мигом изменилось. Оно захолодело, взгляд приобрёл оттенок стали, губы плотно сжались. В приёмной повисло молчание, нарушаемое лишь рокотом кофемашины. Выставив на стол обещанные сладости и две чашки с ароматным напитком, Элен сухо произнесла:
– Не знаю, что вам наговорили обо мне, но изготовлением артефактов такого рода я никогда не занималась и впредь не планирую, никакие секретные рецепты их создания мне не ведомы. Подобные исследования специалистами нашего центра не проводились, не проводятся и, смею
