– Проверяешь мою стойкость, задавая провокационные вопросики? Но должен тебя разочаровать – мне это понравилось. Весьма забавно и поучительно. И влиться в ряды истинных ценителей искусства я тоже весьма рад! – И многозначительно посмотрел на ее розовые губки, прозрачно намекая, какое искусство он ценит.
Поскольку легкий флирт был предусмотрен ее сценарием, возмущаться она не стала, а улыбнулась ему в ответ улыбкой искушенной светской львицы, томно состроив глазки. Он только присвистнул, несколько оторопев от неожиданности.
Прозвенел третий звонок. Прошли в зал, сели на свои места. Влад по-хозяйски закинул руку на спинку ее кресла, и она оказалась в тесной близости с ним.
– А это не чересчур? – Ей не хотелось сразу вызывать нехорошие мысли у сослуживцев.
– А что тут такого? – Влад был непритворно удивлен ее излишней скромностью. – Я же не лезу к тебе с поцелуями на глазах у всего зрительного зала.
Но Ане казалось, что именно так все и подумают, поскольку разговаривал он с ней вплотную прижавшись к ее ушку. Казалось, что он нашептывает ей разную любовную чепуху и только и ждет, когда погаснет свет, чтобы заняться более приятными делами. Зазвучала увертюра, и девушка заставила спутника сесть нормально. Она не собиралась портить впечатление от хорошего балета выкрутасами сотоварища по розыгрышу. Неожиданно для себя Влад тоже заинтересовался происходящим на сцене и больше ей не мешал.
В антракте вышли в фойе, и навстречу им стремительно кинулась главный осведомитель их конторы Марья Степановна по прозвищу МС. Знать все обо всех было ее страстью, добровольной и бескорыстной. Единственной наградой за раздобытую с риском для жизни информацию ей служило изумление на лицах коллег.
Аня не скрывала удовольствия: какое же представление без хорошей рекламы? А лучшего пиарщика, чем МС, не сыщешь. Оправдывая ожидания девушки, та пропела:
– Как замечательно, Владислав Михайлович, что вы любите балет, – первым делом посетили театр вместе с коллективом!
Он усмехнулся, разгадав подначку, и ответил в том же духе:
– Да вы и сами прекрасно видите, что я здесь с девушкой, а не с коллективом. Хотя, признаю, билетом меня снабдила Аня. Но я бы не возражал, если бы знакомых на спектакле было поменьше. – И со всей откровенностью добавил: – Чувствуешь себя гораздо свободнее, знаете ли.
МС сразу ухватилась за небрежно брошенные слова:
– А чем же мы вам мешаем? Мы ведь далеко…
Влад пожал плечами:
– Если честно, мне-то вы не мешаете. Но вот Аня жутко стесняется и постоянно мне запрещает то одно, то другое…
В его устах это прозвучало так двусмысленно, что Аня быстро кивнула чуть не прыгающей от экстаза женщине и увлекла спутника подальше. С некоторой иронией посмотрев на ее покрасневшее лицо, он послушно стал внимать ее замечаниям о выставленных в фойе эскизах декораций.
После спектакля, решив пустить коллегам пыль в глаза, Влад дождался, пока из фойе не покажется толпа сослуживцев, галантно усадил свою даму в машину, захлопнул за ней дверцу и повез. Но, как скоро выяснилось, не домой.
Подъехав к автобусной остановке, притормозил и виновато пробурчал, не глядя ей в глаза:
– Извини, но меня ждут. Ты не сильно рассердишься, если я тебя высажу здесь? Тебе ведь недалеко добираться от автобусной остановки?
Аня развеселилась. Ну вот, раскололся. И это значит: не суйся со свиным рылом в калашный ряд!
– О, конечно! Никаких проблем, я только рада! Пройтись в такой чудный вечер – сплошное удовольствие!
Порадовавшись ее сговорчивости, он высадил девушку у остановки и стремительно умчался.
Едва открыв дверь, Полина сразу потребовала отчета о проведенном вечере. Аня честно рассказала ей обо всем. Узнав, что Влад оставил подружку посреди дороги и той пришлось добираться до дому одной, Поля просто закипела от негодования:
– Он не имел права так делать! Город – это не деревня! Черт-те что может случиться с девушкой, которая идет вечером одна!
Анна лукаво хихикнула.
– Не волнуйся, скоро я буду жестоко отомщена, а он горько пожалеет о своем глупом поступке. Меня, когда я возвращалась в одиночестве, засекла Марья Степановна.
Полина тихо ахнула.
– Кошмар! И что ты теперь будешь делать?
– Я-то ничего не буду. Но вот что будет делать Влад?
В пятницу Аня с некоторым коварством ждала появления МС. Та не заставила себя ждать. Не прошло и десяти минут после начала рабочего дня, как дамочка плавно вкатилась в общий отдел.
– Ах, Анечка, какой вчера замечательный был спектакль!
– Да, спектакль был хороший…
Поскольку Аня имела в виду совсем другой спектакль, то в ее голосе прозвучала невольная ирония. Но МС поняла ее по-своему.
– Ты, видимо, расстроена, дорогая. Это так жаль – поссориться с молодым человеком буквально через день после знакомства!
Не ходившие на вчерашний спектакль дамы сразу навострили ушки. То, что Аня была там не с Полиной, как обычно, а с Владом, стало ошеломительной новостью.
Сослуживицы побросали работу, повернулись и, вытянув шеи, старательно прислушивались к разговору.
МС вовсе не была злым человеком, напротив, вспомнив свою молодость, очень сочувствовала девушке. Просто она страдала недержанием речи и неодолимой страстью лезть в чужие дела. Анна ответила с плохо скрытым неодобрением:
– Ну что вы, мы вовсе не ссорились. Просто Владу позвонили по сотовому телефону и сказали, что у отца плохо с сердцем. Ему пришлось оставить меня на остановке и срочно ехать к родителям. Вы же понимаете, что он не мог взять меня с собой. С какими бы глазами я появилась у его родителей в одиннадцать часов вечера, как вы думаете? И что бы я там делала всю ночь?
МС опешила. О таком обороте дела она не подумала. Быстренько свернув разведывательно-сочувствующую кампанию, умчалась с последними новостями дальше.
Аня сконфуженно почесала затылок. Нехорошо было приплетать родителей к их затее, но ничего более пристойного на ум не пришло. Ну ничего, пусть теперь отмазывается как хочет. Это ведь не она бросила товарища посреди дороги.
Опомнившись, женщины обступили ее стол.
– Аня, как ты могла скрывать от нас, что идешь в театр с Владиславом Михайловичем? Почему мы узнаем об этом от сотрудников других отделов, когда должны быть первыми?
Девушка с укором посмотрела вокруг. И с каких это пор она должна докладывать о своих личных делах коллегам по работе? В ее должностных обязанностях об этом ничего не сказано…
Так и заявила женщинам, на что они немедленно разобиделись.
– Ну, как хочешь, только потом сочувствия от нас не жди!.. – отрезали и с надменным видом разбрелись по своим местам.
