Читаем без скачивания Хозяин шелковой куклы - Анна Князева

И вот наступил момент, когда ни у кого из них уже не было сил ехать дальше, и Вешкин засыпал за рулем. Километрах в двухстах от Варшавы попался двухэтажный мотель, похожий чем-то на альпийское шале. Его название состояло из нескольких цифр, которые вряд ли запомнишь.

На автомобильной стоянке их встретили две собаки, которые вместе с гостями проследовали в вестибюль мотеля и даже сопроводили их до номеров в цокольном этаже.

То, как был устроен этот мотель, заслуживает отдельного описания. Надземная часть в два этажа не производила особого впечатления – мотель как мотель. А вот подземная представляла собой колоссальное бетонное сооружение, хитроумно скрытое под землей. Туда, вниз, вела железобетонная лестница, которая заканчивалась в гигантском коридоре, пронзившем спинальной осью все подземное сооружение. Коридор углублялся к центру, но по торцам выходил на поверхность земли таким образом, что через широкие ворота, и с одной, и с другой стороны, в него могла заехать крупногабаритная грузовая машина. Многочисленные двери вели из коридора в номера для гостей.

Простившись с хозяйскими собаками, Дайнека вошла в свой номер. Вспыхнул свет, и она увидела прихожую, а за ней скромную комнату. В глаза сразу же бросилась аномальная толщина стен, явно больше одного метра. Чрезмерно массивные балки у потолка казались инженерной ошибкой, как будто их рассчитывал студент-двоечник, не изучивший «Сопротивления материалов».

Крохотное оконце на высоте двух с половиной метров наводило на безрадостные мысли о невозможности бегства во имя спасения в случае экстренной ситуации.

Но в целом номер был неплохим.

Дайнека приняла душ и легла спать, успокоившись тем, что за метровой стеной (недалеко от нее) был Сергей Вешкин – он, в случае чего, ее выручит. Но свет гасить не стала, так и заснула с включенным.

Пробуждение оказалось не столько внезапным, сколько пугающим. Свет в комнате не горел, и было ощущение чужого присутствия. В абсолютной темноте Дайнека не сразу сообразила, где находится. Состояние полной дезориентации в пространстве и времени прошло, как только она провела рукой по лицу, словно убеждаясь, что все еще существует. Потом Дайнека ощупала стену и, наткнувшись на гобеленовый коврик, чуть успокоилась. Вспомнила про свой телефон, отыскала его на прикроватном столике и включила фонарик. Осветив комнату, поняла, что в номере никого нет. Осталась ванная и коридор, которые она тут же обследовала, подхватившись с постели. Там тоже никого не было. Дайнека щелкнула выключателем, но свет не зажегся.

В этот самый момент за дверью кто-то вскрикнул и басовито выругался – голос был сугубо мужским. Взревел двигатель. Его звук имел такую мощность, что входная дверь завибрировала, а в номере задребезжали оконные стекла. Послышался визг протекторов, в нос ударил резкий запах выхлопных газов, после чего в конце коридора что-то грохнуло. Залаяли собаки, в их лае слышались визгливые нотки, по которым легко было понять, что даже самому храброму псу иногда бывает страшно. Спустя несколько мгновений их лай прозвучал где-то на улице.

Дайнека решилась открыть дверь, но не обнаружила в замке ключа. Посветила телефоном – он лежал на полу. Она бездумно тронула дверную ручку и вдруг распахнула входную дверь настежь, однако потом, со страху, снова ее захлопнула.

В голове билась одна только мысль: «Я закрывала дверь на ночь! Я точно ее закрывала!»

Этому существовало только одно объяснение: она была слишком уставшей, перед тем как уснуть.

Между тем в коридоре захлопали двери, и стали переговариваться встревоженные постояльцы. В ее дверь постучали, голос Сергея спросил:

– Дайнека… Ты спишь?

Она открыла дверь и нос к носу столкнулась с Вешкиным:

– Что случилось?

– Не знаю.

– Здесь кто-то кричал, – проговорила Дайнека.

– Машина проехала. Собаки залаяли. Или мне все это приснилось? – почесываясь со сна, поинтересовался Сергей.

– Я сама это слышала, – уверенно подтвердила она.

Неожиданно вспыхнул свет, и все увидели, что ворота в конце коридора выбиты. Вскоре появился хозяин, который, как выяснилось, проживал с семьей на втором этаже мотеля. Он стал успокаивать постояльцев, призывая их разойтись по своим комнатам. Собаки были при нем, и они всем своим видом опровергали его заверения. Их вздыбленные холки и горящие глаза удостоверяли, что ночка выдалась беспокойной.

Утром, во время завтрака, постояльцы активно обсуждали ночное происшествие. Многие обращались с вопросами к портье, но тот всякий раз уходил от ответа. Одному только Вешкину удалось кое-что разузнать. Он подошел к разговору с портье с другой стороны:

– Говорите по-русски?

Портье говорил по-русски, и очень охотно. В разговоре выяснилось, что тридцать лет назад он окончил Московский университет.

– Странное здание. – Сергей Вешкин указал на старинный подъемник в центре вестибюля. – Этот механизм и такие мощные бетонные стены.

Стало понятно, что это любимая тема портье.

– Сооружение построили немцы в начале войны, незадолго до Сталинградского наступления. Стены, в особенности подземная часть бункера, имеют многократный запас прочности на случай бомбежек.

– А для чего такой коридор?

– Имеете в виду подземную часть?

– Ворота в его торцах.

– Через ворота в коридор въезжали грузовики с пшеничным зерном. Там, где сейчас комнаты постояльцев, хранили зерно. Его засыпали в мешки, поднимали на подъемнике на первый этаж и отсюда увозили на мельницу. Муку отправляли немецким частям под Сталинград. После войны здание осталось бесхозным и почти разрушилось. Пятнадцать лет назад его купил наш хозяин, восстановил и надстроил второй этаж. Подземную часть разгородил на комнаты и устроил мотель. – Портье повел рукой. – И ведь неплохо получилось!

– Что правда, то правда, – согласился Вешкин и спросил, рассчитывая на словоохотливость собеседника. – А что произошло этой ночью? Кто выбил ворота?

Портье опустил глаза:

– Я заступил утром.

– И вам ничего не известно?

Оглядевшись, портье чуть наклонился и заговорил несколько тише:

– В два часа ночи кто-то взломал ворота и на машине заехал в коридор.

– Зачем?

– Это мне неизвестно. Один постоялец утверждает, что из машины вышел мужчина и стал ломиться в номер.

– Я осмотрел ворота. Они не просто взломаны, они выбиты.

– Так и есть. Но дело еще и в том, что в коридоре была драка…

– Между кем и кем?

– Это выясняет полиция.

– И что было потом?

– Этот человек уехал, выбив ворота.

– Странная история… Чего он хотел?

– Боюсь, мне больше нечего вам рассказать… – Портье поднял трубку и сделал вид, что ему нужно позвонить.

Сергей оставил ключи на стойке и вышел во двор. Дайнека и Настя ждали его у машины.

– Видел?!

– Что? – спросил Вешкин.

– Полицейские приехали! Говорят, с заднего двора труп выносили, – многозначительно проговорила Настя. – В мотеле кого-то убили!

– Не было никакого трупа.

– Откуда ты знаешь?

– Портье рассказал. – Сергей обернулся. – Ты сама ничего не слышала ночью?

– Нет.

Он уточнил:

– Вообще ничего?

– Да я как упала на кровать, так и уснула.

– И правильно сделала.

Загрузив вещи в багажник, Сергей последним сел в машину.

– Неужели кого-то убили? – снова спросила Настя и, не дожидаясь ответа, переключилась: – Послушайте, правда, ну почему бы нам не поехать в Париж?

Дайнека сделала вывод: у Насти с этим городом связаны какие-то ожидания, возможно, там у нее есть любовник. Скорее из чувства противоречия, она предложила:

– Лучше в Италию. В Римини, например. Там хорошие пляжи.

Настя скривилась:

– Тебе хорошо, ты знаешь итальянский язык. А мне-то зачем? Мне лучше в Париж.

– Как будто ты говоришь по-французски. – Дайнека сказала так, только чтобы настоять на своем и хоть немного задеть Настю.

– В Римини так в Римини. – Сергей Вешкин завел машину и распорядился, обращаясь к Дайнеке: – Возьми телефон и отыщи в Интернете ближайший прокат автомобилей.

– Зачем?

– Нужно сменить машину.

– Давайте возьмем «Мерседес»! – обрадовалась Настя.

Дайнека уточнила:

– Это обязательно?

Сергей утвердительно кивнул, и они тронулись с места.

Глава 7

Вячеслав Алексеевич Дайнека расследует

Чистое, веселое утро плескалось в оконных стеклах и голубело высоко в небе над крышами соседних домов.

«Такие нежаркие, приятные дни бывают лишь в августе», – подумал Вячеслав Алексеевич Дайнека.

Немного постояв у окна, он взялся за гантели и, сделав несколько упражнений, прошел в ванную.

Уже второй день, чтобы он ни делал, его не отпускала тревога за дочь. Теперь, слава богу, Людмила далеко. Настал день, когда нужно пойти в полицию, отдать видеорегистратор и рассказать о том, что он узнал от дочери. Все это время Вячеслав Алексеевич сам изучал запись, пытаясь расшифровать схему убийства и разглядеть скрытые знаки.