Он покраснел от обиды, и ноздри у него раздулись.
— Я не стал бы так его называть, Рейчел. Это слишком сильно сказано.
Она передала ему последнюю миску со словами:
— Вас там не было. — И покраснела, вспомнив неловкую сцену.
Он откашлялся.
— Сэм рассказал мне, что произошло. Джейк, видно, рассердился на то, что вы играли на пианино.
— Ваш брат намекал, что вы привезли меня сюда как вашу…
— Я слышал об этом, — поспешил прервать ее Корд. — Я все улажу.
— Вы могли бы предупредить меня о нем… и чтобы я не входила в его комнаты. А также о том, какой у него отвратительный характер.
Корд кивнул, принимая вину на себя.
— Мне хотелось, чтобы вы сначала осмотрелись в доме. Я подумал, что, узнав про Джейка, вы испугаетесь.
— Я далеко не святой… — проворчал Сэм Бостуик, появившийся на пороге. — Но и то с трудом уживаюсь с твоим братцем, Корд. Клянусь, что если бы я не знал его до войны, то и минуты не пробыл бы с ним.
— Он успокоился? — спросил Корд.
— Да. Надо было видеть, как он налетел на девушку. Удивительно, что она отсюда сразу не удрала.
— Может быть, вы отнесете ему обед? — Прирожденная вежливость побудила Рейчел наполнить жарким еще одну миску.
— Спасибо, мэм. — Сэм достал деревянный поднос со шкафа, стоящего около плиты. Взяв приборы, он положил на тарелку несколько печений, а сбоку немного масла и варенья.
— Разве ваш брат никогда не ест за столом? — спросила Рейчел.
— Иногда ест, но не часто.
— Он всегда такой свирепый? Корд невесело рассмеялся.
— Вы его точно охарактеризовали. Но, может, к нему больше подходит определение “ожесточившийся”. Ему нелегко пришлось последние годы.
Тут шумная компания ковбоев ввалилась в кухню, и Рейчел улыбнулась. Вот уж кто совсем не похож на озлобленных калек.
Обед проходил со смехом и шутками. Жаркое имело несомненный успех: Рейчел не успела оглянуться, как от мяса не осталось и следа и все хвалили повариху. Рейчел только начала есть сама, как ковбои уже задвинули стулья и ушли. Корд оглядел стол.
— Как я погляжу, мисс Рейчел, с работой вы справились, — сказал он. — Старина Сэм заявил, что уже не помнит, когда так вкусно ел даже по воскресеньям.
У Рейчел ложка застыла у рта.
— Как же вам удалось расслышать его слова сквозь весь этот гам? Он понес кофе вашему брату? Мне показалось, что он вышел с остальными.
Корд улыбнулся и откинулся на спинку стула.
— Почему бы вам самой это не проверить? Джейк в библиотеке, это последняя комната справа по коридору.
— Я лучше не пойду, — отказалась Рейчел. — Мне больше не хочется встречаться с вашим братом.
— С ним очень трудно, Рейчел, и мы все это знаем. Сэм ужасно измучился, — уже без улыбки пояснил Корд.
— А вы хотите, чтобы я сунула нос к нему в комнату?
— Вероятно, он уже остыл. Его вывела из себя игра на фортепьяно.
Рейчел нахмурилась.
— Он не любит музыку?
— До войны он жил музыкой. Он учился на пианиста в Нью-Йорке, а когда началась война, то счел своим долгом вступить в армию. — Корд грустно рассмеялся. — Мы боялись за его руки, а он лишился ног: одну — над коленом, а другую — ниже.
Рейчел понимающе кивнула.
— Он не может играть, так как не достает до педалей.
— Вначале он хотел, чтобы пианино сожгли. Потом передумал и решил отдать его церкви, но оно не пролезло в дверь.
— А теперь оно стоит и собирает пыль. Какая потеря!
Корд повернулся к ней.
— Я слышал от Сэма, что вы хорошо играете.
Она пожала плечами.
— Думаю, что неплохо. Я много занималась, но, когда родители решили переехать на Запад, пианино пришлось продать.
— Это, должно быть, разбило вам сердце.
— Нет, мое сердце разбилось, когда два месяца спустя я похоронила мать и отца.
— Они умерли совсем недавно? В пути? Она кивнула.
— Папа надорвался, когда мы переплывали реку. Лошади не смогли выбраться на берег, и он измучился, пока вытащил их. У него заболела грудь, и он так и не поднялся. Мы там его и похоронили. Доктор из соседнего города сказал, что, скорее всего, у него отказало сердце. — Голос Рейчел звучал глухо от невыплаканных слез. Она до сих пор с трудом могла поверить в случившееся.
— А мама?
— Мама всю следующую ночь пробродила, и ее сбил чей-то экипаж. Ее нашли утром.
— Боже мой, Рейчел! Как же вы это вынесли? — Голос у Корда дрогнул. Он покачал головой, не зная, что сказать, но наконец произнес: — Теперь я вижу, что потеря пианино для вас — ничто.
— Мне бы хотелось сейчас его иметь, — прошептала она. — Музыка успокаивает душу.
— Наверное… Рейчел, попробуйте еще разок. — Он кивнул на кофейник. — Налейте чашку и отнесите ему. — Корд подбадривающе улыбнулся. — Если он швырнет в вас чем-нибудь, то пригнитесь. Обычно он недолго ворчит. А больше всего на свете Джейк любит выпить чашечку кофе.
Не веря своим ушам, Рейчел вскинула подбородок и сверкнула глазами.
— Вы никогда со мной не расплатитесь, Корд Макферсон, так как я не нанималась прислуживать опасному инвалиду. Боюсь, что мне грозит именно это, если Сэм Бостуик увидит, как я подаю еду Джейку.
Корд беспомощно пожал плечами.
— Может, вам удастся с ним справиться, Рейчел.
— Я к нему не нанималась, — повторила она и с решительным видом засунула руки в карманы фартука. — Я ваша кухарка и прачка, но уворачиваться каждый раз, открывая дверь в комнату вашего брата, отказываюсь.
— Ну хоть разок, Рейчел? Всего-то подать одну чашечку кофе?
— Сомневаюсь, что он будет мне рад даже с чашкой кофе в руке.
Корд криво усмехнулся, достал из буфета чашку и наполнил ее из синего пятнистого кофейника.
— Я сам ему отнесу. Если через пять минут не вернусь, вызывайте войска.
На следующее утро едва все кончили завтракать, как Корд вернулся на кухню со шляпой в руке.
— Рейчел, я еду в город. Что нужно купить?
Она повернулась от плиты и вытерла руки полотенцем.
— А я могла бы тоже поехать? Мальчикам необходимы башмаки, раз они будут работать на конюшне.
— Я могу заплатить вам за первую неделю, если нужны деньги, — предложил Корд.
Она покачала головой.
— Нет, у меня пока достаточно, и я к тому же рассчитываю на дополнительный заработок: Шамус хочет, чтобы я стирала на него каждую неделю, а Бак с Джейми просят гладить им рубашки к субботе.
— За две рубашки много не заработаешь, Рейчел. Соглашайтесь только на кругленькую сумму. — Корд направился к двери. — Если вы собираетесь ехать, то тогда поторапливайтесь.
Она сняла фартук и повесила его на крючок в кладовке, затем проверила, как варится курица в черном котелке. Опытным взглядом она определила, сильно ли бурлит бульон, и толстой фланелевой прихваткой отодвинула кастрюлю к задней горелке.
