– Ни во что. Я в отпуске. А что? Ты подумываешь о возможности избавиться от части своих долгов? – Я понял, что не стоило так говорить, прежде, чем закончил фразу. Морли был обеспокоен. Когда Морли тревожится обо мне, лучше заткнуть пасть и слушать.
Вошли его подручные, Рохля и Слейд. Рохлю я уже знал. Это здоровый, неряшливый, заплывший жиром толстяк. Он силен, как мамонт, крепок, как скала, жесток, как кошка, проворен, как кобра, и полностью предан Морли. Слейда можно было принять за родного брата Морли. Невысокий, по человеческим меркам, чернявый и худощавый красавчик с грациозными движениями и непрошибаемой самоуверенностью. Он, как и Морли, отдавал предпочтение кричащим нарядам. Впрочем, Морли в этот вечер выказал больше вкуса.
– Мне удалось не заключить ни одного пари за месяц, Гаррет, – похвастался Морли. – Благодаря силе воли и небольшой помощи друзей.
У Морли слабость к азартным играм. Дважды он прибегал к моим услугам, чтобы вылезти из долгов убийственного размера, которые грозили ему серьезными неприятностями.
Вегетарианский бар с рестораном и притон головорезов – скорее хобби и прикрытие Морли, нежели бизнес. Его настоящее занятие – бить по коленным чашечкам и проламывать головы. Поэтому около него и болтаются рохли и слейды.
Вошел Тарп. Он молча кивнул присутствующим и плюхнулся в кресло.
Род деятельности Плоскомордого Тарпа – нечто среднее между специализацией Морли и моей. Он готов поколотить кого-нибудь за приличную мзду, но убивать не станет ни за какие деньги. Главным образом он выполняет работу телохранителя и сопровождающего. Если его по-настоящему прижмет, он возьмется за вышибание денег из должников.
– Что ж, к делу, – сказал Морли, видя, что все на месте. – Гаррет, ты избавил меня от необходимости прогуляться. Я собирался заскочить к тебе после закрытия.
– Зачем? – Они смотрели на меня, словно я был экспонатом на выставке уродов, а не скромным экс-моряком, работающим на самого себя.
– Ты уверен, что не вляпался ни во что скверное?
– Уверен. В чем дело?
– Заходил Садлер. Большой Босс послал его с поручением во все питейные заведения. – Большой Босс – это Чодо Контагью, король танферского преступного мира. Очень плохой человек. Садлер – один из его заместителей, человек еще более мерзкий. – Кому-то нужна твоя голова, Гаррет. Большой Босс велел сообщить всем, что любой, кто попробует тебя тронуть, ответит перед ним.
– Продолжай, Морли.
– Разумеется, Чодо с заскоками, словно фея под кайфом. Ты, наверное, слышал, что у него мания на почве чести, взаимных любезностей, одолжений и тому подобной муры? Так вот, он считает, что в большом долгу перед тобой, и одержим желанием сберечь тебе жизнь. На твоем месте я спрятался бы за ним, как за личным домашним баньши.
Мне вовсе не нужен ангел-хранитель.
– Это хорошо только, пока он жив. – Большие Боссы умирают почти так же часто, как карентийские короли.
– И ты кровно заинтересован в его здоровье, не так ли?
– Рука руку моет, – прогремел Плоскомордый. – Может, ты все-таки ухватился за что-нибудь горячее, Гаррет?
– Говорю же вам – нет. За последние десять дней я принял всего двух кандидатов в клиенты и отказал обоим. Я не работаю. И не хочу работать. Слишком многие вокруг меня любят трудиться. А я совершенно счастлив, когда просто сижу и наблюдаю, как суетятся все остальные.
Морли и Тарп скорчили рожи. Морли трудился в поте лица, потому что считал, будто это ему на пользу. Плоскомордый работал без выходных, чтобы прокормить свое ненасытное брюхо.
– Что за предполагаемые клиенты? – поинтересовался Морли.
– Сегодня днем меня посетила роскошная блондинка. Вероятно, дорогая кокотка. Кто-то ее преследует, и она хочет положить этому конец. Я передал ее Шнырю Пиготте. Вечером, перед моим уходом, приходил старик, который хотел, чтобы я для него кое-что отыскал. Сейчас он пытается нанять кого-нибудь другого.
Морли нахмурился. Он взял три гангстерских ножа, вручил один Рохле, другой – Слейду, а третий кинул Тарпу, который сказал: «Нож чако».
– По дороге сюда у Гаррета была стычка, – сообщил Морли. – Мы не привыкли видеть гангстерские шайки по соседству. Они не настолько глупы. Расскажи нам о своих приятелях, Гаррет.
Я рассказал всю историю. Никого не впечатлило, что я отобрал три ножа.
– Надо запомнить этот трюк с кирпичом на ногу, – сказал Плоскомордый.
Морли вопросительно взглянул на Рохлю.
– Снежок, – авторитетно заявил Рохля.
Морли кивнул:
– Это твой альбинос, Гаррет. Совершеннейший псих. Главарь шайки, именующей себя Вампирами. Он почти уверен, что сам тоже вампир. Тот, кого ты оставил на ногах, похож на Дока. Это мозг шайки. Он еще безумнее Снежка. Не отступит ни перед чем. Надеюсь, тебе хватило ума покончить с ними, пока была возможность?
Он посмотрел на меня и понял, что ума не хватило.
– Они чокнутые, Гаррет. Большая шайка. Пока Снежок жив, они не успокоятся. Ты прищемил им хвост, а этого они не прощают. – Он достал перо, чернила, бумагу и принялся писать. – Рохля, возьми двоих и проверь, не осталось ли кого из них поблизости.
– Конечно, босс. – Настоящий гений этот Рохля. Интересно, кто шнурует ему ботинки?
Морли продолжал строчить.
– Вампиры вышли за границы своей охотничьей территории, Гаррет. Они с Северного холма, с Приам-стрит. Западный Бэкон. Где-то там.
Я понял его. Мои друзья пришли на юг не для того, чтобы пошалить. Я не был случайно подвернувшейся мишенью.
Морли посыпал письмо песком, сложил его, черкнул что-то на внешней стороне и вручил бумагу Слейду. Слейд взглянул на нее, кивнул и вышел.
– На твоем месте, Гаррет, я пошел бы домой, запер все двери на засов и сидел бы рядышком с Покойником.
– Наверное, это неплохая мысль.
Мы оба знали, что я не последую его совету. Что, если разойдется слушок, будто Гаррета можно прижать?
– Я не слежу за уличными бандами. Слишком много их развелось. Но Вампиры создали себе славу. У них непомерные амбиции. Снежок хочет стать главным чако, вожаком вожаков… Извини.
Его переговорная труба слабо крякнула. Морли вынул затычку и склонился над ней.
– Слушаю. – Он обратил к трубе ухо, потом сказал в нее: – Пришли его наверх. – Он посмотрел на меня: – Ты оставляешь широкий след, Гаррет. Пришел Шнырь Пиготта. Он ищет тебя.
8
В комнату вполз Шнырь. Он выглядел как живой скелет.
– Присаживайся, Шнырь, – сказал Морли и смерил его хищным взглядом – верный признак, что он прикидывает, какую диету назначить очередному знакомому. Морли верит, что не существует проблемы, которую нельзя было бы решить, надо только увеличить долю зеленного корма в рационе. Он не сомневается, что в наше время можно добиться мира, если заставить всех и каждого отказаться от мяса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
