— Ты мне его уже сделал, — сказал тот, грозно глядя на него.
Маргина взяла за руку Онти и двинулась по ступенькам вниз, к выходу. Мо, мягко переступая, поплыл за ней.
— Вы куда? — растерянно спросила Полиния.
— Рассчитаемся за ночлег и в Арбинар, — ответила Маргина.
— Мы вас догоним, — убеждённо сказала Полиния и потянула своего Палдора к выходу. Наместник Оберон Х, пыхтя, катился сзади, и что-то пытался сказать Палдору. Зрители, глядя на них, поднялись с трибун и толпились возле выходов. Всеми забытый Гешек быстро проскочил дырку в решётке и смешался с толпой.
Маргина двинулась по улице в направлении гостиного двора, сопровождаемая зеваками, которые пялились на неё и Мо. На небе светилось солнышко, но жара спала от поднявшегося холодного ветра.
— Идёт «самусь[12]», — сказала Онти, тревожно поглядывая на горизонт.
— Солнышко, что это такое? — спросила её Маргина и глянула на небо — ничего грозного там не было.
— Это большой ветер, — сказала Онти, потом добавила, — и большой дождь.
— Не беспокойся, ты с нами и с тобой ничего плохого не будет, — убеждённо сказала Маргина. Они зашли в постоялый двор и обнаружили там удивлённого хозяина, совсем их не ожидающего.
— Мо, насыпь немного «невкусных», — улыбнулась Маргина и подставила две ладони под морду Мо. Тот сыпанул, явно не три монеты, которые они были должны. Маргина высыпала их в руки онемевшего хозяина и сказала:
— Мы в расчёте! — на что хозяин постоялого двора только кивнул головой.
— И приготовьте нам на дорогу воды и пищи, — добавила Маргина, подумав, что пирожки Мо могут ей надоесть. Через пять минут она нагрузила Мо огромной котомкой, и, провожаемая пожеланиями счастливой дороги, покинула постоялый двор.
Они вышли из города, и Маргина остановилась.
— А скажи-ка мне милый котик, — сказала она Мо, — и куда же нам дальше идти?
— Он подскажет, — сказал Мо, садясь на траву.
— Кто? — недоумевая, спросила Маргина.
— Я, — сказал голос сзади. Она обернулась.
— Ты!!! — от возмущения Маргина чуть не взлтела в небо.
— Да, — сказал Гешек, — вам без меня не обойтись.
— Да легче сразу всё тебе отдать и отпустить с миром, — воскликнула Маргина.
— Мы можем заключить договор, — ответил Гешек, — я веду вас до Арбинара, вы меня защищаете.
— Твой договор моего мизинца не стоит, — скривилась Маргина.
— Он говорит правду, — покопался у Гешека в голове Мо, — у них несоблюдение договора — хуже, чем смерть.
— Я не верю ни единому его слову, — сказала Маргина, — ты скажи, куда девал письма Бегуна Бодди?
— Я оставил их у друзей, — сказал Гешек, глядя на Маргину честными глазами кота.
— Врёт, — прочитал Гешека Мо.
— Видишь, я же говорила, — довольно сказала Маргина, — давай сюда письма, я сама их доставлю в Арбинар.
Гешек с минуту колебался, потом вытащил пачку писем из кармана и отдал Маргине. Та, не читая, положила их в карман и сказала:
— Показывай!
— Что? — не понял Гешек.
— Куда идти, — вскинула Маргина руками. Мо считал подкорку Гешека и показал лапой: — Нам вон туда.
— Видишь, ты нам даже не нужен, — ехидно сказала Маргина. — Правда, Мо?
Мо довольно мяукнул.
— Мы же договорились, — насторожился Гешек.
— Шагай вперёд, — сказала Маргина и хлопнула его по плечу. Гешек от неожиданности подскочил и покраснел. От этого у Маргины значительно улучшилось настроение и она, посадив Онти на Мо, весело зашагала с ними рядом. Гешек путался впереди, подгоняемый троицей. Холодный ветер исчез, и воздух прогрело.
Онти, несмотря на весёлый настрой, изредка кидала тревожный взгляд на горизонт, но там по-прежнему была только синева. Оглянувшись назад, Маргина увидела, как из города выехали две кареты по паре лошадей и запасной парой, пристёгнутой сзади. «Наверное, Палдор с женой, — подумала Маргина, — ну и пусть догоняют».
Внезапно прозрачность воздуха искривилась, как в воде, искажая степь и редкие коричневые камни-стояки. Впереди огромной метлой прошлись по траве, завивая её в спираль и выкладывая конусом травяной вал, который с огромной скоростью мчался к ним. Небо вдруг потемнело, накрытое темным колпаком.
— Самусь, — закричала Онти и Маргина кинула Мо: — Закрой её.
Мо мгновенно изменился, превращаясь в кокон вокруг Онти, которая, испугавшись, ничего не понимала. Гешек подскочил к Маргине и крикнул: «Ложись!» — падая вместе с ней на траву. Но травяной конус упорно мчался на них, расширяясь, вырывая траву с корнем и вместе с пылью заполняя всё пространство конуса.
Гешека, лежащего сверху, крутануло, и Маргина едва успела схватить его за ногу, взлетая в воздух вместе с ним. К ним потянулась утратившая рыжий цвет плоть Мо, вытягиваясь в тонкую нить, которая оплела ногу Маргины. Но природа ещё только игралась — мощный поток подхватил Гешека и Маргину, раскидав их по сторонам и унося вверх, разматывая Мо, как нитку из катушки.
— Мо брось, — закричала Маргина, — спасай Онти, — и тонкая чёрная ниточка опала, точно услышала. Но тут, ей вдогонку, метнулась молния и расколола небо, погружая сознание Маргины в небытие.
Репликация вторая. Вава и Жужу
Маргина очнулась от того, что кто-то лизал её губы. «Милый Мо, — с любовью подумала она, — ты, как всегда, вовремя, но не нужно меня слюнявить». Она открыла глаза и закричала — на её лице сидела ящерица и своим тонким языком, что-то с неё слизывала. Ящерица от испуга прыгнула в сторону и исчезла, а Маргина, от неосторожного движения, полетела вниз сквозь густые ветки кустарника, похожего на ивняк, и здорово хрястнулась об землю.
«Как же, дождёшься этого Мо», — неласково подумала Маргина и Мо, где бы он ни был, икнулось. «Он, наверное, испытывает удовольствие, ставя меня в неудобные положения, — ещё раз подумала она, а потом ещё додумала, — и глубоко в душе он, вероятно, садист».
Маргина поднялась и стала пробираться по густым и высоким, в два человеческих роста, зарослям ивняка. Через некоторое время она выбралась на берег реки и по нему обошла заросли, пока не очутилась там, где к воде стелилась зелёная трава. Она присела на неё отдохнуть.
Всё тело болело, точно его мяли, как тесто, пару великанов. Одежда была вся изодрана в полоски, как будто по ней прошлись огромным гребешком. Ноги, руки, и, наверное, всё тело было исцарапано и иссечено. Лицо тоже было в крови, Маргина ощущала её солёный вкус на губах. «Сейчас, немного передохну и умоюсь», — подумала она. Солнышка пригревали, было тепло и уютно, отчего Маргина благополучно заснула.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
