Воины вновь засмеялись, и клыкастый гигант произнес:
— Не советую тебе появляться с ним в конюшнях. Отправь лучше кого-нибудь из малышей, пусть определят ему стойло. Иначе твой боевой конь точно сожрет бедолагу.
— Как он? — встрепенулся Трэрг. — В своих странствиях я бессчетное количество раз жалел, что не имел возможности взять его с собой!
— Он зол и мрачен вот уже несколько месяцев, — ответил Гронг, — не желает никого подпускать к себе и принимает корм неохотно. Скучает без тебя и отказывается покидать стойло даже ради прогулки. Многие удивлены столь категоричной реакцией.
— В землях Людей я неоднократно желал купить себе коня, утомившись странствовать верхом на тягловых лошадях, — покачал головою шаман, — но обстоятельства так и не позволили мне осуществить задуманное. Возможно, сам Рыгдард Кровавый был против этого. Сегодня же я навещу коня, как только появится время! Но прежде нам предстоит о многом поговорить. Положение дел в мире оказалась многократно хуже и опаснее, чем мы представляли.
— Куда уж хуже, — нахмурился Гронг Неотразимый Удар. — Впрочем, это мы уже поняли из краткого рассказа Крырда. Завтра Совет Кланов будет ждать от тебя подробностей.
* * *
Айлани ехала за неспешно идущими воинами, ведущими беседу, и прислушивалась к рычащим звукам незнакомой речи. Язык общения у Детей Ругодара был под стать им самим, немного раскатистый, твердый и хлесткий. Время от времени ей приходилось почесыванием успокаивать свою пустынную лошадку, испуганно вздрагивающую каждый раз, когда по широким улицам оркского города мимо нее проносился очередной зеленый гигант верхом на исполинском скакуне. Глаза коней-тяжеловесов сверкали хищным огнем, огромные роговые пластины зубов кровожадно блестели в лучах яркого солнца, а мощные лапы с жуткими когтями запросто могли бы затоптать маленькую пустынную лошадь насмерть в считаные мгновения. Множество орков каждую минуту подходили и подъезжали к Наследнику, чтобы поприветствовать его, и огромные кони-тяжеловесы то и дело нависали над испуганными пустынными лошадьми, казавшимися рядом с ними детскими игрушками.
Внутри город орков оказался не менее удивителен, нежели снаружи. Айлани не обнаружила ни одного деревянного дома, равно как не смогла найти и двух полностью одинаковых строений. Каждое здание являло собой своего рода произведение искусства, чем напомнило ей вакрийские корабли. Стены домов покрывала искусная резьба, часто встречались барельефы, изображающие масштабные композиции со сценами сражений, охоты или замершими в танце точеными женскими фигурами. Слегка покатые крыши венчали высеченные из камня статуи в виде могучих клыков, оружия, звериных и лошадиных голов. Бросалось в глаза полное отсутствие заборов и изгородей, что было весьма непривычно, но потом Айлани вспомнила рассказы Наследника и поняла, что в них просто нет необходимости. В народе Орков нет воров и грабителей, им не от кого огораживать свои жилища, надежно защищенные городскими стенами от внешнего врага. Даже двери в оркских домах обычно не запирают, чтобы не заставлять званых или неожиданных гостей стоять на пороге.
Широкая дорога закончилась в самом центре города у огромной площади. У одного из домов Наследник велел ей спешиться и поручил ее лошадь заботам целой ватаги оркских малышей, высыпавшей из дверей навстречу прибывшим воинам. Восторженно галдящая детвора облепила Трэрга, и несколько минут он ласково разговаривал о чем-то с детьми, буквально пожирающими его горящими глазищами. Спустя некоторое время из дома вышла старая оркская женщина и, грозно нахмурив брови, разогнала галдящую ребятню. Наследник обнял ее, они тихо обменялись несколькими фразами, после чего женщина вместе с исполинским воином вернулась в дом. Трэрг подошел к Айлани.
— Сюда, — он указал ей на дверь стоящего рядом здания, украшенную тонкой резьбой, — это дом главного шамана нашего клана. Гнурд Пронзительный Взгляд был мне и дядей, и наставником. Он уже очень стар, но по-прежнему мудр. Твои спутники разместились у него.
Самого главного шамана дома не оказалось, он с самого утра вместе с вождем встречал посланцев народа Орков, прибывающих на Совет Кланов, и Наследник, представив Айлани женщинам семьи Гнурда, покинул дом.
— Мы приветствуем тебя на земле великого Ругодара, Белый Маг! Да будет благосклонен к тебе Рыгдард Кровавый, как благосклонен он к своим детям! — обратилась к ней одна из оркских женщин на языке Людей, — мое имя Лранга, если тебе потребуется помощь, ты можешь получить ее от меня. Вообще ты можешь обратиться к любому орку, и тебе не откажут, но не все из нас знают ваш язык, потому Трэрг Огненный Смерч просил меня тебе помогать. Для меня честь исполнить его просьбу! — Судя по всему, официальная часть осталась позади, и ее глаза озорно блеснули: — Скажи, а что означает твое имя? Так красиво звучит!
— То есть? — смутилась девушка. Неожиданный вопрос застал ее врасплох. — Ничего… то есть это просто имя, меня так зовут — Айлани.
— Жаль, — надула губки Лранга, — такое красивое слово, мне казалось, оно обязательно должно означать что-то столь же прекрасное, как ты! Вот мое имя, например, означает «нежная розовая лилия». Пойдем, я провожу тебя к твоим друзьям!
Женщины разошлись по своим делам, и Лранга повела Айлани в глубь дома. Принцесса украдкой разглядывала свою провожатую, стараясь не нарушать придворный этикет пристальными взглядами, дабы не допустить невежливости. Лранга была совсем юной, возможно, даже младше самой Айлани. Принцесса аккуратно коснулась ее магическим потоком, сообщившим, что ее спутница три луны назад встретила свое семнадцатилетие. Несмотря на то что зеленокожая девушка была выше ее на целую голову, она совершенно не выглядела громоздкой, и Айлани вновь удивилась необычайной разности внешности мужчин и женщин народа Орков. Огромные зеленокожие воины были настоящими исполинами, ростом своим доходя до одной сажени и полутора локтей, и весом не менее четырехсот тобран. Их женщины, наоборот, тонки, изящны и движениями грациозны, ростом не более одной сажени, и вес их не превышал ста сорока тобран даже в весьма зрелом возрасте. Причем, при подобном соотношении размеров, декольте оркских красавиц выглядело весьма соблазнительно. Их лица были красивы некоей первозданною природною красотою, и Айлани отметила, что даже клыки не портили эту необузданную болезненной изнеженностью прелесть, ибо у женщин-орков они выпирали совсем не столь агрессивно, нежели у мужчин.
Обстановка в доме главного шамана оказалась хоть и не привычна для человека, но никак не вписывалась в понятия дикости или варварства. Скорее, все тут было просто другое. Крупное, массивное и добротное, созданное под своих хозяев и лишенное ненужных излишеств. Хотя некоторым вещам вполне позавидовал бы и Королевский Распорядитель Дворца Его Величества в Арзанне. Мощная мебель, обитая безумно дорогой, нежной кожей с брюха щиторога, устилающие пол густые оркские ковры, изящные вазы работы авлийских гончаров, не говоря уже о накидке на плечах Лранги из меха ругодарского турлана. В человеческих королевствах она стоит столько, что позволить себе ее могут только представительницы весьма состоятельных семей. Кто бы мог подумать, что Орки настолько отличаются от того образа, который известен Людям. Интересно, что скажет на это лорд Тэрвис, когда жизнь вернется к нему? Айлани коснулась рукою висящей на поясе небольшой походной сумы. Узилище Ашк’Харра мертвенным холодом отозвалось на прикосновение даже через толстую ткань.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
