и реставрировала старинные ручные часы, которые в семьях передаются из поколения в поколение. Меня не слишком волновали деньги, так что у меня были самые разумные расценки. Постепенно выстроилась моя репутация хорошего мастера. Однажды ко мне примчался взволнованный человек из мэрии. Он страшно запыхался, пот лил с него градом, я думала, случилось что-то ужасное. Оказалось, что сломались большие часы на здании мэрии, а как раз в тот вечер мэру предстояло принимать важных гостей. Работник мэрии умолял меня срочно починить часы, за любую цену. По правде говоря, меня не нужно было уговаривать, ведь я обожаю работать с большими механизмами. Я очень быстро нашла деталь, которую заклинило, мне хватило одного поворота рукой, чтобы мэр снова услышал то самое тиканье, вернувшее мэрии ее шик. Я отказалась от денег, ведь этот город меня принял и подарил новую жизнь, и это было меньшее, что я могла для него сделать.
– Священник очень скоро тоже обратился за моими услугами, – добавила Адель, рассмеявшись. – Он очень боялся, что в церкви заклинит часы, как в мэрии, особенно в воскресенье. Чтобы я регулярно проверяла механизм, он доверил мне ключи от колокольни. И вот у меня появилась идея передвинуть стрелки на пять минут вперед, на часах в мэрии и на колокольне. Таким образом, люди приходили бы вовремя, даже думая, что они опаздывают. Пусть это странно звучит, но моя стратегия сработала. Через несколько недель местные жители заметили, что они повсюду приходят заранее или вовремя, даже если до того опаздывали. Я думаю, что священник догадался о моей маленькой махинации со временем, и ему это очень понравилось, ведь его прихожане больше не опаздывали к мессе. С тех пор ничего не изменилось. Благодаря мне или по моей вине у этого города разница во времени в пять минут со всем остальным миром.
– Целый город на пять минут опережает весь остальной мир – в этом есть что-то поэтичное, – сказал Джереми.
– Хочешь, я тебе покажу, как работает механика времени?
– Вы никогда не мечтали уметь его останавливать?
– Я только об этом и думала. Точнее, я мечтала найти детали, которые могли бы замедлять или ускорять ход времени. Но это другая история. Может, я тебе ее как-нибудь расскажу, если мы увидимся снова.
Адель встала на цыпочки, чтобы дотянуться до металлического кольца, закрепленного на потолке, потянула за него изо всех сил и открыла небольшой люк – оттуда выскользнула лестница, по которой можно было подняться в комнату, где располагался часовой механизм. В этот раз Адель начала подниматься первой. Как только они с Джереми оказались на месте, она закрыла проход, которым они только что воспользовались.
6
Пылинки танцевали в лучах света, падающего сквозь щели между досками. Джереми никак не мог привыкнуть к полумраку. Он глубоко вздохнул, и запах старого дерева сразу же напомнил ему о доме на ферме его матери, где он проводил каникулы. Вокруг раздавался ритмичный перестук и пощелкивание. Стрелки часов дирижировали оркестром, в котором каждый участник безупречно вел свою партию, исполняя прекрасную музыку слаженного механизма.
Адель могла ориентироваться в этой комнате и с завязанными глазами. Она отошла в противоположный угол, протянула руку и достала из тайника между двух балок пару спрятанных там свечей. Чиркнула спичкой и зажгла их. Дрожащее пламя, казалось, какое-то время набиралось сил, а потом озарило комнату оранжевым светом. Наконец Джереми увидел удивительное устройство башенных часов.
– Впечатляет, правда? – спросила Адель.
Джереми не мог выговорить ни слова.
– Да, эти часы прекрасны. Я-то знаю, ведь уход за ними – моя работа.
И Адель объяснила Джереми роль каждого элемента: на цилиндр, соединенный с системой шестеренок, намотан трос с гирей; опускаясь, гиря приводит в движение весь механизм. Чтобы часы не останавливались, надо вовремя поднимать гирю. В современных часах подзавод делается автоматически, но еще есть часы, которые заводят при помощи ручной лебедки.
– Тех, кто за это отвечает, называют смотрителями часов. Заводить башенные часы – нелегкая работа, чтобы ее выполнять, нужны чертовски сильные руки. К счастью, из-за большой высоты колоколен часы можно реже заводить.
Адель рассказала Джереми о системе шестеренок и о спусковом механизме, который поддерживает постоянную скорость вращения анкерного колеса и тем самым обеспечивает ровный ход часов; показала место крепления циферблата, расположенного снаружи, и, наконец, подробно описала работу сложного механизма, который приводит в движение молот, бьющий по часовому колоколу, и определяет количество ударов. Джереми слушал Адель, восхищенный ее знаниями и страстью, с которой она рассказывала ему об устройстве часов.
К моменту окончания урока Джереми потерял счет времени.
– Вы и правда мастер времени.
– Часовой мастер, – поправила она улыбаясь. – А ты и правда органист?
– Если в этой церкви есть орган, я сейчас же могу вам это доказать.
– Я верю тебе на слово, к тому же мне сейчас совсем не хочется встречаться с новым священником. Мне слишком нравился его предшественник.
– Может быть, он еще проводит службы?
– Не думаю, – ответила она. – Он уже в те давние времена был в весьма почтенном возрасте. Пойдем снова спустимся в галерею, я хотела бы напоследок полюбоваться видом на город.
– Напоследок? Вы куда-то уезжаете?
– Да, послезавтра, и вернусь сюда только чтобы сесть на обратный рейс.
– Понятно, – вздохнул Джереми.
– Что понятно? – спросила Адель.
– Ничего… Пойдемте любоваться видом.
Солнце уже клонилось к закату, когда они покидали колокольню, и у Джереми, который помнил, что зашли они туда незадолго до полудня, появилось странное чувство, что время ускорило свой бег – так быстро оно пролетело. Адель направилась к площади, он пошел за ней.
– Ты собрался весь день за мной ходить? – спросила Адель, обернувшись.
– Да нет, нам просто по пути, – пробормотал он в ответ.
– И куда ты идешь?
– Туда, – ответил он, показывая пальцем перед собой.
– Ну что ж, тогда наши дороги здесь расходятся, мне пора свернуть на эту улочку, нужно кое-кого навестить.
– Но мы еще увидимся? Вы пообещали рассказать мне историю.
Адель пристально на него посмотрела; она, умевшая по выражению лица и взгляду собеседников угадывать их мысли и чувства, никак не могла прочесть Джереми.
– Когда ты готовился к этому путешествию, у тебя был какой-нибудь план?
– То есть?
– Например, ты как-то планировал зарабатывать на жизнь?
Джереми кивнул с уверенным видом. На самом деле он, конечно, ничего не планировал. Да и к отъезду особо не готовился, лишь позвонил матери и сказал ей, что уезжает, так что это путешествие было для него чистой импровизацией. Его напускная уверенность ни на секунду не обманула Адель. Когда
