Судьба же не послала ему Ришелье или Бисмарка[2]».
В феврале 1856 года уполномоченные России находились уже в Париже. 18 — 30 марта был подписан Парижский мирный договор. Важнейшие соглашения парижского трактата имели целью лишить Россию исключительного положения и преобладающего влияния на Востоке. Турция признана была равноправной с другими европейскими государствами в международных отношениях. Черное море провозглашено нейтральным. Россия уступила часть Бессарабии. Особой конвенцией Россия обязалась, кроме того, не возводить укреплений на Аландских островах.
Какую же пользу принесла Крымская война врагам России? Они «даром потратили воду с мельницы». Союзникам война стоила 159,200 чел. и 4,157 мил. франков чрезвычайных расходов. Россия потеряла 110,000 чел. и 4,000 мил. франков чрезвычайных расходов.
Первое известие о мире Государь получил при возвращении из поездки в Финляндию. Война прекратилась, и Государь в манифесте (19 марта 1856 года) выразил свое искреннее пожелание совершенствования России в деле её внутреннего благоустройства; «правда и милость да царствуют в судах её; да развивается повсюду и с новой силой стремление к просвещению и всякой полезной деятельности». Россия кровью своих сынов, погибших на развалинах Севастополя, расписалась в несостоятельности своего гражданского быта и военного строя. С наступлением мира началась эра внутреннего обновления. «Все человеческие учреждения... имеют свои возрасты, свои степени возвышения и понижения своего развития». Отжившие учреждения вредны... «Многие формы производства русских дел сделались такими глубокими колеями, в которых вязнет и лишается движения всякая мысль и мертвеет всякая жизнь... Время новое, и в новое время нельзя оставаться со старыми привычками... В новых обстоятельствах необходим и новый образ действия»... — писал историк Погодин.
В политике новый курс оповещен был в циркуляре 21 августа (2 сентября) 1856 года, разосланном канцлером Горчаковым. «Император желал жить в добром согласии со всеми правительствами... Царь обещал посвятить свои заботы благосостоянию народа и употребить на развитие его ресурсов все свои силы, отвлекаясь к делам внешним лишь по стольку, поскольку это будут требовать кровные интересы России». В этих словах манифеста Россия усматривала политическую программу нового царствования.
Защитники Финляндии понемногу оставляли свои укрепленные позиции, расположенные по береговой полосе, и возвращались домой. В Або в честь гренадерского стрелкового батальона после обычного молебствия на церковной площади, с приветствием представителей горожан, устроен был завтрак «в благодарность батальону за понесенные труды».
Затем последовал ряд мероприятий, направленных к облегчению военной службы и тех тягостей, которые пали на страну в период войны. Уже в мае 1856 года состоялось объявление об уменьшении числа солдат. К лагерному сбору уволено было до одной трети, причем резервные войска были совершенно упразднены. Высочайшим манифестом, состоявшимся в декабре 1857 года, повелевалось оставить 9 поселенных батальонов, проникнутых военным духом, способных владеть оружием и принести пользу краю распространением «порядка и доброго нрава». Чтобы не лишать земледелия и других промыслов рабочей силы, численность каждого из поселенных батальонов в мирное время приказано было ограничить в 320 чел. Для побережной охраны созвали боцманов в шхерах Абоской губернии и из них составили морской экипаж на поселенной основе.
Затем (в марте 1859 года) последовало распоряжение об уменьшении числа солдат Куопиоского поселенного батальона до 240 чел. В том же году упразднен финский гренадерский стрелковый батальон, сформированный в 1854 году, а впоследствии (в 1857 году) преобразованный в финский учебный стрелковый батальон. Вместо него учредили финскую стрелковую школу, с учебной стрелковой ротой в Тавастгусе, под руководством подполковника Р. Костиандера, который перед тем по Высочайшему повелению командирован был в Берлин, для изучения стрелковой части в Пруссии. Задача школы состояла в том, чтобы дать офицерам и солдатам поселенного войска возможность на практике и в теории изучать стрельбу, обращение с оружием, гимнастику, фехтование и фронтовую службу. Школа эта просуществовала только до июля 1860 года.
Образованный во время войны второй флотский экипаж упразднили, а в первом экипаже уменьшили число людей с 1.000 сначала до 400, а потом (1861 г.) до кадра, состоявшего лишь из 100 человек.
В 1858 году при сенате вновь учредили милиционную экспедицию, с ф. Котеном во главе, а членами назначили Лангеншельда, Федерлея, А. Л. Борна и Р. Траппа. — В то же время на ф. Котена возложено было еще и специальное поручение: ему надлежало, в качестве инспектора поселенного войска, — с общего согласия с подлежащими губернаторами и в присутствии сельских уполномоченных, призванных для сообщения нужных сведений, — определить какими рутами (rotar) следовало воспользоваться для содержания постоянных ратников и для размещения поселенных войск. Во время этих служебных поездок ф. Котен своим непростительным своеволием довел спокойный финский народ до такого сильного брожения, что пришлось его отозвать.
Непосредственно за окончанием войны последовал еще ряд второстепенных мероприятий. Перечень их представляет интерес только вследствие тех определенных резолюций, которые положены Государем и имели целью сближение и объединение финских войск с русскими. Хлопотали, например, о смягчении воинских наказаний. По воинскому артикулу 1798 года, действовавшему в Финляндии, побеги карались более строго, чем в остальных войсках Империи. Государь надписал: «Исполнить в виде временной меры, относительно же общего пересмотра военных артикулов войти в сношение с Военным Министром, дабы работа сия была сколь возможно согласована с тем, что предполагается ныне ввести в Империи» (8 — 20 мая 1857 года). При представлении росписи доходов и расходов на 1859 год, Государь выразил вновь Свою державную волю: «Все перемены по военной части должны быть представляемы Мне чрез военного министра, по соглашению с генерал-лейтенантом Норденстамом, которого для сего вытребовать сюда». Граф Берг представил через министра статс-секретаря свое соображение о дальнейшем сокращении состава финских войск, не спросив мнения военного министра (март 1860 год). Государь повелел запросить последнего. Государю доложили проект нового пенсионного штата финских войск, и Его Величество ответил: «Желательно уравнять с существующим в Империи, если тамошния пенсии не превышают» (20 апреля — 2 мая 1861 года). Когда коснулись порядка снабжения патентами офицеров финских войск и просили, чтобы выдача сих патентов была возложена на финляндского генерал-губернатора, Государь повелел: «Так как патенты для войск в Империи отменены, то не вижу причины оставлять их в Финляндии» (3 — 15 декабря 1862 года).
В таком же направлении, с редкой последовательностью, отдавались и другие повеления, вплоть до последних мелочей военного быта.
Первый бодрый и сильный призыв к внутреннему развитию Финляндии сделан был Государем. Сопровождаемый тремя братьями, он выехал 9 марта 1856 года из Петербурга и через Фридрихсгам прибыл в Гельсингфорс. Населению этого города пришлось встретить Государя ночью. Унионская улица, мосты у заставы и торговая площадь
