class="p1">Будто в ответ на её слова раздался стук в дверь.
– Открыто, – крикнула мама.
Через минуту, в комнате появилась моя подруга, принеся с собой терпкий мартовский аромат.
– Ты ещё не одета? – Светка плюхнулась на кровать, – давай быстрее, все уже собираются во дворе.
За давностью лет я уже и забыла, про все наши комсомольские мероприятия: шефство над двоечниками, общественные работы и тому подобное.
– Сейчас, – открыв шкаф, бросила я Светке. Да, а тут не густо. Я к роскоши не особо привыкла, негде было, но тут всё на один фасон и цвет. Ладно, выбрать легче будет. Отыскав вроде свои брюки и свитер, практичного серого цвета, быстро натянула на себя одежду.
Кинула взгляд на подругу, точно, красную косынку надо повязать! Она нашлась на спинке стула.
– Я готова, осталось дождаться Алку.
– Ну, вот, – Светка сразу поскучнела, – она у тебя копуша невозможная.
– Иду уже, – без приветствия буркнула сестра, возвращаясь из ванной. Она влезла в приталенное синее шерстяное платье, повязала косынку, – всё, готова.
– Алла, – заглянула мама в комнату, – не завтракала же. Иди, хоть блинчик один съешь, – она утянула сестру за собой.
– Пошли, подождём её во дворе, – предложила Света.
На улице уже собралось много девушек и парней. Кто из старших классов школы, кто на первых курсах института или училища. Но все были с одного района. Девчонки заняли все качели и лавки, и мы со Светкой отошли к нашим одноклассникам, которые примостились на бортиках песочницы.
Тут уже сидел Юрка, нахохлившись, как воробей. Рядом с ним примостилась Люда, необщительная девчонка из соседского подъезда. Рядом стоял Коля с Васькой Петровым, которого я помнила достаточно смутно.
Увидев нас мальчишки прекратили разговор и подошли поздороваться, Светка увела Ваську для якобы неотложной беседы, оставив нас с Колей одних.
– Ты вчера не была на последнем уроке, – чёлка опять упала ему на лицо, прикрыв левый глаз.
– Голова разболелась, – растерялась я. Общаться не хотелось, начать разговор об этом прямо сейчас не было сил.
– Я бы тебя проводил, почему ты ничего мне не сказала? – Коля подошёл ближе, наши взгляды встретились, но внутри остался тот же холод, который поселился во мне после потери ребёнка. Даже его юный образ не мог перебить послевкусия нашей супружеской жизни.
– Не подумала, хотелось быстрее домой.
К моему счастью из подъезда вышла Алка:
– Извини, мне кое-что надо сказать сестре, – поспешила ретироваться. Почти бегом уходя с детской площадки.
– Тебе чего здесь? – протянула сестра, увидев меня. – Все ваши на площадке.
– Можно, я с вами постою?
– Разговоры наши слушать? Вот уж дудки! Марш к своим. Скоро отправляемся, только ещё пару ребят дождёмся, – Алка развернула меня и подтолкнула в спину в направлении моих одноклассников. Она чрезвычайно гордилась тем, что стала взрослой и считала, что общение со мной – это детские забавы. Мимо прошёл Ярик, здороваясь со всеми. Сестра и вовсе забыла про меня, оправила платье и ринулась на абордаж неприступной крепости.
Вздохнув, я повернула к своим. Коля обескураженно наблюдал за мной, Светка уже болтала с Юркой, смешно жестикулируя. Не иначе опять спорят.
– Эй, выходим! Все в сборе! – крикнул Ярик и мы направились к скверу.
Я плохо помнила, где он находился, наш городок был не в пример многим очень зелёным, тут и там попадались то скверы, то широкие тенистые аллеи, то небольшие парки. Какой из них нам выпал в этот раз? На месте разберёмся.
Шумной ватагой прошагали несколько кварталов и вышли к пустырю, где шла разметка будущих асфальтированных дорожек. Нас уже ждали пару учителей из школы и несколько незнакомых мужчин.
– А, вот и ребята, – улыбаясь, помахала нам рукой Ольга Владимировна, преподаватель химии, – подходите, разбирайте саженцы и инструменты, сейчас вам покажут, где сажать деревья.
Нас распределили по территории будущего сквера, отвели для каждой группы свой участок. Признаюсь, даже ковыряться в земле вместе с одноклассниками было весело. Как всегда балагурил Юрка, по учёбе звёзд он не хватал, но был тот ещё затейник и активист. Всегда учувствовал во всех школьных подготовках к праздникам, распределял шефство над двоечниками, сам же виртуозно от этого шефства уклоняясь. Высокий, но очень худой, с вечной улыбкой на лице и хитрыми глазами. Ему бы оценки приличней, стал бы комсоргом класса, но, кажется, он и сам к этому не стремился.
– Девчонки, вы что ковыряетесь возле этой лунки? Решили все саженцы разом туда запихнуть? – Юрка подошёл к нам, критически разглядывая наши потуги: – Шагай вперёд, комсомольское племя! – потешно продекламировал он, – ждут нас ещё деревья, – и ткнул пальцем в охапку кленовых саженцев.
– Сам иди сажай, – надулась Светка, – ходишь, только указываешь.
– Э, нет, уговор был, что мы лунки копаем, вы садите, – повернулся к ней Юрка, – так что, не ленись, Зорина, а то ночью будете здесь досаживать. Ольга Владимировна сказала, пока последнее деревце не займёт своё место, никто никуда не расходится.
Тряхнув локонами, Светка пошла за новыми саженцами, бурча что-то нелестное про активистов.
Я огляделась вокруг, времени работа займёт немного. С удовольствием вдохнула аромат исходящий от перекопанной земли, лёгкий ветерок кружил по скверу, поднимая мелкий мусор и ероша нам волосы.
– Иванова, – Юрка, совсем по-птичьи наклонив голову набок следил за мной, – саженцы там, как и твоя подруга.
– Да иду я, иду, сорока-ворона, – вспомнила я школьную кличку Юрки.
Он незлобиво ухмыльнулся:
– Там вон, тебя возле лунок уже ждут.
Я оглянулась. Переминаясь с ноги на ногу, опёршись на лопату, чуть в стороне стоял Коля. Настроение сразу упало. Надо поговорить. Я понимала всю ирреальность происходящего, не знаю за что высшие силы подарили мне такое счастье. Но даже если я проведу в прошлом всего несколько дней, тратить время на Николая нет совершенно никакого желания. Хотя может сейчас и есть тот самый подходящий момент для разговора.
Подхватив несколько тоненьких деревцев, направилась к Коле. Он с улыбкой наблюдал за мной:
– Вы долго возитесь со Светкой, давай я помогу, – он протянул руку за саженцами. Вместе мы стали аккуратно опускать их в лунки.
– Послушай, Коля, – набравшись храбрости начала я, – не надо больше провожать меня со школы.
Замерев над очередной лункой, Николай перевёл взгляд на меня, потом медленно опустил лопату и выпрямился:
– Почему? – он ждал ответа, а я не знала, что сказать.
– Просто – это моё решение, – пролепетала, опустив глаза, всё же разговор давался тяжело.
– Объясни, – коротко бросил он.
– Тут нечего объяснять, просто не надо и всё, – со злостью воткнула саженец в очередную лунку.
Коля зло отбросил лопату и зашагал прочь. За нами с немым изумлением
