она жалеет, что не сделала аборт. О том, что он испортил ее жизнь. Что она никогда бы так не жила, если бы не он. Что он украл ее магию.
Когда в истерике у матери доходило до разговоров о магии у нее реально срывало крышу. И тогда она начинала кричать, как его ненавидит. А потом начинала бить. Бить сильно, не жалея. Первые разы ее останавливал Архип или кто-то из его гостей, Володька не помнил, кто это был. Потом он просто старался сбежать.
В воспоминаниях ярким пятном оставались только пустые, словно равнодушные глаза матери и искаженное яростью лицо.
Деревенские не понимали такого отношения к своему отпрыску и, несмотря на алкоголь, пытались с ней говорить, но она никого не слушала.
С каждым таким разом по выходу из запоя ей все больше было плевать на собственного сына.
А потом пьяный Архип одним ударом убил одного из своих собутыльников.
Он даже не сбегал, полицмейстер приехал на следующий день с группой из города. Они погрузили мертвецки пьяное тело Архипа в машину и уехали. Больше Володька его не видел.
С тех пор он испытал все тяготы, которые ему щедро отсыпала судьба. Мать, нашедшая утешение на дне стакана с этой иглы, соскакивать не собиралась. Круг знакомых у нее был широкий, она бралась за любую работу, где наливали, за счет того и жила.
А вот о Володьке она словно бы позабыла или просто махнула на него рукой. Вела себя так будто его просто нет.
Пятый год своей жизни он запомнил особенно хорошо. Год постоянного голода. Володьке не оставалось ничего, кроме как ходить попрошайничать по хатам села.
Сердобольные женщины сначала не отказывали чумазому крохе. Благо стакан молока или яйцо было у каждой хозяйки, и они делились с голодным ребенком.
Вот только Володька есть хотел постоянно, и то, что одному ребенку хватало за глаза, ему недоставало.
И постепенно, подкармливать его перестали, грязными тряпками гоня к матери. Отношение родителей переняли и дети. Володьку колотили все кому не лень. Не проходило и дня, чтобы его идущего в поисках еды не ударили мальчишки. Было и хуже дети могли начать просто плеваться в него.
Глядя на грязного и худого ребенка бабы с села собрались, дали матери втык. А та, вместо того чтобы принять хоть какие-то меры, придя домой, так избила маленького Володьку, что он не мог выйти из дома еще несколько дней.
Все повторялось и словно бы навечно отпечаталось в голове у мальчишки: — Что он ублюдок… Что она жалеет, что не сделала аборт… Что он испортил ее жизнь… Что она никогда бы так не жила, если бы не он… Что он украл ее магию, и что она его ненавидит…
Тогда он первый раз применил магию. Он так сильно захотел спрятаться от нее, что в какой-то момент, отвлекшись на крики на улице, она, больше не могла найти его.
Хотя он никуда не уходил, потому что просто не мог, а запрыгнул на диван и сжался калачиком. Она бестолково бродила по всему дому пытаясь найти его, но так и не нашла. А потом, плюнула на это дело и пошла на поиски выпивки.
С тех пор он больше никогда не ходил к женщинам, и ни у кого ничего просто так не просил.
Тогда он начал воровать. Когда через некоторое время его первый раз застигли за воровством он так отчаянно захотел спрятаться, что это получилось.
Крестьянин Карасев, взрослый мужик и справный хозяин словно ребенок испугался и стал его искать взглядом и не мог найти, зато очень здорово обещал на всю округу, как при следующей встрече снимет ему портки и пройдется широким ремнем.
Потом пробормотал о том, что так не бывает и надо передохнуть и пошел прочь. Так мальчик узнал, что если под невидимостью он держит что-то в руках, то это также становится невидимым. Потому что кусок хлеба тоже стал исчез.
Тогда-то он стал применять невидимость.
Просто проговаривал про себя: — «Хочу стать невидимым! Хочу стать невидимым!»
Сначала медленно, а потом все лучше и лучше у него получалось это делать. Он даже научился понимать, когда невидимость работает. Тогда по его коже проходились мурашки и на нее словно пленку натягивали.
Лето и осень прошли достаточно богато.
Яйца, забытая еда, овощи и фрукты. Все, что неровно лежало, кралось. По деревне ходили слухи один другого краше: о темных силах, о том, что они прогневали злого духа, и что домовые чудят.
Несколько раз даже приезжал настоящий маг, да только Володька в эти дни из дома и носа не показывал. Поэтому его и не вычислили.
Уже была поздняя осень, когда Володька внезапно осознал, что его ждут трудные времена. Огороды были почти убраны, фруктовые деревья почти перестали плодоносить, даже куры и те стали меньше нестись.
Все говорило о том, что начинались голодные времена. Володька пытался сделать хоть какие-то накопления, но было бы что тянуть. В хлеву, в сене ждали своего часа несколько мешков с яблоками, картошкой, морковкой и капустой. Не очень хорошие, но поголодав он сообразил, что необходимо иметь хоть какой-то запас.
Этого было мало, но рассчитывать на что-то другое не приходилось. И так некоторые хозяйки обсуждали следы босых ног на своем подворье хотя все свои уже давно ходили в обувке.
Он стал осторожнее, стал думать, как пробраться, не оставив следов, но на тот момент он был еще больше ребенком и на этом погорел.
Тогда Володьку опять поймали. Не с поличным, а просто он не смог пройти мимо, когда соседскому мальчишке подарили желтую машинку, которая сама ездит. Маленькая, красивая, с наклейками, ничего похожего ни у него, ни у кого-то другого из детей просто не было.
Он не думал о последствиях. Он не думал, что мать мальчика, тетка Клара, периодически подкармливала его то куском хлеба с молоком, то блином с куском жареного мяса.
Он ни о чем таком не думал, он думал о том, чтобы стать обладателем желтой машинки.
