– Вот туточки, – суетливо твердил Яценко. – Туточки лежала…
Он побежал к кустам и вскоре нашел банку.
– Она!
Майор осмотрел находку и улыбнулся. Банка была ржавая, старая. Должно быть, она давно лежала здесь.
Степан, приметив на губах майора улыбку, понял, что его находка не представляет никакого интереса. «Эх, зря только человека побеспокоил! – мысленно отругал он себя. – А в станице-то на смех поднимут!..»
Но вдруг лицо Васильева стало сосредоточенным и серьезным. В стороне трава была помята, валялись сломанные, не успевшие завянуть ветки. Кто-то отдыхал тут совсем недавно. Яценко немного успокоился, увидев, что майор внимательно осматривает траву – может, еще и не будут смеяться в станице!..
Между тем Васильев нашел в траве окурок сигареты. Крохотный окурок, растоптанный каблуком. Осторожно рассмотрев находку, он бережно положил ее в спичечный коробок. Теперь дело лаборатории научно-технического отдела установить, какие здесь побывали люди – свои или чужие.
– Товарищ майор! – раздался внезапно взволнованный голос шофера. – Здесь что-то закопано!
– Не трогайте ничего! – крикнул Васильев, торопясь на зов.
Он обошел вокруг куста, на который указал ему шофер, слегка отгибая мокрые ветки, заглянул в его середину. Потом присел на корточки и очень осторожно разгреб руками сырые листья. Из-под них показались кусочки целлофана, обрывки бечевки, остатки пищи… Васильев тщательно собрал всё и аккуратно завернул в чистый лист бумаги.
– Ну что, товарищ начальник? – спросил Яценко.
– Хорошо, что привели нас сюда, – ответил майор. – Спасибо.
И старый колхозник вздохнул с облегчением.
Сведения продолжали поступать. По приметам был задержан человек, которого видел проезжавший лесом милиционер. Но его пришлось отпустить. Он оказался советским гражданином, а убежал от работника милиции потому, что испугался ответственности за то, что пользовался чужим велосипедным номером: он его нашел однажды в лесу, давно, когда – и не помнит.
Пришел ответ и из научно-технического отдела. Экспертиза подтвердила, что найденные Васильевым целлофан, табак и обрывок бечевки – все это вещи иностранного происхождения. Теперь уже не оставалось сомнения, что здесь побывали вражеские лазутчики.
Глава шестая
В ГОРОД
Глухими тропами, а чаще – сплошной стеной колючего ельника, через овраги и заросли шли нарушители границы к Южнокаменску. В город, в город!.. Там можно затеряться в многоликой шумной толпе, там безопаснее…
Еще там, на уединенной даче в предгорьях немецких Альп, жизнерадостный сухощавый человек – инструктор Джон – на занятиях не раз поучал их: «Опасайтесь маленьких деревушек и немноголюдных городков. Там все друг друга знают в лицо. Безопаснее всего вы будете чувствовать себя в большом городе». Он доставал большой лист плотной бумаги, свернутый в трубку, и расстилал его на столе, воткнув в каждый угол по кнопке. На листе был нарисован тушью план городского квартала, напоминавший ладонь с растопыренными пальцами – площадь и улицы.
Как легко было, слушая инструктора Джона, глядя на схему, высказывать свои предположения, придумывать свои версии, как уйти от преследования, где скрыться. И вот сейчас предстояло действовать самому. Владимиру, шедшему следом за Сергеем, почему-то казалось, что и перелет через границу самолета и их приземление, вопреки успокоительным заверениям летчиков, не остались незамеченными. Он плелся понуро. Темные волосы свисали на лоб, мешали смотреть вперед. Но он не поправлял их и шел согнувшись, глядя себе под ноги.
Шествие замыкал Николай.
– Отдохнуть бы, – сказал он.
Сергей огляделся и указал на лесную полянку, окаймленную высокими кустами:
– Вон там остановимся.
Свернули в сторону, перешли вброд шумящий поток и с облегчением сбросили с плеч сумки.
Приятная истома разлилась по телу. Владимир закинул руки за голову и уставился неподвижным, взглядом в глубокое синее небо.
И ему вспомнилось детство. Вот так любил он лежать, запрокинув голову, положив ладони под затылок, и смотреть, смотреть в далекое небо. И казалось ему тогда, что летит он в эту беспредельную голубизну, все дальше, дальше от земли, и облака росли, надвигаясь на него, мягкие, спокойные… Ему хотелось стать летчиком. Он с жадностью читал книги о прославленных пилотах – Чкалове, Громове, о героях, спасших челюскинцев. Ему так хотелось походить на этих героев…
– Эй, что задумался?
Сергей протягивал ему неумело отрезанный ломоть хлеба с колбасой.
– Ешь.
Ели молча. Николай поднялся первым.
– Вы пока отдыхайте. А я закопаю кое-что из вещей. Что потяжелее.
– Да, в город надо войти налегке, – подтвердил Сергей.
Николай скрылся в кустах. Сергей, привстав, глядел ему вслед. Взгляд его был тяжел и недобр. «Наверное, хочет подглядеть, не закопает ли Николай свои деньги», – подумалось Владимиру.
– Я тоже пойду закопаю, – сказал Сергей, проворно вставая и направляясь в ту сторону, куда ушел Николай. – А после и ты закопаешь.
Их долго не было. На поляну неслышно вышел лось, стал неподвижно, нюхая воздух. Зашуршали кусты. Лось исчез в чаще. А на поляну из зарослей вышел Николай.
– А Сергей где?
– Ушел закапывать.
Николай опасливо огляделся. Владимиру вспомнилось выражение, которое он часто слышал от инструктора Джона: «Недоверие – основа безопасности». Конечно, Николай боялся, что Сергей подглядывал за ним.
– Иди теперь ты, – сказал Николай.
Владимир неохотно поднялся и зашагал через кусты.
А тем временем Сергей, досадуя, что не уследил за Николаем и не узнал, где тот закопал свои вещи, выбрал укромный уголок далеко от стоянки, острой походной лопаткой аккуратно снял пласт дерна и начал копать. Землю он ссыпал на разостланный мешок. Сплетенная крепкой сетью корней, почва поддавалась туго. Лоток лопатки часто натыкался на корни, соскальзывал. Но Сергей работал упрямо и вскоре вырыл довольно большое углубление. Здесь-то и будет его тайник.
Лазутчик встал и огляделся. Никого. Прислушался – тишина. Только деревья шумят листвой. Тогда, осторожно вытащив из кармана гранату, он отрезал ножом кусок бечевки, привязал концом к кольцу чеки и бережно положил «лимонку» на дно ямы.
– Пусть сторожит, – прошептал он.
Затем, уложив в яму свои вещи, он прикрепил к ним другой конец бечевки и ладонями стал засыпать тайник. Слой дерна положил сверху. Придирчиво оглядел свою работу. Получилось неплохо. Сергей взял нож и сделал им глубокую зарубку на дереве, чтобы заметить место.
Они снова собрались все вместе, когда солнце далеко перевалило за полдень. Надо было двигаться дальше. Но с каким бы наслаждением Владимир остался здесь до вечера! Все-таки ночью идти безопаснее. Но уходить было надо. И они опять пошли сквозь заросли, сверив нужное направление по карте и компасу.
