С году на год победы увеличивались, и острова обширной водной равнины Великого океана начинали заселяться. В 1663 году англичанин Вуалей находит остров Галопагос, а его соотечественник Дампьер – проход между Новой Британией и Новой Гвинеей.
Комодор Байрон первый составляет полную карту Океании и открывает ряд новых островов – Опасных, Герцога Морского и так далее.
Но слава этих мореходов бледнеет с появлением знаменитого Кука… Он делает три кругосветных путешествия, в продолжение десяти лет держит океан в своей власти, до конца исследует Полинезию, открывает массу островов, систематизирует карты своих предшественников и трагически заканчивает свою морскую карьеру в 1779 году на Сандвичевых островах, будучи убитым дикарями. Куку по справедливости принадлежит слава первого географа Великого океана.
Также печально закончил другой знаменитый путешественник Лаперуз, заместивший отважного капитана в Тихом океане.
XIX век начинается открытиями Бодэна и русского адмирала Крузенштерна, который исследует северные области вплоть до Японского архипелага и Курильских островов.
Дюмон Дюрвиль замыкает славную серию мореходов Великого океана. Судьба этого человека замечательна: он пренебрегал опасностью, рисковал жизнью, отправляясь в неизвестные страны и отваживаясь с небольшим экипажем высаживаться среди диких племен, и погиб пятидесяти лет, но не в море, а в вагоне сошедшего с рельс поезда железной дороги.
Дюмон Дюрвиль не только мореплаватель, но и большой ученый. Он был геологом, гидрографом, ботаником и астрономом и первый начал исследовать открытые страны, их флору, фауну, климат.
После исследования Черного моря, написав о нем целый том на латинском языке, Дюмон Дюрвиль пустился в экваториальные страны и пробыл там шесть лет; результатом его путешествий были богатейшие ботанические, минералогические и зоологические коллекции.
Второе путешествие Дюмон предпринял через два года, надеясь отыскать следы погибшего Лаперуза. После трехлетнего скитания по водной равнине он набрел на остовы двух кораблей, лежащих на коралловых рифах. Это были «Бусоль» и «Астролябия» – корабли несчастного. Воздвигнув ему памятник, Дюмон отплыл через Яву, Сингапур и мыс Доброй Надежды назад во Францию. Он снова привез с собой богатейшие коллекции, например, десять тысяч образцов растительности Полинезии и так далее.
Позже, желая пополнить свои этнографические познания, Дюмон снова предпринял путешествие, открыв на этот раз два острова – Жуавиль и Луи-Филипп. Посетив острова Маркизовы, Таити, Самоа, Каролинские; ученый смело направился к югу, в арктические страны, где сделал важные для навигации наблюдения над течениями и плавучими льдами. После этого он вернулся во Францию.
Если сложить все пути следования этого мореплавателя в прямую, то она могла бы обогнуть земной шар по экватору четырнадцать раз.
Теперь, когда читатель вспомнил краткую историю открытий в Тихом океане, вернемся к нашим друзьям, выброшенным капризом судьбы на неизвестный островок, вероятно, находившийся вблизи Новой Гвинеи.
Фрикэ и Пьер де Галь, спрятавшись в кустах, долгое время не могли прийти в себя при виде страшной картины, представившейся их глазам. Никогда в течение своей бурной жизни, полной неожиданностей, Пьер и Фрикэ не видели ничего подобного. Вид опьяненных кровью дикарей среди двух сотен мучеников леденил кровь в жилах.
Когда прошло первое оцепенение, Фрикэ с негодованием рванулся вперед.
– Потише, мой мальчик, – удержал его Пьер, – ты добьешься только того, что нас повесят рядом с китайцами.
– По крайней мере, я перебью дюжину этих зверей.
– Ну, а дальше? Предположим, что мы убьем двадцать – тридцать человек, все же останется несколько сотен.
– О, если бы у нас была митральеза, которую я видел в Гавре! Я зарядил бы ее картечью и пустил несколько залпов в толпу этих каннибалов.
– Посмотри, Франсуа. Если глаза меня не обманывают, один из несчастных китайцев еще жив. Но они его сейчас убьют.
Действительно, группа людоедов бросилась на китайца, лежавшего под деревом. Они схватили его за косу и потащили к костру. Фрикэ прицелился. Миг – и огненная молния пронизала тьму; раздался выстрел, и один из каннибалов упал.
Китаец, пользуясь этим, приподнялся и побежал.
Когда испуг дикарей прошел, они пустились вдогонку за пленником. Раздалось еще два залпа, и два дикаря свалились.
Китаец заметил, где находятся люди, желающие его спасти. Пользуясь замешательством дикарей, он спрятался в кустах близ друзей.
– Если ты понимаешь хоть слово по-французски, – сказал ему Пьер, – не шевелись.
Китаец замер. Томительная тишина воцарилась на поляне. Дикари были поражены суеверным ужасом. Непонятный звук и молния, загадочная смерть товарищей и невидимые враги – все это совершенно сбило их с толку.
– Последний залп! – скомандовал Пьер.
– Пли! – ответил Фрикэ.
И четыре выстрела уложили четырех дикарей.
Страшный вопль раздался в толпе каннибалов, и они рассеялись, как тьма при появлении солнца.
– Теперь в обратный путь, – скомандовал Пьер, – надо возвратиться на плот, там безопаснее. Мы все равно не можем вернуть к жизни бедных китайцев; хорошо, что удалось спасти хоть одного.
Китаец, чудом спасенный, робко стоял между французами.
– Melci, messel… melci, – лепетал он прерывающимся голосом, благодаря своих спасителей.
– Что ты говоришь, мой мальчик?
– Я говорю melci… Вы спасли мне жизнь.
– А, понял! Ты хочешь сказать merci.
– Да.
– Как жаль, что мы не пришли вовремя, – с грустью сказал Пьер, – возможно, тогда не произошло бы этой бойни.
– Вы правы, господин, – заплакал китайчонок, – теперь они убиты… все убиты… я остался один.
– Ты не один, а с нами. Мы возьмем тебя с собой, и ты разделишь нашу судьбу, будешь у нас юнгой.
– Я уже был юнгой… но наше судно разбилось.
– Что ты говоришь? – вскричал Фрикэ. – Так это тебе мы обязаны спасением? Ведь это ты бросил мне нож, когда мы лежали связанными?
– Да, господин.
– Ба! – вскричал в свою очередь Пьер. – Ведь это ты стащил для меня табак?
И друзья бросились обнимать маленького китайца, а потом продолжали путь. Вскоре они пришли на берег моря. Недалеко от берега качалось большое судно папуасов с парусами из кокосовых листьев. Оно было снабжено водой, рыбой, плодами. Очевидно, дикари покинули его, чтобы поживиться лакомым блюдом, неожиданно посланным им крушением «Лао-Дзы».
Наши друзья на плоту подъехали к кораблю, не колеблясь завладели им и устроились на ночь с намерением утром покинуть его.
ГЛАВА V
История картавого китайчонка. – Китайчонок становится настоящим матросом. – Осмотр неведомого острова. – Флора и фауна коралловых островов. – Как крабы открывают кокосовые орехи. – Бегство дикарей и посещение «Лао-Дзы». – Драгоценная находка. – Каждый готовит по сюрпризу. – Иллюминация, устроенная Пьером де Галем. – Остров Вудларк.
– План будущих действий. – Окружены со всех сторон людоедами.
Остаток ночи тянулся томительно, приводя в отчаяние отважных моряков. Никто из них не мог сомкнуть глаз ни на минуту, и не без причины. Пьер и Фрикэ, привыкшие к невзгодам, люди с закаленными нервами, пожалуй, могли бы заснуть, несмотря на близость каннибалов, но им не давал покоя целый легион невидимых врагов, от которых они не могли избавиться. Вся бухта была покрыта целым облаком австралийских комаров; эти маленькие чудовища, жало которых не действует на кожу папуасов, с ожесточением набросились на тонкую кожу белых, не щадя даже молодого сына Небесной империи.
Парижанин ругался на чем свет стоит и посылал в преисподнюю микроскопических вампиров, хоботки которых наполнены раздражающим ядом, а пронзительное жужжание приводит в дрожь. Моряк закурил трубку, не щадя табаку, в надежде, что едкий табачный дым отгонит маленьких, но беспощадных и надоедливых врагов. Но напрасно: куренье принесло не больше пользы, чем проклятия.
