было пыткой.
Фабиан повернулся в нашу сторону, очевидно, услышав ее. — Я не позволю тебе сесть с ним в грузовик, пока он не выпьет немного крови.
— Тогда мы останемся здесь на весь год, — отрезала Келли. — Он не собирается пить. Он справится.
— Что ты об этом знаешь? — Фабиан зашипел, и я приготовилась встать между ними, когда она расправила плечи. — Ты не имеешь ни малейшего представления о том, насколько сильна жажда. У него не будет выбора, если он будет ждать слишком долго. И с каждой секундой, пока он откладывает это, все больше вероятность того, что он сойдет с ума и укусит вас. Лучше сделать это сейчас, пока он не превратился в изголодавшееся животное, неспособное контролировать себя.
— Я не такой, как вы, — крикнул Магнар, яростно шагая к нам. — Я бы не стал пить кровь, даже если бы жажда разрывала меня на части изнутри.
— Ты ошибаешься, — мягко сказала Кларисса, придвигаясь ближе. — Ты можешь бороться с ней какое-то время, Магнар. Но ты будешь глупцом, если подвергнешь Келли риску, когда у нас под рукой есть бутылки с кровью. Конечно, это лучше, чем укусить ее или Джулиуса?
Взгляд Магнара скользнул по ней, и дрожь пробежала по моей спине от его свирепого выражения лица. Они собрались подраться?
— Я не буду пить как паразит, — прорычал он на нее, и я увидела его клыки. Остальные тоже заметили, и Магнар внезапно понял это, резко отвернувшись от нас.
— Он этого не сделает, — повторила Келли, и Фабиан разочарованно выругался.
Эрик вышел из грузовика, и его глаза были бесконечно темными. — Магнар, садись спереди. Остальные сзади. Сейчас же. Мы выезжаем.
— Но Магнар… — начал Фабиан, и взгляд Эрика метнулся к нему.
— Если он не будет пить, то он, черт возьми, не будет пить, — отрезал Эрик, и дрожь пробежала по мне от его тона. — И мы не можем больше терять здесь время. Валентина, вероятно, уже в пути.
— Он прав. Пойдемте, — твердо сказала Кларисса, и все двинулись к грузовику, заполняя салон.
Я поставила галлон молока в кузов, а Чикоа поспешила за нами. Она набрала воды из колодца для людей и быстро поставила бутылки в кузов грузовика к остальным нашим скудным припасам. Я подошла к боковой двери, забралась внутрь и села рядом с Келли, расслабляясь от легкой близости моей близняшки. Чикоа запрыгнула внутрь и опустилась рядом с Фабианом, казалось, не замечая, с кем она села рядом, пока не стало слишком поздно двигаться.
Магнар обошел грузовик спереди и сел на пассажирское сиденье рядом с Эриком. Он захлопнул дверцу, и вся машина качнулась вбок.
— Черт возьми, — выругался Эрик себе под нос.
— Прости, я… — Магнар замолчал, и его плечи ссутулились, когда он отодвинулся от двери.
Когда грузовик перестал раскачиваться, я повернулась к Келли, сидевшей рядом со мной. — Он привыкнет к этому, — прошептала она мне, и я кивнула, молясь, чтобы она была права.
Руки Фабиана сжались в кулаки, когда он с беспокойством уставился на затылок Магнара. После удара, нанесенного ему Магнаром, я не думала, что он смог бы справиться с ним, даже если бы захотел. Меня пугало, что если Магнар потеряет контроль над жаждой крови, мы, возможно, не сможем усмирить его.
Эрик завел грузовик, но не поехал вперед, и я заметила, что его взгляд задержался на том месте, где погибли Майлз и Уоррен. Я наклонилась вперед, чтобы положить руку ему на плечо, но он отмахнулся от меня и включил передачу, начав движение по дороге.
Я откинулась на спинку кресла, борясь с обидой на его реакцию, и принялась смотреть в окно, пока мир проплывал мимо.
Келли, нахмурившись, посмотрела в мою сторону и взяла меня за руку. Я натянуто улыбнулась ей, сморгнув слезы, и снова перевела взгляд на дорогу.
Дождь начал лить из облаков, и я смотрела, как капли скользят по стеклу, образуя кружащиеся узоры. Мое сердце болело из-за потери Майлза и Уоррена. Я представила их лица перед смертью, и слезы потекли по моим щекам. Они так сильно любили друг друга, разве было справедливо, что к ним так отнеслись?
Напряженная тишина воцарилась над всеми нами, когда мы оставили ферму позади, и Эрик повернул машину на юг, на длинный участок дороги. Дороги, которая могла привести к нашему спасению или к нашей гибели. У нас не осталось ничего, кроме друг друга и единственной цели в голове. И я молилась, чтобы мы поскорее добрались туда.
День тянулся мучительно медленно. Тишина, повисшая над нами, нарушалась редко, но время от времени мы с Келли проверяли направление к горе с помощью кольца, и Эрик молча следовал нашим указаниям.
Мы проехали уже столько миль от фермы, что пейзаж вокруг нас изменился, становясь все более бесплодным по мере того, как мы направлялись к возвышающейся на горизонте горной цепи.
Свидетельства Последней Войны были повсюду вокруг нас. Огромные кратеры были всем, что осталось от целых городов, и нам часто приходилось съезжать с разбитой дороги и искать извилистый путь вперед через завалы и обломки. Я погрузилась в тихое созерцание мира, которым всегда интересовалась. При любых других обстоятельствах я была бы взволнована, исследуя холмистые пейзажи, о которых мечтала в нашей Сфере. Но я не смогла почувствовать ни малейшего волнения, которое должна была бы испытать, впервые в своей жизни увидев такие места. Как будто на мир легла какая-то тень, которая никак не желала рассеиваться.
Мы наконец-то вернулись на участок дороги, который все еще был нетронутым, и Эрик снова ускорился. Мы потеряли несколько часов, объезжай скопление руин, а солнце уже давно село, оставив нас в полной темноте.
Когда мы въехали на высокий горный перевал, я попыталась немного отдохнуть, прислонившись спиной к окну и закрыв глаза. Жажда подступила к моему горлу, и игнорировать ее становилось уже невозможно. Я пыталась воздержаться от крови в присутствии Магнара, забыв выпить на ферме, как это сделали другие. Но теперь когти начали впиваться в мой язык, поскольку мое тело требовало, чтобы его накормили.
Я судорожно вздохнула, зная, что Магнар, должно быть, чувствовал себя в десять раз хуже, чем я сейчас. И Эрик, насколько я помнила, тоже ничего не пил. С тех пор как меня обратили, мне не приходилось сдерживать жажду дольше нескольких часов, но я была полна решимости подождать, пока не смогу сделать это вдали от Магнара. Если он почувствует запах крови, то может потерять контроль, а я бы
