собой. Ага! Как же! Вот у тебя, конечно же, и получится!
— Пожалуйста, инквизарий Шиир, забери меня, — она даже имя моё запомнила!
— Отойди, ты слышал, все слышали! — еле сдержался, чтобы не отшвырнуть его ногой, подскочил к ведьмочке и сгрёб на руки, наконец, успокаиваясь сам и успокаивая её. Какая же глупышка! Разве не понятно, что сегодня ей было бы безопаснее остаться в своей деревне. Ещё лучше в постели с ведьмаком. Нет! Ни в чьей постели не хотел бы её представлять! Только рядом со мной! Ни с кем больше!
— Моя сестра, там, на кухне, — шепнула, прижимаясь всем телом, продолжая испытывать мою волю на прочность.
Двое моих ребят скользнули мимо так и не шелохнувшихся оборотней и через несколько мгновений вывели удивлённую рыжеволоску. Она лечила громогласную словоохотливую гномиху и ничего не слышала за толстыми стенами:
— Что случилось? — растерянно оглядела всех присутствующих.
— Твоя сестра сегодня выбрала меня, — уведомил ведьму. — Всё согласно обычаю.
— Я поняла, — кивнула она.
— Ты вольна пойти с нами или вернуться домой, — моя женщина нетерпеливо завозилась в моих руках и куснула меня за шею, похоже, становилось ей совсем худо, нужно спешить.
— Я пойду сегодня с тобой, — указала рыжая на одного из моих подчинённых, расплывшегося в предвкушающей улыбке: ещё бы — ночь в объятиях ведьмы. Оборотни аж зарычали, остальные сглотнули.
Никогда ещё я не оказывался в своей комнате за столь короткий срок. Моя ведьмочка глухо стонала, впиваясь в мои плечи ноготками, прикусывая до крови губу.
— Сейчас, маленькая, сейчас.
Я уложил её на постель, быстро освободил от одежды обоих и приник губами к призывно раскрывшемуся бутону между бесстыдно расставленных ножек.
— Шиир, — простонала она, качнувшись навстречу моему языку.
Божественно! Дарить наслаждение своей женщине божественно. То, что она моя, у меня не было и тени сомнения с того момента, как увидел её на ярмарке в лапах возбуждённого её запахом вервольфа.
— Шиир, мне мало! Не мучай меня! — выдохнула моя маленькая, выгибаясь дугой.
Я не стал заставлять уговаривать себя дважды, сам уже находился на грани терпения.
Я уже говорил, насколько божественно обладать своей желанной женщиной и чувствовать, что это взаимно? Погрузившись в тугую пульсирующую от невыносимого жара плоть, я сразу же сорвался на бешенный ритм, так сейчас необходимый обоим. Дарил ей поцелуи и пил её стоны, наполнял собой и чувствовал, как она раскрывается навстречу! Наш финал был ярче звёздного взрыва.
Но это было лишь началом ночной гонки. Не знаю что — воздержание или ульстиший — так подействовали на мою маленькую, однако она не позволила нам передышку. Стоило выскользнуть из неё, как моя повявшая плоть тут же оказалась в плену сладкого ротика. Казалось, ей доставляет наслаждение играть с постепенно вновь каменеющим стволом.
— Шиир, хочу ещё! — оседлала меня, медленно насаживаясь на всю длину.
— Как скажешь, маленькая, как скажешь, — стонал ей в ответ.
— Альфития — шепнула она.
— М?
— Моё имя Альфития.
— Альфи, маленькая, — притянул её за шею к себе, накрывая манящие губы своими.
Ближе к рассвету, насытившись и избавившись от мучившего её напряжения, моя ведьмочка решила подробнее рассмотреть меня. Усевшись на моих бёдрах, Альфития пристально рассматривала татуировку на плече: змея, обвивающаяся вокруг клинка.
— Нравится?
— Угу.
— Это родовой знак.
— Хочу такую же!
— Уверена?
— На все сто! Вот здесь, — провела пальчиком по своему бедру.
— Смотри, ты сама сказала, — я подхватил её под попу и насадил на свой, мгновенно затвердевший ствол.
Ведьмочка лишь вскрикнула. Она изнывала от сладкого удовольствия, то выгибаясь навстречу, чтобы удобнее было ласкать её упругие холмики с твёрдыми навершиями горошинок, царапая мою грудь коготками, постанывая; то отталкивала мою голову и уже сама облизывала мои напряжённые соски. Когда Альфи была близка к разрядке, я резко сбросил её с себя, заставляя встать на колени и ворвался сзади, одновременно оставляя царапину на бедре отросшим когтем, шепча заклинание. Задрожав всем телом, она утащила меня за собой в омут наслаждения.
Мы обессиленно повалились на бок так и не разделившись. Я лишь сгрёб в охапку тело любимой, крепче прижимая к себе и провалился в сон.
А утро заставило испытать все муки царства Шаирона.*
Проснулся я в холодной постели один, отчётливо осознавая, что моя жена, моя пара, моя единственная, отказалась от меня. И я даже не могу воспользоваться своим правом инквизария, чтобы, ворвавшись в поселение ведьм, предъявить свои права: ведь, на её бедре мой родовой знак, как свидетельство несостоятельности мужа, брошенного после обряда.
Записка! Клочок бумаги на подушке! Я даже не достоин личного отказа глаза в глаза!
«Прошу Вас забыть об этой ночи! Не злитесь, пожалуйста! Признаю, это полностью моя ошибка. Мне очень стыдно».
— Ведьмы! — взвыл я, понимая, что так и проведу остаток жизни в агонии невозможности быть рядом и моля богов, чтобы ей никогда не грозила опасность и мне не пришлось приходить на помощь, потому что не знаю, как поступлю, увидев предавшую меня.
Глава 5
Вынырнув из сна, я сразу же осознала, что бесстыдно прижимаюсь к обнимающему меня мужчине.
Память подбрасывала картинки урывками.
Обнаглевший гном, лапающий меня на виду у всех и угрожавший расправой Сафирене. Его бугаи-охранники, похотливо комментирующие увиденное и делающие ставки на время моей выдержки. Отряд инквизиторов, еле сдерживавших своё недовольство. Омут глаз, в которых так хочется утонуть и никогда не выныривать. Мой откровенный призыв. Сводящие с ума объятия, в которых так уютно и безопасно. Жаркие поцелуи. Бешенный секс, сносящий все мыслимые ограничения, накрывающий лавиной страстного удовольствия, безудержный и бесстыдный.
«Оооо! Ужас! Я умоляла его взять меня! Какой стыд! Я же просила, практически, заставила Шиира как следует оттрахать меня! Кошмар! Да я сама его трахала, не давая минуты покоя! Как его не стошнило от меня?! И Олег, и Самир всегда осаживали мою похоть, называя мартовской кошкой. А тут не кошка уже! Сучка течная! А это что ещё? Да твои же погремушки! Я ещё и татуху себе набить заставила! Альфия! Упала ниже некуда! Надо сматываться и быстрее! Не смогу ему в глаза смотреть! Со стыда сгорю! Он спас меня! Несколько раз за день! Да его трясло уже до нервного тика от случайных встречь со мной. Я же, наверняка, в его понимании похотливой самкой, последней шлюшкой предстала, только и мечтающей о крепком члене, на который можно было бы запрыгнуть! Яяяяять! А я?! Ведь, не может инквизарий отказать ведьме! Бедный! Вот и сбылось пророчество Сафи: изнасиловала-таки мужика. Так, что делать? Что делать? Блокнот! Напишу
