Статус, — подмигнул парень напротив. — А мы все остаёмся в облике того возраста, когда решимся выпить оринулиторик.* Но пить его повторно не стоит. Кстати, теперь и срок жизни у тебя удлинится.
— На сколько?
— Раз в пять-шесть, возможно больше, — пожал он плечами. — До драконов нам, конечно далеко с вампирами, но дольше орков и оборотней точно проживёшь, — пообещал собеседник.
— Бонус, однако, — хмыкнула я, уплетая за обе щёки вкуснейшие пирожки с какими-то местными ягодами.
— А если выйдешь замуж за кого-то из долгоживущих, то они станут поддерживать тебя тысячи две, а то и больше.
Я только и смогла, что моргать глазами.
— Миранда почему решила состариться, — продолжил просвещать меня собеседник. — Больше пятидесяти ранаров* назад мой дед умер, её последний муж.
— Последний? — эхом отозвалась я.
— Ага, пятый. Он как раз драконом был. Поэтому и пережил всех своих побратимов. А теперь бабуля готовит дочь своего второго мужа себе на смену. Как только Мортия станет шаманкой, Миранда нас покинет и отправится вслед мужьям.
— Бедная, сколько же ей пришлось переживать! — посетовала я.
— Труднее всего было, когда первым умер оборотень. Она так тосковала! Хорошо, что остальные четверо не отходили ни на шаг.
— Кто четверо? — не совсем поняла я.
— Остальные мужья, — спокойно пояснил внук родоначальницы. — Знаешь, открою тебе секрет. Если повезёт стать истиной для демона, считай, что выиграла главный приз. Тогда ты и твои мужья сможете прожить практически вечность. Демонов очень сложно убить, если они не сунутся на Землю. Правда, если он окажется первым мужем, остальным, просто, шанса не даст. А вот если не сразу. Там хоть пятнадцать мужей будет, всех скопом под своё покровительство возьмёт, — подмигнул парень.
Что-то мне совсем разонравилось с ним говорить: слишком уж откровенно потешался над иномирянкой, вешая лапшу на уши.
Хорошо, что заиграла музыка, и Сафиренка утащила меня танцевать.
— Каил на тебя глаз положил, — доверительно сообщила она, ведя меня в хороводе. — Если понравился, не стесняйся показать. У нас действуют открыто. И секс для ведьм не только не под запретом, а приветствуется. Нужно же куда-то отдавать лишнюю энергию, особенно, когда долго никого лечить не приходится. Так что не стесняйся. У нас уже есть несколько землянок в общине, поэтому я и предупреждаю сразу. Вот замуж не торопись соглашаться. Если брак будет не против твоей воли, никто расторгнуть не сможет. А мужчины разные попадаются. И среди гоблинов есть добрые заботливые, и среди эльфов есть садисты. Поэтому, свободный секс — наше всё!
— А если дети?
— Дети всегда остаются с матерью, но по её желанию отец может быть частью жизни своих отпрысков.
— Понятно.
— Не дрейфь. Привыкнешь. И ревность у нас не приветствуется. Однако, женатые мужчины табу для остальных. Это имей ввиду.
__________
Римурик немилосердно пришпоривал коня. Волки благоразумно держались чуть позади взбешённого хозяина. Им, конечно, ничего не стоило свернуть его короткую шею, но гном платил щедро и в противоречие с законом не вступал. Поэтому оборотни старательно игнорировали все его нервные всплески, тем более, границ в их сторону он никогда не переходил. На губах охранников тем не менее то и дело скользила насмешливая улыбка, адресованная нанимателю. Мужчины не могли простить ему завышенной самооценки, а затем проигрыша. Разве не забавно: позарился на шикарную женщину, не просто человечку — ведьму, и получил по носу. Решил откусить больше, чем смог.
— Едем в Альнарий* к Савыусу, — распорядился хозяин.
Наёмники переглянулись, но последовали молча.
____________
Жизнь в поселении Родные истоки, ага, вот так незамысловато, протекала неспешно. Каждое утро Мортия учила меня сбору трав, приготовлению лекарственных настоек, азам управления собственной энергией.
Сафирена помогала в освоении письменной речи, почему-то в комплекте с автоматическим освоением устной понимание местных закорючек предусмотрено не было.
Частенько рядом ошивался Каил, сводя каждую встречу к недвусмысленным намёкам.
— Он тебе не нравится? — как-то спросила названная сестрёнка. — С ним многие соглашаются остаться на ночь.
— Вот и флаг ему в руки, — буркнула я. — Знаешь, после моих двух бывших на новые подвиги не тянет. Оба поиспользовали и отбросили, как мусор в угол. Муж хотя бы женился, — вздохнула от непрошенных воспоминаний.
— Ну это ты зря, конечно. Но дело твоё. Просто имей ввиду, Каил безопасный, ты ему нравишься и, если захочешь, кроме тебя он больше ни на кого не посмотрит, а дети у вас будут мммм красивые!
— Вот уж дети-то у меня вряд ли теперь будут, — горько усмехнулась, понимая всю тщетность надежд.
— Ошибаешься. В этом точно ошибаешься.
Возражать ей не стала. А смысл?
В свободное время начала делать то, что любила с детства и умела лучше всего — шить. Мои изделия вскоре стали достаточно популярными среди местных, а через четыре месяца, Сафи предложила отвезти часть из них на ежегодную ярмарку в соседнем городе.
Весь вечер моя душа пела в предвкушении увидеть новый мир. Кровь бурлила, не давая покоя, заставляя всё время что-то делать, чтобы потратить переполнявшую меня энергию. К ночи я с удивлением почувствовала, что начинаю буквально захлёбываться от желания оказаться в мужских объятиях.
«Давно такого со мной не было», — там, на Земле, последние лет пять мужчины вообще стали для меня манекенами для одежды, а ласки мужа и до этого еле терпимые опостылели окончательно. И тут вдруг такой разрыв персонального шаблона. Я прямо-таки чувствовала, как по коже течёт лава, требующая ласки, а внутри всё сжимается искрящейся пружиной.
— Ох, — не смогла сдержать стона, коснувшись сладко ноющей груди. — Так вот о чём предупреждала Сафирена.
Шагнув к окну, распахнула створки, с наслаждением подставляясь прохладному ветру. Закрыв глаза представила себе нежные касания мужчины. Не какого-то конкретного, абсолютно абстрактного, даже вид его не рисовала в воображении, лишь ощущения ласк. На смену пальцам пришли лёгкие поцелуи, покрывающие мою шею, спускающиеся ниже к выглядывающей из выреза ложбинке между холмиков троечек. Моя фантазия была яркой, явственной, почти реальной. В какой-то момент перестало хватать воздуха, как от настоящего поцелуя, я судорожно вздохнула и открыла глаза. Напротив меня, в шаге от окна, засунув руки в карманы стоял Каил.
— Ты? Что ты тут делаешь? — растерялась я от неловкости.
— Если позволишь войти, то я и в реальности сделаю тоже самое и намного лучше и больше, — его глаза влажно поблёскивали, над верхней губой выступила испарина.
— Это ты внушил мне? — осознавать данный факт было крайне неприятно.
— Хотел показать от чего ты отказываешься, — ухмыльнулся парень.
— Ну знаешь ли, — с досадой хлопнула створками и задёрнула шторы.
Всё возбуждение схлынуло, оставляя глухое чувство неудовлетворённости и разочарования.
«Вот же настырный
