— Я здесь!
В дверях появилась Ирма, завернутая в одеяло. Чародейку колотил озноб, а в голове по-прежнему стоял туман. Она едва держалась на ногах.
— Он и сам не знает, откуда он, так что спрашивать бесполезно. Я зову его Шариком. Не знаю, нравится ли ему это имечко… Главное, чтобы никто из вас не называл его собакоголовым или чем-нибудь в этом роде.
Девочки таращились на Ирму с таким удивлением, будто она только что высадилась из летающей тарелки.
— Закрой рот, Корнелия, а то ворона залетит, — хихикнула Ирма.
— С тобой всё в порядке? — спросила ее Корнелия.
— Более-менее, — кивнула водяная чародейка.
— Что произошло?.. Как ты?.. Кто?.. — бессвязно бормотала Хай Лин, но потом всё же собралась с мыслями и пристально поглядела на Ирму. — Кто же, будучи в здравом уме, выбирает имена вроде Шарика?! Это же собачья кличка.
— Ну, простите уж меня, дуреху! — усмехнулась Ирма. — Может, у кого-то есть предложения получше?
— Я тут вспомнила лекции Коллинза о Древнем Египте, там был такой бог с собачьей головой по имени Анубис, — промолвила Хай Лин. — Это первое, что пришло мне на ум при виде него.
Она покосилась на мальчишку, с любопытством наблюдавшего за ними.
— Хорошо, пусть его зовут Ану, — рассмеялась Ирма.
Хай Лин лишь вздохнула и покачала головой.
— Эй! — раздраженно передернула плечами Вилл. — Что у нас тут происходит? Конкурс на придумывание лучшего имени — это, конечно, хорошо, но меня интересует другое! Как ты здесь оказалась, Ирма, и что это за существо?
— Ану спас мне жизнь, когда кто-то или что-то пыталось утащить меня в морские глубины, — тихо сказала Ирма.
Девочки дружно посмотрели на собакоголового мальчика, сидевшего на корточках у стены. В его глазах мешались страх и интерес.
— Помните, что со мной случилось, когда я дотронулась до черной пирамиды? — Ирма поплотнее закуталась в одеяло.
— У тебя закружилась голова, — ответила Тарани. — И еще ты сказала, что чувствуешь внутри пирамиды воду.
— В тот момент я и установила с ним контакт, — объяснила Ирма. — Оказывается, в пирамиде содержалась не только вода, он тоже каким-то образом попал в неё. Ану был пленником черной пирамиды.
— Что-то я не понимаю… — Хай Лин с сомнением поглядела на Ану.
— Пирамида — это тюрьма, — пояснила Ирма. — Когда я прикоснулась к ней, то освободила его. А потом магические силы воды стали разыскивать беглеца. Он рисковал жизнью, вытаскивая меня из моря.
Тарани поднялась, стряхивая с себя искорки.
— Хочешь сказать, кто-то запер его внутри пирамиды? Но она же маленькая… Да кому такое могло в голову прийти?! — Она сердито топнула ногой. Корнелия постаралась утихомирить подругу:
— Но мы же не знаем, может, он совершил серьезный проступок.
— Это не имеет значения, Корнелия. Ты не видела пирамиду а мы видели, — гневно прошипела Тарани. — Это бесчеловечно!
— Еще неизвестно, человек ли это сотворил, — сказала Ирма. — Знаю, что это звучит странно, но прошлой ночью мне приснился сон, и он как будто был не совсем мой… Если, конечно, вы понимаете, о чем я.
Лица подруг красноречиво говорили о том, что они не понимают. Ирма заботливо поглядела на Ану, подобравшегося поближе к костерку, и продолжила:
— Это удивительно и даже страшно, но нас с Ану объединяет власть над водой. Силы, которые разыскивали его, почувствовали мою магию и решили, что это Ану.
— Но ты же не думаешь, что и наводнение в Хитерфилде связано с ним? — спросила Вилл.
— Нет, как раз думаю! — заявила Ирма. — Я это сразу почувствовала, именно об этом я хотела поговорить с вами утром.
— Так это сам мальчишка натворил? Или нет? — устало вздохнула Вилл.
— Это как посмотреть… — улыбнулась Ирма.
Вилл покосилась на собакоголового мальчика и покраснела.
— А откуда ты всё это узнала? — поинтересовалась у Ирмы Корнелия. — Он тебе сам рассказал? Что-то я не слышала, чтобы он произнес хоть слово. Он умеет говорить?
— Нет, но он может делить со мной сны и воспоминания. Хотя сам он не видит между ними разницы. Ему не удается их удержать. Словно кто-то пытался стереть все его мысли. И чтобы всё вспомнить, мальчишке нужна моя помощь. Он многое мне рассказал, но у меня пока не получается составить из этого единую картинку. Я и сама пока ничего не понимаю…
— А откуда он родом? — спросила Тарани.
— Я не знаю, — пожала плечами Ирма. — Я видела только плещущиеся волны, беленные известкой стены, которыми обнесен великолепный дворец, и людей, обычных, таких, как мы.
— Без… — Вилл не знала, как это сказать, чтобы не обидеть мальчишку, и просто кивнула в его сторону.
— Я же говорю, они были похожи на нас. Никаких собачьих голов, — вывела ее из затруднения Ирма.
— Но если он из другого мира, об этом должен знать Оракул, — заметила Корнелия.
— А если Оракул знает… — подхватила Тарани.
— Тогда Ану — преступник и изгой, — со вздохом закончила Ирма.
— Мы не в курсе, почему он здесь очутился, — сказала Корнелия. — Неизвестно, что он натворил. Должна же быть какая-то причина!
Ирма вздохнула. В глубине души она соглашалась с Корнелией.
— Я знаю, — тихо промолвила она. — Но, наверное, я не такая здравомыслящая, как ты, Корни.
— А как насчет воспоминаний, которыми он поделился с тобой? — спросила Вилл. — Ты веришь, что они настоящие?
— Я видела всё его глазами, — пробормотала Ирма. — И я собираюсь сделать для этого мальчугана всё, что возможно. С вашей помощью или без нее. Он спас мне жизнь, и я должна ответить ему тем же. Я перед ним в долгу. К тому же, мне ужасно хочется потолковать с тем, кто направил против меня мою же собственную Стихию и пытался меня утопить. Неважно, что натворил Ану, но я-то чем провинилась?!
При одной мысли о взбесившейся, влекущей ее в пучину воде чародейка задрожала. Ей выпала встреча с неведомой силой, имени которой она не знала.
— Мы не позволим тебе так поступить, — строго заявила Вилл. — Ты не должна взваливать на себя такую задачу.
— Вилл! — взмолилась Ирма.
— Вилл права, — решительно сказала Корнелия. Ирма печально понурила голову.
— Мы никого не бросаем в беде, — продолжала Вилл. — Если уж ты так хочешь помочь этому собакоголовому, тебе не придется делать это в одиночку.
— Мы с тобой! — улыбнулась Корнелия. А Хай Лин и Тарани закивали.
— Вы самые лучшие подруги на свете! — всхлипнула Ирма и кинулась им в объятия.
— Но это не значит, что мы полностью доверяем твоему мохнатому приятелю, — уточнила Корнелия. — Пусть всё решит Оракул, а мы подчинимся ему. Это касается и тебя, Ирма.
Водяная чародейка кивнула, однако это еще не значило, что она собирается так поступить. Она обернулась к Ану и встретилась с ним взглядами.
В ее глазах читалось: она ему верит.
Глава 7
Оракул
— Готовы? — спросила Вилл, сжимая Сердце Кондракара.
Девочки, сидевшие на полу, встали и дружно кивнули.
— А ты как, Ирма? Всё в порядке? — улыбнулась подружке Вилл.
— Да, всё отлично, — ответила та.
Сердце Кондракара пульсировало, мерцало. Внезапно комната наполнилась ярким сиянием. Желтоглазый Ану испуганно съежился и жалобно заскулил.
— Не волнуйся, всё хорошо, — успокоила его Ирма, чувствуя, как из спины пробиваются крылышки и тело наполняется магической энергией Воды.
Ирма любила это ощущение преображения. Она зажмурила глаза, схватила Ану за руку и отдалась на милость Сердца. Оно подняло их ввысь, а потом вдруг вспыхнуло и рассыпалось тысячью искр…
Колонны храма Кондракара вздымались к небесной синеве. Чародейки стояли в центре огромного пространства и не могли поверить, что всего несколько часов назад они сидели на Хитерфилдском пляже и глядели на затягивающие небо дождевые тучи.
Ирма почувствовала, как вдоль позвоночника пробежал холодок. Девочки очутились между всем и ничем, между реальностью и сказкой.
Вдруг откуда ни возьмись раздался голос Оракула, Ану настороженно зарычал. Звук постепенно приближался и делался громче, он овевал чародеек, словно ветер.
— Я вас ждал. — Оракул говорил ласково, но серьезно.
— Он уже всё знает, — прошептала Тарани на ухо Ирме.
— Ну конечно, от него ничего не скроешь, — откликнулась Вилл. — Недаром же он Оракул.
Ирма шагнула вперед, чтобы сразу стало понятно: это ее идея — доставить в Кондракар собакоголового мальчика.
— Он ищет ответы на свои вопросы, — вежливо сказала девочка.
— Ответы? — Оракул пристально поглядел на Ирму. — И ты считаешь, ему действительно необходимы ответы?
— Да, — покорно кивнула Ирма. — Что с ним произошло?
— Существо, которое ты сюда привела, зовут Манор, мальчик-пес. Он был осужден советом во главе с Понтикасом, старейшиной Арквары, и приговорен к семи водным фазам в Пустыне Бытия за убийство наследника престола.
