Ирма беспомощно оглянулась на подруг. Как жестоко она ошибалась насчет мальчишки! Вечно одно и тоже: она всегда больше доверяет сердцу, чем рассудку. Почувствовав себя полной дурой, девочка уже открыла было рот, чтобы извиниться, но Корнелия не дала ей сказать ни слова.
— Подожди и послушай, — прошептала она и одарила Ирму ободряющей улыбкой. А потом она кивнула Оракулу, и тот заговорил снова.
— Арквара — водное королевство, и за серьезные преступления там наказывают так: помещают преступника в чёрную пирамиду и заполняют ее очистительной и дарующей жизнь водой Арквары. Затем пирамиду отправляют в Пустыню Бытия, и там вода растворяет все воспоминания о проступке и очищает душу от тех чувств и желаний, которые побудили преступника его совершить. Срок заключения зависит от тяжести преступления. За самые ужасные человека приговаривают к семи водным фазам. Вода омывает душу и разум, после этого человек возвращается в Арквару словно заново родившимся.
— Очистительная и дарующая жизнь? Да эта вода чуть меня не убила! — возмутилась Ирма.
Оракул умолк, и на чародейку навалилась давящая тишина.
— Манор, мальчик-пес, был заключен в черную пирамиду и отправлен в Пустыню Бытия во искупление своих грехов, — произнес Оракул раздумчивым тоном, словно в этой истории что-то не сходилось. — Но хоть у него и не осталось воспоминаний о совершенном, его до сих пор не вернули из Пустыни в Арквару. Проще говоря, он попал в ваш мир не исправившимся преступником, а жертвой пыток, не помнящей о себе совсем ничего…
— И что это означает? — спросила Ирма. — Это задание для команды Стражниц? — Затаив дыхание, она ждала ответа.
— Вы должны доставить его в Арквару и выяснить всю правду, а уж там время покажет… — изрек Оракул.
Ирма стиснула ладошки в кулаки и подавила рвущийся наружу радостный вскрик.
— Спасибо вам, Оракул, — сказала Корнелия за нее.
— Будьте осторожны, Понтикас обладает огромной властью! — предупредил он.
И вот всё стихло. И лишь ветер бесконечности гулял между колонн.
— Манор. Значит, так тебя зовут. — Корнелия сурово посмотрела на мальчика.
Тот зарычал, и шерсть у него на загривке встала дыбом.
— По-моему, ему не нравится это имя, — заметила Ирма. — Давайте по-прежнему будем звать его Ану.
— До поры до времени, — согласилась Корнелия. — Пока не узнаем, кто он на самом деле.
— Ну что, в путь? — спросила Вилл, высоко подняв Сердце Кондракара.
— Подожди минутку, — попросила Ирма, направляясь к Ану. Тот стоял в сторонке, не сводя с девочек огромных грустных глаз.
Ирма взяла руки мальчика в свои и пристально поглядела на него.
— Мы тебе поможем. Я чувствую, в тебе таится что-то прекрасное…
Он встретился с ней взглядом. В его желтых глазах блестели слезы.
— Ты ведь ничего от меня не скрываешь? Правда? — спросила она.
Мальчик опустил ресницы и склонил голову. Чародейка разжала руки, обернулась к подругам.
— Он сбит с толку и растерян, — сказала она. — Надеюсь, мое решение не навлечет на нас всех неприятностей…
— Нам не привыкать, — усмехнулась Тарани. — Такое происходит с нами не в первый раз.
— И уж точно не в последний, — добавила Хай Лин, растянув рот до ушей.
Ирма тоже выдавила смущенную и неловкую улыбку. Умом она понимала, что всё идет не так, как надо, но сердце подсказывало ей другое. "Если бы я слушалась голоса разума, я бы, наверное, не была Ирмой Лэр, простой хитерфилдской девчонкой, которая вечно влипает в истории, но никогда не сдается, — сказала она себе. — Такая уж моя натура. Видимо, я, как липучка для мух, притягиваю к себе не только странных мальчишек, но еще и проблемы…"
Просторный кондракарский зал исчез во вспышке света.
Глава 8
Арквара
Бледные тени и расплывчатые очертания медленно таяли. На их месте проявлялись сочные цвета, запахи и яркие фигуры. Девочек окружал полный свежей зелени пейзаж, сверкающий чистотой, отмытый ежедневными дождями. Среди листьев ни одного высохшего или пожелтевшего. Здешняя природа совсем не походила на хитерфилдскую.
— Как тут красиво! — воскликнула Хай Лин, вдохнув полной грудью и зажмурив глаза. — Воздух такой свежий! Ирма, Ану, вы узнаете эти места?
Ирма покосилась на мальчишку — тот чутко принюхивался.
— Не знаю, — пожала плечами водяная чародейка. — Мои сны были такими смутными… Но Ану, кажется, очутился дома и очень доволен… Это его мир, он родом отсюда.
Ирма улыбнулась, деля с Ану его радостные мысли.
Солнце висело высоко над горизонтом, и деревья вдоль дороги отбрасывали длинные тени.
— Тут всё такое… роскошно-сочное, — промолвила Корнелия и присела на корточки, заметив что-то на земле. — Какой причудливый цветок!
Она сорвала его. Цветок переливался всеми оттенками синего, сверкая на солнце и качаясь под дуновениями ветерка. Корнелия прикрыла глаза и понюхала лепестки, а потом вдруг разжала пальцы и отшатнулась.
Ану зарычал, а цветок на лету превратился в тысячу капелек воды, которые дождем посыпались на землю.
— Вы это видели?! — воскликнула Корнелия. — Это настоящее волшебство!
Девочки кивнули и с опаской огляделись по сторонам.
— Я чувствую, — сказала Ирма, — здесь присутствует водяная магия, но не такая, как у меня.
— Как та, что едва не утопила тебя в Хитерфилде? — спросила Хай Лин. — Вода и в то же время не вода, обладающая неведомой силой?
Ирма кивнула, испуганно озираясь.
— Тут повсюду волшебство: в цветах, в воздухе, везде. Повсюду эта странная магия воды!
— Мне тут не нравится, — прошептала Тарани, словно опасаясь, что кто-нибудь ее подслушает.
— Нам пора в путь, — напомнила девочкам Ирма. — Но не теряйте бдительности, нам стоит избегать всего, что связано с водой.
— А как это определить? — осведомилась Тарани.
— Для начала давайте отложим собирание цветов до возвращения в Хитерфилд! — насмешливо произнесла Ирма.
Ану потянул носом воздух и двинулся вперед по тропе.
— Там океан, — сказала Хай Лин. — Неужели вы не слышите плеск волн в голосе ветра?
— Нет! — дружно покачали головами чародейки. Хай Лин рассмеялась.
— Ирма, похоже, у твоего нового приятеля и у меня много общего: мы оба можем читать воздух как открытую книгу.
Ирма поглядела на Ану и улыбнулась. Приятно, что и Хай Лин нашла в нем что-то хорошее. Теперь не одна только водяная чародейка была на его стороне. Они прошли мимо розовых кустов, наполовину загородивших тропу. Ирма провела пальцами по лепесткам только что распустившегося цветка и почувствовала в нем легкий трепет близкой ей стихии.
— Там тоже вода, — сказала она, осторожно отведя ветку в сторону.
— Здесь небезопасно. — Корнелия старалась идти за подругами след в след.
— Что, испугалась? — хихикнула Ирма. Она прекрасно знала, что Корнелия боится плавать и ненавидит глубокие водоемы.
— Дело не в этом… — неуверенно ответила подруга.
— Если тебя это утешит, мне тут тоже не по себе, — сказала Ирма.
Корнелия удивленно покосилась на нее, а потом улыбнулась,
— Спасибо за поддержку. Как ни странно, мне от этого легче.
У Ирмы на душе потеплело. Корнелия редко разговаривала с ней таким доброжелательным тоном. Оказывается, успокаивать подруг гораздо приятнее, чем поднимать их на смех. Может, стоит делать это почаще?
Компания взобралась на холм, откуда открывался вид на луг, за которым начинался густой лес. Неожиданно Вилл оступилась и угодила ногой в лужу. Раздался такой же звук, как когда водишь пальцем по кромке хрустального бокала.
Звон дрожал и переливался, повиснув в воздухе чистой нотой.
— Прекрати это, Хай Лин! — велела Корнелия.
Чародейка взмахнула рукой, и звук затих. Однако девочки поняли, что уже слишком поздно.
Из пасти Ану исторглось глухое рычание, словно он всеми своими органами чувств уловил странное напряжение.
Он стоял, глядя прямо перед собой. Шерсть на загривке встала дыбом, из обнаженных розовых десен торчали острые белоснежные зубы.
— Если он собирается выкинуть какую-нибудь глупость… — начала было Корнелия, вскинув руки в магических пассах.
— Нет, не собирается, — убежденно заявила Ирма, останавливая подругу и загораживая Ану собой. — Он просто пытается поймать свои воспоминания. Он растерян и напуган. Я вижу в его мыслях высокого мужчину с какой-то палкой в форме змеи.
Ирма прищурилась, а потом внезапно широко распахнула глаза и поглядела на остальных.
— Всё, воспоминание улетучилось. Ану не сумел его удержать.
— С тобой всё в порядке? — обратилась Хай Лин к мальчику, протягивая ему руку.
Тот вдруг бросился на воздушную чародейку, и она отпрянула.
— Отлично! — сурово произнесла Ирма. — Только кто-то начнет тебе доверять, как ты пытаешься его укусить.
