Эта стройность помогла мне повысить собственную самооценку и полюбить себя уже обновленной. Единственное, что мне теперь не хватает, — это счастья в личной жизни. Но и оно будет! Я просто уверена, что оно обязательно будет. Не Хенк, так другой. Иностранцев на брачном рынке, как грязи. Главное — не ошибиться и вытянуть счастливый билет.
Глава 4
Как только мы подъехали к дому, я посмотрела на мрачное кладбище, слегка поежилась от неприятных ощущений и вошла внутрь. Хенк тут же открыл для себя бутылку пива и, обняв меня за плечи, нежно прошептал мне на ухо:
— Татьяна, а хочешь, я приготовлю тебе свое коронное голландское блюдо?
— Вообще-то я бы не отказалась чего-нибудь поесть, — честно призналась я и, достав пакет, в котором лежали один банан, персик, яблоко и груша, принялась есть банан.
— Тогда я сейчас приготовлю голландский (пивной) суп. Пальчики оближешь!
— Я не люблю пиво.
— А тебя никто и не заставляет. Ты попробуешь настоящий голландский (пивной) суп. Это тебе не какой-нибудь борщ. Это очень вкусная еда.
Спорить с Хенком было бессмысленно. Я сидела на кухне, закинув ногу на ногу, и слушала его комментарии по приготовлению супа.
— Для приготовления супа требуется два стакана светлого пива и один стакан красного сухого вина, — воодушевленно рассказывал он.
— Боже мой, мешать пиво с вином! Это же гадость. Получится какой-то непонятный пьяный суп.
— Ты просто не пробовала. Учись, если выйдешь за меня замуж, тебе пригодится.
Увидев, как Хенк выливает в кастрюлю пиво и вино, я заметно съежилась и в который раз подумала о том, что мне уже не хочется за него замуж. Надо подумать, как бы сказать ему об этом более деликатно. Только вот денег жалко за эту поездку. Деньги-то ведь я платила свои кровные. Теперь я понимаю тех девушек, которые, прежде чем ехать к иностранному жениху, просят оплатить их приезд и выслать заранее деньги. По крайней мере, если заморский принц не устраивает, то девушка ничего не теряет. Разве что терпит моральные издержки. Не понравился один — полетела за чужой счет к другому. Методом проб и ошибок подберется нужный вариант. А за свои деньги к женихам не наездишься. Если ошибешься, будет вдвойне неприятно: и на душе гадко, и деньги потрачены.
А все, что касается зависимости, так какая разница? Вот я приехала на свои деньги и точно так же зависима от Хенка, как если бы приехала не на свои. Приезжая в чужой дом и в чужую страну, ты по-любому попадаешь в зависимость. Проанализировав сложившуюся ситуацию, я пришла к выводу, что Хенк вряд ли бы выслал денег мне на билет. Скорее удавился бы, чем привез к себе понравившуюся невесту. По крайней мере, уж если мужчина оплатил твою поездку, то есть вероятность того, что он начнет на тебя тратиться и в дальнейшем.
— После того как пиво с вином закипело, — прервал мои размышления Хенк, — мы вливаем в него тонкой струйкой предварительно растертые яичные желтки, сахар и сливочное масло. А затем постоянно помешиваем. Почему ты не спрашиваешь, сколько нужно растереть желтков и масла? — сердито спросил меня Хенк.
— Зачем мне это нужно?
— Если ты выйдешь за меня замуж, тебе придется готовить этот суп.
— От такого супа можно и спиться.
Хенк не обратил внимания на мое замечание и как ни в чем не бывало продолжил:
— Запоминай. Четыре яичных желтка и одна чайная ложка сливочного масла.
Я представила, какая должна получиться мура, и поморщилась. Господи, как же мне захотелось домашнего борща или маминой ухи.
— А теперь подсушиваем в тостере кусок хлеба, натираем его на терке, смешиваем с половиной чайной ложки тертого мускатного ореха, добавляем в суп и едим его горячим.
Не знаю, может быть, с голоду, а может быть, и нет, но суп показался мне вполне сносным. Хенк налил мне даже бокал вина и произнес:
— Я счастлив, любимая, что мы вместе.
Я выпила бокал вина, съела пару ложек пивного супа, затем попросила Хенка налить мне еще бокал и почувствовала, что мне становится значительно легче. Горечь обид и разочарований остается где-то далеко от меня, а на душе становится спокойно. Хенк ушел в коридор и стал разговаривать с кем-то по телефону. Он поглядывал, как я допивала вино, слал мне воздушные поцелуи и улыбался.
…Я попыталась встать для того, чтобы подойти к нему ближе, обвить его шею и рассказать ему о том, как же я одинока, но поняла, что с трудом координирую свои движения. Я начала смутно осознавать, что от двух бокалов вина мне не может быть так плохо. Во всем виноват этот проклятый пивной суп! Никогда бы не додумалась кипятить пиво с вином и называть этот чертов отвар пивным супом.
— Хенк, мне плохо, — слабым голосом произнесла я и, облокотившись о стену, почувствовала, как все поплыло у меня перед глазами.
Я хотела сказать что-то еще, но ощутила, как же мне тяжело говорить. Язык предательски не хотел меня слушаться, губы онемели, во рту пересохло, а все мои конечности налились свинцом.
…В эту ночь мне снился какой-то эротический (вернее, даже порнографический) сон. Я видела во сне незнакомого мужчину, который довольно сильно и больно сжимал мою грудь. Он перевернул меня на живот, подтянул повыше за бедра и сунул свой палец в мой задний проход. Я вскрикнула от легкой боли и посмотрела на Хенка, который сидел рядом на стуле, курил, потягивал пиво и улыбался. Почувствовав, как вместо пальца в мой задний проход вошел твердый, чем-то смазанный член, я вскрикнула, попыталась вырваться, но незнакомец схватил меня за волосы и дернул за них с такой силой, что я взывыла от боли и обмякла.
…Иногда мне казалось, что это какой-то бесконечный и уж слишком утомительный сон. Мне уже снился другой, седоволосый, крайне неприятный, обрюзгший мужчина, который больно бил меня по ягодицам, называл русской проституткой и трахал меня, громко постанывая и пуская противные слюни. Мне казалось, что он не мог кончить целую вечность. Чем дольше он со мной мучился, тем чаще называл меня «спящей пассивной русской свиньей» и совал мне в рот свое тощее, обмякшее и до безобразия отвратное орудие.
А где-то неподалеку я видела довольное лицо Хенка, который по-прежнему сидел с бутылкой пива, курил сигаретку и непонятно чему радовался.
Следующих мужчин было сразу двое. Они были молоды, симпатичны и обращались со мной вежливее, чем предыдущие. Один вошел в меня сразу, а другой попытался ввести член в задний проход. Я вновь принялась сопротивляться, но в этот момент ко мне подбежал Хенк и, схватив меня за горло, нажал на него так, что я стала жадно ловить ртом воздух и издавать глухие стоны. Он говорил, что делает мне последнее предупреждение, что если я не буду хорошо принимать и обслуживать его гостей, то он просто меня задушит. Когда он наконец меня отпустил, я ощутила, что меня имеют сразу двое мужчин, содрогающихся в оргазме.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
