бы то ни было, но наш отец — великий лорд. Он умеет играть по правилам и без.
— Ты поможешь нам найти одну девушку. — я ставлю первое условие. Уверен, что Имис хотел озвучить именно это. Да и второе условие, кажется, я тоже знаю.
— Всего одну? — хмыкает отец.
Но я не ведусь на провокацию.
— Пока да.
— И ты не станешь настаивать на моём браке. — озвучивает второе условие Имис.
Отец смотрит куда-то поверх его головы, недовольно щурит глаза. Наконец, цедит:
— Я подумаю.
— Тогда мы подождём. Мы не торопимся.
Похоже, Имис не настроен отстаивать свои права на территории отца. Экран погас. Отец сам разорвал связь.
— Как он сможет помочь нам? — я пялился в обзорный иллюминатор на зависший перед нами военный борт.
— Думаю, мы с тобой не знаем всех его возможностей. Нас он вычислил. Теперь, когда мы будем разговаривать с Тринадцатой, нам надо просить не координаты, а описание системы, в которой она живёт. Количество планет, центральную звезду, расстояние от планеты до звезды… Ну, ты понимаешь.
Я понимал.
— Имис, мы можем не успеть. Я хочу её спасти. Я хочу её себе.
— Не только ты. — буркнул брат. — Поэтому, нам нужен отец. Нам придётся вернуться и просить его помощи.
Отец снова вышел на связь.
— С первым условием я согласен. Со вторым… Имис, для начала я хочу, чтобы ты познакомился поближе с невестой. Потом поговорим.
Но Имис тоже умел торговаться.
— Познакомиться поближе я не против, но статуса невесты у неё не будет.
Отец довольно цокнул языком. Ему нравились игры.
— Договорились. Жду вас. — и он отключился.
Имис вздохнул.
— Нам всё равно нужен ремонт… — и он снова вызвал диспетчера орбитальной станции Тэя-341.
Глава 12
Мы с братом сидим в кабинете отца. С почётным эскортом нас доставили на дальнюю орбиту планеты Альмесат. Это сердце Альянса и самая красивая планета, что мы с братом, когда-либо видели. Её сверкающая жемчужно-молочная атмосфера с прожилками голубого неона… Это прекрасно. Даже мы, устоявшиеся циники, готовы это признать.
С дальней орбиты, под прицелами линкоров, мы пошли на снижение. А с космодрома нас под вооружённой охраной, словно самых опасных преступников галактики Ваира, доставили в резиденцию отца. Сейчас он сидит перед нами с грозным видом, щурит опасные глаза и готовится обозвать нас последними словами. Надо сказать, что за время нашего взросления он уже использовал весь запас бранных слов — от почти ласковых до слишком грубых.
Молчание стало слишком тягостным, и первым не выдержал Имис.
— Как ты нас вычислил?
Отец довольно хмыкнул и презрительно скривил губы:
— Ты, ведь, считаешь себя слишком умным, Имис. Так почему же ты до сих пор не понял, как я вас вычислил.
— Почему «не понял»? Хотелось услышать подтверждение. — брат попытался сесть расслабленно и закинуть ногу на ногу, но вышло как-то… в общем, не так, как он хотел.
— Ну повесели меня, расскажи.
— Ты же не зря пялился в иллюминатор во время сеанса связи. Ты понял, что мы двигаемся в облаке обломков. А дальше дело техники. С твоими-то связями… — зависть прозвучала в голосе Имиса. — Вы определили, где кочует облако. И вот результат.
Отец хмыкнул.
— Хоть один чего-то стоит…
А вот это обидно.
— Попрошу! — влез я в их диалог.
Отец перевёл взгляд на меня.
— И чего же ты просишь?
— А можно нам сока мирании, желательно настоящего, и поспать? — я хлопал ресницами, доводя отца до приступа бешенства. Что ж, каждый развлекается по-своему.
Глаза отца стали ещё уже, превратившись в щелочки.
— Тебе нравится играть в шута или быть шутом? Могу устроить! Вы оба достали меня!
— Ты сделаешь это до того, как расскажешь, зачем мы тебе, или после? — я не собирался сдаваться.
Отец шумно спускает воздух.
— Если б вы оба родились чуть менее умными, мне было бы легче.
— Не факт. — фыркнули Имис. — Но, гены — вещь страшная. Так что у тебя за дело?
Ожидаемо, под отца копали, но в этот раз его конкретно придавили чем-то весьма мерзким.
— И что же это?
— А вот это не ваше дело. Вы пойдёте, куда я скажу, и просто уничтожите сейф, в котором, как я думаю, держат доказательства. — отрубил отец, всем видом показывая, что не намерен перед нами отчитываться.
— О, как! Ты достоин восхищения, отец. — теперь Имис сощурил глаза. — Почему мы? У тебя не осталось спецов по зачисткам?
Отец ещё раз выдохнул. Что-то он сдал…
— Вы — лучшие, а дело слишком деликатное. Я хочу, чтобы вы сделали это для меня.
— Как на счёт нашей… — я подавился словом, но всё же добавил. — просьбы.
Отец нехорошо усмехнулся.
— А вашу просьбу я рассмотрю, когда вы поможете мне.
— Ну нет. — Имис поднялся, следом за ним — я. — Это не деловой разговор отец. Если у тебя всё, мы пошли.
— Сели оба! — отец стукнул по столу, заставляя подпрыгнуть все предметы.
Мы и не подумали выполнять приказ.
— Видишь ли, отец, — начал я аккуратно, — от того, как быстро ты захочешь нам помочь, зависит жизнь одной… особы. Эта жизнь нам дорога, и пока мы просто хотели бы знать, где она находится.
— Кто это?
— Женщина. — ответил Имис, и отец поднял брови:
— Чья?
— Наша.
Вдруг отец рассмеялся.
— Ты хочешь сказать, одна на двоих? Ваша, значит. — он захлёбывался смехом. — То есть, вас поимела одна?! Сразу двоих?..
— Уходим, Имис. — бросил я, уже развернувшись.
Отец, с каким-то азартом наблюдал за нами. Каждый раз, когда мы уходим от отца, он меняет охранные системы. Вот и сейчас он не отдал приказ, и мне пришлось потратить секунд десять на то, чтобы через чип подключиться к дополнительной системе охраны резиденции, взломав пароли и коды доступов. Дверь с тихим шелестом начала открываться, когда отец смилостивился.
— Ладно, стоп. — отец и в этот раз стойко принял поражение. — Вернитесь. Я готов вас выслушать.
Мы переглянулись с братом. Если бы мы были уверены, что справимся без него… Но отчаяние Тринадцатой иногда поднималось в моих воспоминаниях, и тогда по позвоночнику пробегал холодок. Мне хотелось обнять её и не выпускать из рук. Так хотелось закрыть от всех опасностей и бед, впиться в губы, зарыться руками в волосы. «..меня убьют…» Всё, я решительно повернулся и вернулся в кресло.
Отец больше не шутил.
— Рассказывайте всё, что знаете.
И тут мы вдруг поняли, а ничего-то мы и не знаем. Мы можем описать её тело, волосы, голос и даже размер груди… И больше ничего.
— И как вы хотите, чтобы я её
