Шлях» затерян где-то по дороге от Запорожья до Мелитополя; то есть между самой задницей мира и ещё большей. Раньше здесь была степь; теперь двухэтажные поля, чтобы вырастить как можно больше всего. Если голоден – вероятность отравиться здесь на порядок ниже, чем в соседних кафе-барах. Но после обеда: единственное желание, которое возникает у тебя – убраться отсюда как можно дальше и скорее.
Я шел с Машей по шоссе. Мимо нас проносились автомобили. До Мелитополя оставалось минут двадцать на машине. Кажется, я шокировал её тем, что отправились мы не в Грецию и не в Рим; не в Нью-Йорк или хотя бы Пекин. А в Мелитополь. Но я решил, что это будет неплохой разминкой перед тем, как мы вместе отправимся в Москву. Что правда, сейчас думать и мечтать о столице Западной Российской республики – более, чем просто глупо. Нам нужно думать, как прибавить бы шагу, чтобы добраться до черты Мелитополя хотя бы до ночи.
– Скажи, мы ведь с тобой всё равно ни о чём не говорим, – внезапно начал я, – ты правда не поверила ни одному моему слову?
– И ты мне скажи: тебе нужно, чтобы я верила или чтобы слушала?
– И то, и то – я бы принял с благодарностью. Но больше всего мне нужно, чтобы ты меня понимала, – я вовремя заметил, что мой голос чуть не сорвался на крик и вовремя его приглушил, – больше – мне ничего не нужно.
– Чего ты вообще пристал ко мне – завёл меня чёрт знает куда?! Если бы я не знала, что ты безобиден как мышка – то давно от страха убила бы здесь. А ты ещё и решил, что я должна тебя понимать.
– Это историю я рассказываю не в первый раз.
В пяти сантиметрах от моего плеча пронеслась машина, чуть не сбив меня с ног потоком ветра.
– Я делаю это всё, потому что собираюсь уйти – далеко; мне всё больше и больше кажется, что мой жизненный путь вот-вот оборвётся.
– Найми себе психоаналитика – тебе это в две копейки обойдётся. При чём здесь я?!
– Ты нужна мне.
– Зачем?
На этот вопрос я не нашел ответа. Может быть, я действительно просто теряю время.
Но Маша, внезапно, решила меня успокоить:
– Ты взял меня в это путешествие для того, чтобы рассказать свою историю. А я – согласилась слушать. Половину ты уже рассказал.
– Нет, это даже не начало – так, только вступление.
– Ладно, неважно. Ты ведь взял меня, чтобы вместе скакать галопом по городам, верно?
– Можно сказать и так.
– И читать мне свои истории?
– Да.
– Так давай просто продолжим ехать. Ты будешь говорить, а я буду слушать. И не будем больше ссориться – как и договаривались. Идёт?
– Да. Я только об этом и мечтаю. Но не знаю, – слова, которые я подготовил для ответа, внезапно рассыпались и я никак не мог собрать их воедино, – мне кажется, я начинаю забывать собственную жизнь. О некоторых моментах я умалчиваю; другие – наоборот – не знаю почему, додумываю. Боюсь, я не смогу сразу вернуться к истории обо мне и Гелионе. Все эти годы – она лежала в далёком чулане моей памяти. Я не прикасался к ней. А сейчас, вынув её наружу, я обнаружил, что она вся в пыли. У меня в голове мечутся столько мыслей. Вся эта длинная история, которую я собираюсь тебе рассказать – на самом деле, она состоит из нескольких историй из разных времён, когда я жил и выживал. Я бы соврал тебе, если бы сказал, что все события в этом рассказе происходили в чёткой закономерности – друг за другом. К моим годам любому становится ясно, что представлять себе время в виде прямой линии – неправильно и глупо. Время – это спираль; и в ней легко заблудиться. Мне было бы легче, если ты позволишь мне отложить историю о Гелионе и его убийстве на потом. Я ещё успею её рассказать. А пока, мне хотелось бы оставить её незаконченной и приступить к следующему этапу моей жизни – идёт?
– Мне бы ещё тебя понимать – эх, много же ты от меня требуешь. Ну ладно, тебе решать – твоя ведь история. Я уже поняла, что ты не успеешь мне её рассказать полностью до того, как мы дойдём до Мелитополя.
– Это невозможно. Я могу рассказывать её без остановок – но тогда у тебя всё в голове всё тоже превратиться в кашу – поэтому, лучше не торопиться.
– Вот и отлично. Вижу, ты изменился в лучшую сторону после нашей последней встречи. Так что, с тобой вполне можно провести время. К счастью, у нас его более чем достаточно.
– Если твой парень-официант не против.
– Муж-официант. С какой это стати тебя стало интересовать его мнение?! И да, не думаю, что он против, раз в награду он получит пару чемоданов с деньгами.
– Ты бы согласилась разделить со своим мужем-официантом вечность?
– Я бы ни с кем не согласилась её провести. Бесконечность – штука исключительно личная. Раз твоя история про бессмертие, то ты тем более должен это знать.
– О да.
Нам навстречу, со скоростью не меньше ста километров, ехаламашина. Внезапно она остановилась на обочине в пяти шагах от нас. Из неё вышел водитель и спросил:
– Это вы заказывали такси?
Маша повернула голову в мою сторону.
– А что?! – удивился я, – ты ведь не думала, что я заставлю тебя ночью тащиться пешком до Мелитополя?! Садись в машину – нас ждёт лучший отель города.
– И зачем всё это?
– Чтобы было.
– Лучший в твоём понимании – это тот, в котором тараканы не набрасываются на людей, а просто мирно проползают мирно?
– Если нам повезёт, в нашем номере вообще не будет насекомых.
– Это уж вряд ли.
Мы сели в машину. На удивление быстро, она доставила нас куда надо. Мы заселились в номер и только завидев кровать, Маша сразу упала на неё, притворившись мёртвой. Я же долго не мог уснуть – глядеть в потолок часами стало для меня привычным занятием. Я вышел на балкон подышать свежим воздухом. В небе необъяснимо ярко горели звёзды.
Я думал о своей истории. Наверное, единственный способ бороться с воспоминаниями – это рассказывать их снова и снова – пока они полностью не утратят весь свой смысл и не приобретут новый. Эти я и займусь завтра. А пока, стоит ненадолго забыть, где я нахожусь. Не в городе, а во вселенной – где же
