как обычному человеку бояться сосульки, которая может упасть на голову. А вот архимаг — рядом, в одном королевстве. Гораздо ближе, чем надо.
Вывеска магазина Стальных Алхимиков виднелась издалека: на кованой вывеске сверкала на тусклом зимнем солнце ступка и брусок металла.
Я дошёл до входа, постучал носками ботинок в дверной косяк, стряхивая снег с обуви, и потянул на себя массивную дверь.
Внутри натоплено — сочно трещит камин, плюется искрами. Посреди зала стоят друг напротив друга обтянутые кожей диваны, между ними — стеклянный столик: показатель статуса, как диваны, вывеска, стойки из красного дерева, стоящие вдоль стен. Я скользнул взглядом по стойкам, но ничего нового не увидел: те же самые зелья, толченые травы, порошки, используемые в ковке металлов, зельеварные инструменты и прочее, что и вчера, и неделю назад находилось здесь.
Стоящий за прилавком хозяин лавки — благообразный седой дедушка с собранными в пучок волосами, изучал лежащую на прилавке книгу и щёлкал семечки. Кивнув мне, старичок произнёс долгожданное:
— Простите, молодой человек, ваш товар ещё не прибыл. Сожалею. Попробуйте прийти завтра.
После чего сплюнул шелуху в кулак и уставился в книгу, совершенно не обращая внимания на меня.
— Это в каком смысле? — я оглядел лавку, прикидывая, что здесь такого можно разбить, чтобы меня начали воспринимать не за мебель, а за человека, за клиента, оплатившего заказ.
— Снегопад, — рассеянно отозвался старикан, не отвлекаясь от книги. — Сожалею.
— Когда я отдавал деньги, мы с вами заключили договор, и одна копия с вашей печатью и подписью лежит у меня дома. Там, насколько я помню, не было разговора о снегопадах. В перечень причин, допустимых для опоздания заказа, входила смерть курьера, стихийное бедствие и еще какие-то мелочи, на снегопад совершенно непохожие.
Знаменуя конец фразы, раздался звон разбившегося флакона — зелье очищения сосудов растеклось по полу. Осколки захрустели под моей подошвой, я медленно направился к следующей стойке.
Старик наконец захлопнул и отложил книгу:
— Чего вы от меня хотите?! Вы думаете, я достану вам заказ из-под прилавка? Ваш вандализм совершенно точно не принесет вам товары!
— Красивый столик, — кивнул я на стеклянное произведение искусства. — Дорого стоил?
— Не советую. Неустойка за ваш заказ покрывает стоимость разбитого зелья, но точно не покроет вам стоимость этого стола, — мрачно уронил старик.
— Да бросьте, — отмахнулся я и потащил из ножен меч. Посох в городе я не таскал — слишком приметная вещь. — Вряд ли это произведение искусства стоит дороже десятка — другого коров, а в переводе на черныши, уверен, выйдет смешная сумма. Надо будет — доплачу, так уж и быть.
Когда я взял меч за лезвие и примерился, собираясь разнести рукоятью стекло, старик пошел на попятную.
— Предлагаю вам успокоиться, — выставил перед собой руки продавец. — Я действительно не могу заставить курьера прийти раньше, поймите! Вы донесли до меня свою точку зрения, и, надеюсь, осознали мою. Спокойно разойтись со своими мнениями — единственное верное решение, ведь мы всё равно не выйдем во двор и не подеремся.
— Очень жаль, — процедил я. — Это было бы великолепным продолжением сегодняшнего дня.
Поколебавшись, резким движением загнал меч в ножны.
— Давай мою неустойку, старик.
Продавец побуравил меня взглядом, но достал мешочек и отсчитал оттуда пять стартов. В сравнении с суммой заказа — крохи.
— А скажите, к какой магической школе вы принадлежите? — не удержал свой ехидный нрав старик, когда я сграбастал с прилавка монеты и пошел к двери. — Случайно не к той, что запрещена на территории королевства?
— А скажите, умелы ли вы в магических поединках? — в тон спросил я. — Насколько я помню, возраст не освобождает от… проблем этого рода.
Под моим взглядом старик побледнел. Я дождался, пока он откроет рот, и перебил:
— Предлагаю вам не выеживаться и завтра отдать заказ, а я не устрою с вами дуэль. Такое решение проблемы приведет к обоюдному неудовольствию и одинаково нас не устроит. Насколько я помню, это называется компромисс.
Похоже, поиски Иллюра закончатся вместе с прибытием моего заказа. Отбиваться от вражеских практиков посреди столицы не хочу: мне бы посидеть вдали от драк и накопить силу.
Глава 4
К серому зданию местной типографии пришлось топтать тропинку самостоятельно. Видимо, сюда слишком редко ходят, и клиентов сегодня нет. Впрочем, сама типография работает: входная дверь не закрыта на замок, а над печной трубой поднимается дым.
Я потянул ручку на себя, и тяжелая дверь, с набитым поверх дверного полотна старым покрывалом, отворилась.
На входе меня не встречали, хотя я почему-то ожидал увидеть стойку, за которой будет стоять улыбчивая девочка, которая сразу осведомится, чего мне угодно. Но нет — чтобы встретить хоть кого-нибудь, пришлось пройтись по длинному коридору, мимо трех одиноко висящих тулупов.
Уже в мастерской я наткнулся на здешнего работника. Посреди большого помещения — не меньше сотни квадратных метров — стоит книгопечатный станок из множества рамок, удерживающих сотни зеркально отраженных железных букв, из которых набраны предложения. Некоторые рамки сейчас опущены, прижаты к бумажным листам. В углу, у печи, сохнут аккуратно разложенные бумажные листы. Возле станка копошится широкий мужичок в замызганном чернилами переднике.
Я шаркнул по полу ногой, и мужик крупно вздрогнул.
— Чего хотели, уважаемый господин? — без всякого уважения в голосе буркнул работник, буравя меня глазенками. А сам неторопливо накрыл станок тканью прежде, чем я успел рассмотреть, что за текста набраны в железных рамках.
— Хочу узнать, можно ли заказать у вас книги.
— Нельзя! Пока нельзя. Заказов куча, и ближе, чем через месяц, мы новых не возьмем. Кстати, как вы вообще вошли? Дверь была заперта на крючок.
Возможно, и была — я мог не почувствовать, как вытащил вбитый в стену крючок. Когда обладаешь силой шести взрослых мужиков, сложно разобраться, дверь туга, или просто заперта.
— А есть, что скрывать? — поинтересовался я, осматриваясь вокруг. — Не вижу здесь ни бутылок, ни женщины, которую ты прячешь от хозяина типографии.
— Я и есть хозяин, как вы выразились. А заперся я, так как процессу необходим контроль, уважаемый господин: ежесекундный контроль, от которого вы меня отвлекаете. Поэтому я прошу вас уйти.
Принять меня за кого-то из залетных аристократишек легко: перекроенный под мою фигуру шикарный тулуп, лисья шапка и украшенные серебряной нитью сапоги говорили — да что
