— Чувствую, — тихо говорит Джейкоб, смотрит на меня и снова вздыхает. — Хорошо, я помогу тебе, но только на своих условиях. Не обижайся, но ты слишком пьяна, чтобы выстраивать умный план, не нарушая закона.
— Я вовсе не пьяна! — Огрызаюсь я.
— Да, что ты? Сколько пальцев ты видишь перед своими глазами? — Джейкоб решил испытать меня, отчего я закатываю глаза.
— А сколько пальцев у меня на руках? — Спрашиваю я его в ответ. Джейкоб фыркает.
— Однозначно, детский сад.
— Спасибо. — Я улыбаюсь во все тридцать два зуба и смотрю в окно. — Ой, остановитесь… мы уже приехали!
4 Новогодняя ночь продолжается
Я вываливаюсь, почти падая, из такси на тротуар, сильные руки Джейкоба подхватывают меня в последнюю минуту.
— Ты все же не хочешь сознаться мне, что пьяна? — бормочет он. Я пытаюсь игнорировать то, насколько отлично его тело чувствуется рядом со мной, пристально глядя на него.
— А ты попробуй ходить прямо на трехдюймовых каблуках.
Он ухмыляется.
— Попробую, но может быть в выходные.
Я смеюсь на его замечание, ничего не могу с этим поделать. Несмотря на все его раздражающие колкости и осуждающие взгляды, он вполне себе забавный. Дерзкий, сексуальный, пьяный и смешной. Часть меня задается вопросом, не следует ли мне всего-навсего махнуть рукой на весь этот сценарий мести, пригласить Джейкоба к себе домой и огласить наступивший Новый год потрясающим оргазмом. Но я все же вспоминаю, насколько унизительно порвал со мной Тодд, словно стряхнул пыль со своих ботинок, отчего моя решимость только крепнет.
Сначала месть, потом оргазм.
— Хорошо, — говорю я вслух, глядя на здание. — Черт возьми, это очень красивый дом.
— Однозначно, со швейцаром, — соглашается Джейкоб. — Классический довоенный вариант. Твой бывший уж слишком богат или как?
— Никак, — с горечью отвечаю я. — Я помогала ему оплачивать учебу в юридической школе, работая в две смены и питаясь одним «Рамен», а теперь он живет со швейцарами и может заказывать себе суши.
— Суши — полный отстой, — говорит Джейкоб. — Мне нравятся суши, но то, что я пробовал здесь, ты в основном ешь не понятно что.
Я хихикаю.
— Понятно. — Я иду ко входу, но он тянет меня назад.
— Подожди, а что, если он дома?
Я отрицательно качаю головой.
— Он уехал на корпоративную вечеринку фирмы. Открытый бар на яхте на Гудзоне. Я думала, что мы поедем вместе. Как ты думаешь, почему я купила эти туфли?
— Если тебя это утешит, то это очень сексуальные туфли. — Джейкоб смотрит на мои ноги. — Очень извращенно сексуальные.
Это, действительно, утешает. Я, открывая дверь и шагая по мраморному вестибюлю, слегка покачиваю бедрами, неся перед собой образ всех крутых и роковых женщин, которых когда-либо видела. Я — Мэрилин в «Семь лет желания». Рита Хейворт в «Гильде», и я… («Зуд седьмого года» (англ. The Seven Year Itch) — американская кинокомедия 1955 года режиссёра Билли Уайлдера. (Иногда переводится как «Семь лет желания», «Семилетний зуд»). Экранизация пьесы Джорджа Аксельрода. Фильм содержит знаменитый эпизод, когда поток воздуха из решётки вентиляционной системы Нью-Йоркского метро раздувает юбку белого плиссированного платья главной героини. Главной музыкальной темой фильма стал второй концерт Сергея Рахманинова, начало которого неоднократно звучит в фильме.
«Ги́льда» (англ. Gilda) — фильм-нуар, снятый в жанре любовной мелодрамы в США в 1946 году режиссёром Чарльзом Видором. Один из нашумевших кинофильмов «золотой эпохи» Голливуда, в котором Рита Хейворт, знаменитая кинозвезда 1940-х годов, исполнила свою коронную роль. В 2013 году фильм вошёл в Национальный реестр фильмов Соединённых Штатов Америки. — прим. пер.)
— Простите. — Голос швейцара останавливает меня на полпути. — Какой этаж вам нужен?
Я поворачиваюсь, мой мозг начинает лихорадочно работать. Черт, что же мне ответить?
Но прежде чем я успеваю выпалить свое дерьмовое оправдание, Джейкоб мягко произносит:
— О, привет, бро. Мы к Тодду в триста шестнадцатую? Или уже семнадцатую? Я не знаю, бро, я был так пьян в последний раз, когда мы прибыли сюда, ты же знаешь, как это бывает, да, бро?
Я моргаю. Мне кажется или Джейкоб в данный момент изображает обкуренного Киану?
— Как бы то ни было, мы останемся на ночь. Тодд сказал, что все в порядке, и… о, подожди, неужели он забыл оставить ключи, да?
Швейцар заглядывает в папку.
— Здесь об этом не упоминается.
— Черт возьми, а ты можешь нас все же впустить? — Джейкоб подходит ближе. — Моя леди уже готова улечься на боковую, если ты понимаешь, что я имею в виду.
— Мне просто необходимо позвонить мистеру Портману…
— Он сейчас находится вне зоны досягаемости, я пытался. — Джейкоб достает из бумажника двадцатку и протягивает мне. — Поможешь бро?
Парень делает паузу, потом пожимает плечами.
— Черт возьми, я всего лишь здесь временно. — Он достает из ящика стола несколько ключей и бросает их Джейкобу. — Мне необходимо вернуть их до утра, иначе мой босс меня убьет, — предупреждает он.
— Понял, бро.
Джейкоб подходит ко мне и заталкивает меня в лифт.
— Да прибудет мир с тобой, бро! — кричит он, когда двери закрываются.
— Срань господня! — Кричу я. — Это было потрясающе.
— Спасибо, премного благодарен. — Ухмыляется Джейкоб.
— Я не совсем понимала то, что ты говоришь, бро.
— Это универсальный язык мужчин. — Двери открываются, и мы выходим. Я всматриваюсь в номера квартир, найдя квартиру Тодда. Джейкоб открывает дверь, и мы заходим внутрь.
— Как. Мать. Твою.
Ахаю я, видя перед собой немыслимое. Квартира Тодда примерно в пять раз больше той обувной коробки, в которой мы жили с ним в Вильямсбурге. Джейкоб присвистывает, оглядываясь по сторонам.
— У твоего бывшего парня есть вкус, надо отдать ему должное.
— Я ничего не понимаю, — оглядываюсь вокруг. — Это совсем не имеет никакого отношения к Тодду. — Декор убер-современный, с большим количеством неудобной мебели, на мой взгляд, которая выглядела бы более по-домашнему в психиатрической больнице или камере пыток. Но стена из сплошных окон в гостиной с лихвой компенсировала это убожество, обрамляя все мерцающими огнями города.
Но вдруг крошечный косматый серо-белый ши-тцу летит к нам, оскалив зубы, словно одна из адских гончих, вонзая свои острые, как бритва, зубы в мою туфлю.
— Что за черт! — Кричу я, стряхивая с ноги собаку.
— Ого, ты ничего не говорила о собаке! — Джейкоб придвигается поближе.
— А я и не знала, что у него есть собака! — Я наклоняюсь, осматривая лодыжку, убеждаясь, что он не оставил следов. Собака начинает пятиться назад, рыча, прижав уши к своей крошечной демонической голове. — Что же нам теперь делать?
— Полегче, — говорит Джейкоб, подходя и протягивая руку, чтобы Куджо понюхал ее. — Лежать, мальчик. («Куджо» (англ. Cujo) — фильм ужасов 1983 года режиссёра Льюса Тига, снятый по одноимённому произведению Стивена Кинга. Куджо — кличка сенбернара, принадлежащего семье Кэмберов, живущей в городке Касл-Рок.)
Внезапно, будто у собаки расстройство личности, его глаза светлеют, и он начинает яростно трахать ногу Джейкоба, закатив в экстазе глаза.
Разве можно испытывать ревность к маленькой психованной собачке? По крайней мере, сегодня кому-то повезет. Наконец Джейкоб стряхивает с себя псину, которая не моргая, свирепыми собачьими глазами смотрит на нас, а потом несется вглубь квартиры, и его лапы стучат по милям деревянного пола медового цвета.
