Читаем без скачивания Мир коллекционера - О. Рачков

… Работники московской студии хроникально–документальных фильмов, снимавшие фильм о В. И. Ленине, задумались над вставшей перед ними небольшой, но трудноразрешимой проблемой: по сценарию на столе стоял подсвечник, а рядом должна была лежать коробка папирос. Хотя и с превеликим трудом, но все же реквизиторы разыскали старинный подсвечник, а вот где найти коробку папирос тех лет? И какой, собственно, должна быть эта коробка, каков рисунок на ней? Положить современный коробок папирос нельзя. Одна фальшивая деталь — и сразу же пропадет ощущение естественности обстановки тех лет. И тогда киноработники обратились за помощью в общество коллекционеров, к собирателям спичечных этикеток — филлуменистам. Вскоре нужная спичечная коробка, выпущенная в двадцатых годах, была в распоряжении киностудии.

Понадобилась той же киностудии папиросная коробка под названием «Сэр». Где ее найти? Конечно, у тех же коллекционеров.

Разумеется, такие исторические справки могут давать далеко не все коллекционеры, а лишь те из них, которых интересует не только предмет собирательства сам по себе, а и вопросы, возникающие при этом: где, когда, что?

Один работник искусства, показывая знакомому коллекционеру этикеток английский журнал, сказал с удивлением:

— А я и не знал, что князь Юрий Долгорукий был внуком английского короля Гарольда Саксонского…

— Ничего подобного, — возразил на это коллекционер.

— Вы не верите? Так вот вам журнал, нате, читайте.

— О нет, это далеко не так, — улыбнулся филлуменист, быстро пробежав заметку. — Здесь явная ошибка.

— Журнал ошибся?

— Конечно. Видите ли в чем дело. Отец Юрия Долгорукого был женат три раза. Первая его жена — Гида действительно дочь английского короля Гарольда. А Юрий Долгорукий — сын от второй жены, Христины, дочери шведского короля Инга.

Этот небольшой исторический экскурс показывает, что, собирая яркие этикетки от спичечных коробков, коллекционер не ограничивался лишь их расклейкой на страницах альбома, а частенько заглядывал в различные справочники, энциклопедические словари, а порой и… в летописи.

В предисловии к своему замечательному роману «Князь Серебряный» Алексей Константинович Толстой уверял, что «чем вольнее он обращался с второстепенными историческими происшествиями, тем строже он старался соблюдать истину и точность в описании характеров и всего, что касается до народного быта и до археологии».

Быть может, это и так, но вот одну явную ошибку писатель все же допустил. Если вы помните, в романе несколько раз идет речь о пригоршнях золотых монет. «Истома! — сказал опричник одному холопу. — Подай сюда кошель с морозовскими червонцами. На тебе горсть золотых! Коль уймешь руду, еще горсть дам…»

Посоветуйся Алексей Константинович с нумизматом — и золотые монеты превратились бы в серебряные. Никак не могло быть в ту пору у боярина столько золотых монет. Тогда в ходу на Руси были, главным образом, серебряные деньги.

В исторических произведениях, посвященных Руси времен царствования Ивана Грозного, порой упоминаются серебряные рубли. Помнится, в одном из них описывается, как новенький, отчеканенный из серебра рубль покатился по столу и упал на пол. Прочитав это место, нумизмат обязательно сказал бы писателю: «Что ж ты, приятель, тово, загибаешь, никак рубль не мог ни покатиться, ни упасть. Ведь при Иване IV рубля как монеты еще не существовало, рубль был еще только условной счетной единицей. Так–то, товарищ сочинитель…»

К семье нумизматов относятся в какой–то степени и те, кто собирает различные значки. Кстати сказать, таких вот «значкистов» в наше время немало. И у некоторых из них такие обширные коллекции, что при желании можно было бы обвешать значками с ног до головы не один десяток человек. Шестидесятилетний венгерский коммунист Ф. Кароль собрал восемь тысяч значков. И каких значков! Его коллекции могут позавидовать нумизматические отделы многих музеев. У Ф. Кароля есть прямо уникальные значки. Среди них — «За восьмичасовый рабочий день», «Мы требуем всеобщего избирательного права», выпущенные более ста лет назад, значки Парижской коммуны, первой русской революции, Венгерской Народной Республики, участников гражданской войны в Испании.

И эти энтузиасты — «значкисты» тоже могут быть весьма полезными. С ними, ей–ей, не мешало бы консультироваться, например, художникам, режиссерам-постановщикам кинофильмов. В некоторых кинокартинах, посвященных событиям гражданской войны, на головных уборах красноармейцев можно было увидеть звезды с серпом и молотом. Это явная историческая неточность, анахронизм, то есть неправильное внесение в изображение эпохи черт, ей не свойственных. Такая звезда появилась только в 1924 году, а до этого на головных уборах красноармейцев изображалась звезда с молотом и плугом…

Архитектор Арий Александрович Усачев — владелец, пожалуй, самой крупной в нашей стране коллекции флагов и гербов разных стран мира. Она насчитывает свыше тысячи репродукций и рисунков, включая в себя как государственные флаги и гербы, так и морские флаги.

— Собирать я флаги начал много лет назад, когда работал над архитектурным оформлением судов пассажирского и торгового флота, — рассказывает владелец этой необычной коллекции. — Естественно, что в то время меня больше интересовали морские флаги. За последние годы многие народы освободились от колониального ига, создали самостоятельные государства и обрели свои национальные флаги. Я стремлюсь иметь в своей коллекции все новые гербы и флаги. Вот сейчас «охочусь» за флагами Руанды и Суринама…

И невольно у тебя, читатель, возникнет ставший уже традиционным вопрос: ну а стоит ли заниматься поисками и собиранием каких–то флагов и гербов. Кому это, спрашивается, нужно?

Оказывается, стоит и нужно. В одном историческом романе рассказывается о том, что новгородские ушкуйники, идя в бой с вражескими кораблями, поднимали над своими ладьями флаг Великого Новгорода. А каким он был, этот флаг? До этого сейчас и доискиваются коллекционеры.

Загадкой пока является для них и то, какой флаг поднимал над балтийской флотилией Ивана Грозного его адмирал скандинавский корсар Кестен Родэ, какой флаг развевался на первом русском корабле, построенном при царе Алексее Михайловиче. О последнем, как свидетельствуют изыскания коллекционеров, можно только предполагать, что он был аналогичен войсковым знаменам: голубой крест на белом и красном фоне с красной же каймой. Подобный рисунок имеется на одной из ранних петровских медалей, а о расцветке можно судить по ведомости на постройку корабля, в которой упоминается материал для знамени именно этих цветов.

По сути дела, человек, пытающийся разгадать эту историческую загадку, ведет настоящее исследование. И оно необходимо, ибо каждая вновь открытая деталь, каждый штрих дают нам возможность лучше, зримее представить прошлое, правильно его воссоздать. И тут неоценимую помощь призваны оказывать коллекционеры, знания которых помогают избежать исторических несуразностей. Об этом убедительно рассказывается в статье «Внимание: ошибка!», помещенной в восьмом номере журнала «Знание — сила» за 1965 год. Вот лишь два наглядных примера, позаимствованных нами из этой богатой фактическим материалом статьи.

… Во многих хрестоматиях, предназначенных для школьников, можно встретить репродукцию с картины Сурикова «Покорение Сибири», публикуемую из педагогических соображений для показа эпохи. Но историческая ценность картины сводится на нет одной ошибкой: на картине казаки Ермака стреляют из кремневых ружей, изобретенных лишь спустя сто лет после изображенного события. В то время у них могли быть только ружья с фитильным запалом.

Способ стрельбы из такого ружья можно увидеть в фильме «Минин и Пожарский». Стрелок лихо закручивает ус, раздувает фитиль, прицеливается и производит выстрел. Но в фильме правдиво отображен только этот эпизод. Постановщики его, видимо, забыли, что и фитильное ружье нужно заряжать, а это была довольно длительная процедура. В кинокартине же бойцы палят безо всякого перерыва.

В качестве школьного познавательного материала рекомендуется картина Кардовского «Бал в Москве в 20–х годах». Но здесь целый винегрет ошибок. Из биографии А. С. Пушкина известно, что он приехал в Москву в конце 1826 года, а поэт Веневитинов в том же году уехал. Следовательно, только в этом году они могли встретиться в Москве. Значит, бал, изображенный на картине, происходил в 1926 году. Но здесь же изображен другой поэт — Батюшков — таким, каким он мог выглядеть в 1815 году, когда его портрет рисовал Орест Кипренский. А Чаадаев предстает перед нами мужчиной солидного возраста, тогда как на самом деле… В общем, всех несуразностей не перечислишь…

В 1966 году редакция передач «С добрым утром» Всесоюзного радио проводила конкурс на юмористический рассказ, который должен был обязательно начинаться словами «Однажды в студеную зимнюю пору» и кончаться фразой «Да, горячий выдался денек». Вот этими фразами мы хотели бы начать и кончить рассказ о том, как однажды в центральный музей Казахстана пришел один известный алма–атинский коллекционер, собиратель старинных монет, значков и других предметов, и что из этого получилось.