Читаем без скачивания Конкурс рассказа СССР-2061 Том6 - СССР 2061

— Да, конечно. Позвольте, я буду краток. Начну с того, что четыре дня назад вы врезались в Землю со скоростью около километра в секунду. Само собой, успев изрядно затормозить об атмосферу.

— Что? — Леонид даже привстал в койке, но тут же откинулся обратно – все тело слишком болело, чтобы он мог двигаться. — Разве это возможно?

— Как видите.

— Простите, но я вам не верю. Я половину жизни прослужил в ВВС СССР и знаю, что от удара на такой скорости не спасет никакая техника. Да что там – никакая техника даже не способна разогнаться до таких скоростей!

— Да? И это говорит человек, который летал на сверхсветовой скорости?

— Действительно. Но выжить! После столкновения на такой скорости! Невозможно.

— Вероятно, вы правы. Но у меня нет причин вам врать. После вашего приземления в арктических льдах остался кратер диаметром около 2 километров. Мы вытаскивали вас с глубины 700 метров. Льды до сих пор продолжают таять. Мы делаем все возможное, чтобы предотвратить катастрофические последствия вашего прибытия.

— Надеюсь, вы меня не обвиняете в том, что произошло?

— Ни в коем случае. Вашей вины в случившемся нет. Более того, вас объявят героем Советского Союза. Ведь вы единственный, кто вернулся из дальнего космоса.

— Единственный? А… был кто-то еще?

— Вы не помните? Ваш экипаж состоял из шести человек.

Леонид с ужасом смотрел на генерала и не мог поверить своим ушам. Конечно, это было глупо, но он был уверен, что являлся единственным членом экипажа корабля.

— Я не помню никого из них. Очевидно, все они относятся к той части памяти, что я потерял.

— Ну вот и не будем понапрасну напрягать ваш мозг. Когда вспомните, тогда вспомните. Давайте все-таки вернемся в то время, когда вы только собирались лететь в космос. Кто руководил проектом? Где и как вы проходили подготовку? Хоть что-нибудь, Леонид, это крайне важно!

Леонид вздохнул и снова попытался сосредоточиться. У него совершенно не получалось. Генерал терпеливо ждал, наблюдая за Леонидом. Тот был абсолютно седым в свои 33 года. Ничего удивительного, после таких насыщенных шести лет. Пожалуй, для него они длились дольше, чем 80 лет, минувших на Земле. «Все дело в сверхсветовом перемещении, — поясняли генералу только вчера. — Время в этом случае течет совершенно иначе. Летишь день, а прилетаешь через месяц. Это грубая аналогия, но суть такова. Честно говоря, генерал, никто не представляет, как это работает на самом деле. То, что сверхсветовое перемещение возможно – уже шок для нас, а уж то, что оно было открыто еще в прошлом веке… Фантастика!» Леонид вдруг встрепенулся, очень четко вспомнив кое-что очень важно.

— Генерал, при всем моем уважении, мне нужно связаться со своим руководством прежде чем рассказывать что-либо.

— Что? Леонид, очнитесь. Сегодня 2061 год! Ваши руководители давно на пенсии, а скорее всего просто умерли от старости.

— Я понимаю, прошло 80 лет. Все совершенно верно. Я точно помню, делались расчеты. Я… То есть мы должны были вернуться именно в 2061 году, спустя 80 лет после старта. И у меня есть четкие указания для данного случая. Я военный человек, как и вы. Вы же понимаете, я не могу не выполнить приказ. Как скоро меня выпишут?

Генерал нахмурился. Ему все это очень не нравилось. В то же время он понимал, что не имеет права срываться на Леонида, чего-либо от него требовать. Это не только усложнит процедуру сбора информации, но и будет просто не по-человечески по отношению к нему.

И еще генерал не знал, чего стоил Леониду последний вопрос. Гость из прошлого ждал, что его запрут в каких-нибудь застенках и будут ставить опыты, делать бесконечные анализы, задавать миллиарды вопросов, а возможно просто залезут прямо в его мозг и воспоминания… В общем, он представлял себе такие кошмары, всерьез помыслить о которых не мог ни один адекватный гражданин Нового Союза. Поэтому слова и спокойный тон генерала немного успокоили Леонида.

— Через несколько дней. Думаю, до праздника.

— Праздника?

— Ну конечно. А, вы же не знаете. Сегодня 8 апреля. Через четыре дня будет ровно сто лет как Гагарин полетел в космос.

— Вот как! Ну надо же! Не думал, что подгадаю с возвращением прямо к такой знаменательной дате, — Леонид слабо улыбнулся. — Что ж, в таком случае, думаю, нам стоит отложить разговор до того времени, как я со всем здесь разберусь. Вы поддержите меня в этом? Генерал только руками развел. Мол, что мне остается?

— Только должен вас предупредить. За эти годы все изменилось. Вполне возможно, вы не найдете того, что ищете.

— Я все понимаю. Но это же не повод не попробовать, верно?

Генерал Слепцов кивнул и поднялся с кресла рядом с постелью, на которой лежал Леонид.

— Да, вы правы. Кстати, чуть не забыл. Вот здесь, в тумбочке, ваши личные вещи, которые мы нашли в капсуле. Документы, увы, недействительны. Но, думаю, с этим мы разберемся. Главное, вы поправляйтесь!

— Спасибо.

11 апреля 2061 года, Москва.

— Ну что скажете, Леонид?

Что он мог сказать? Он испытывал смешанные чувства. Это не та Москва, которую он знал и любил. Конечно, он прекрасно понимал перед полетом, что за 80 лет все изменится, что это больше не будет его город. И хорошо, если он в него вообще когда-либо вернется. Но одно дело понимать, другое – видеть и чувствовать…

Генерал Слепцов его молчание трактовал как восхищение. Он стукнул водителя аэромобиля по плечу и попросил подняться повыше.

— Это вообще-то запрещено, — пояснил он Леониду, гордый тем, что может поделиться с ним небольшим запретным плодом. — Нужно соблюдать установленную высоту полета. Но я думаю, ничего страшного не случится, если мы пять минут попарим в вышине. Вася, сделай метров 800, не больше.

— Есть, генерал, — отозвался водитель и повторно потянул рычаги на себя. Самые высокие здания остались далеко внизу, перехватило дыхание. Леонид все молчал. Едва заметные знакомые ему черты теперь совсем стерлись.

— Давайте вернемся на нормальную высоту, — в конце концов попросил он. В этот момент в салоне вдруг раздался чужой голос.

— Говорит Сержант Игнатенко. Вы превысили высоту! Немедленно спускайтесь! Штраф за нарушение составляет 500 рублей.

Генерал сказал водителю снижаться и потянулся к приборной панели машины. Нажав несколько кнопок, он взял оттуда рацию. Леонид с удивлением обнаружил, что она функционирует без всяких проводов. «Летающие машины, беспроводные приборы… Неплохое будущее», — думал он.

— Это генерал Слепцов. Сержант, ты уж не ругайся на нас, ладно? Тут совершенно особая ситуация. Больше нарушать порядок не будем, обещаю. И штраф, конечно, оплатим.

— Виноват, товарищ генерал. Не беспокойтесь, штраф уже снят.

— Ну уж нет. Сказал – делай. Ты прав, порядок есть порядок.

— Так точно.

Генерал Слепцов вернул рацию на место. К этому моменту они снова летели в 10 метрах над асфальтом в общем потоке машин.

— Не мой это город, — сказал наконец Леонид. — Извините, генерал, но вы отдадите деньги просто так. Я знал и любил другую Москву, и с высоты она кажется еще более чужой и далекой.

— Понимаю. Но вы же знали, на что идете, Леонид? Почему вы вообще выбрали дальний космос?

— Боюсь, вы будете смеяться, генерал.

— Я серьезен как никогда.

— Это мечта моего детства. С самого апреля 61-го, когда Гагарин в космос полетел. Я маленький был совсем, но уже тогда знал, что мое место тоже там, среди звезд. Годы и годы я тренировался, пока, наконец, в 79-м не был назначен в четвертую основную экспедицию на станцию «Салют-6». Полететь должен был в 80-м. Самый молодой космонавт в истории.

— Полетели?

— Нет, конечно. Если не ошибаюсь, в тот экипаж вошли Попов и Рюмин. Меня назначили на совершенно другой проект.

— Дальний космос? — понял генерал.

— Он самый.

— Расскажете?

— Мы же уже это обсудили, Валентин Игоревич. Давайте все по порядку.

Генерал невольно сжал зубы и отвернулся. Он чуть не разговорил Леонида! Ладно, черт с ним, пусть выполняет свой приказ. Как раз они уже прилетели в то место, которое назвал Леонид.

— Серьезно? «Сталинка» на Красных воротах?

Но генерал тут же осекся. Конечно, ведь здание было признано исторической ценностью. Его не то что трогать, на него дышать нужно было с осторожностью. Организовали внутри какие-то небольшие музеи, включая Лермонтовский, исторические квартиры, еще бог знает что. Леонид уверенно шел ко входу. Это была частичка его родной Москвы. Ее он помнил и чувствовал хорошо.

Массивные двери легко распахнулись. Вестибюль они миновали быстрым шагом и нырнули в одну из неприметных дверей с табличкой «Не входить». Кажется, их кто-то окликнул, но они уже шли лабиринтом старых коридоров и запертых дверей. Леонид шел так, словно вырос в этом здании. На самом деле он просто считывал по памяти (которая все еще до конца не восстановилась) схему, которую целый месяц зубрил перед полетом.