class="p1">Я скрестила пальцы на коленях, молясь, чтобы мы не наткнулись ни на какое дорожное преграждение. Печальная судьба заключалась в том, что я действительно с нетерпением ждала нашего прибытия на аванпост, просто чтобы убраться с этой жуткой дороги.
Но поскольку у нас было несколько часов, я сделала глубокий вдох, заставляя себя расслабиться, пока считала до ста. Это начало помогать, мои нервы успокаивались с каждой цифрой, но, когда я дошла до тридцати четырех, я увидела пару желтых глаз, выглядывающих вдалеке из-за дерева.
Был ли это волк? Или медведь гризли? Может быть, пума, поджидающая, чтобы наброситься на наш грузовик, когда мы будем проезжать мимо? Все мое тело застыло, когда глаза исчезли. Я лихорадочно искала признаки присутствия других животных, скрытых за завесой темноты. Раскачивающиеся кусты заставляли меня подпрыгивать при каждом движении.
О боже, я ненавижу это. Каждая клеточка моего существа ненавидела это. Мое сердце бешено колотилось, а руки так сильно сжимали бедра, что завтра у меня будут синяки.
— Это был всего лишь олень, — сказал Бо, чувствуя, что я на грани приступа паники. — Мы, вероятно, увидим их кучу по пути. Они ведут ночной образ жизни, еноты и совы тоже, но все они совершенно безвредны.
— А как насчет тех, у кого большие зубы и острые когти? Не такие уж безобидные?
— Они и близко не подойдут к этому грузовику.
— Ты уверен?
Он усмехнулся.
— Я уверен. Со мной ты в безопасности, Сабрина.
Это заявление, прозвучавшее его успокаивающим голосом, развеяло некоторые опасения.
— Ты поговоришь со мной пока мы едем? Я здесь не в своей тарелке и, как ты, наверное, можешь сказать, чертовски волнуюсь.
Он снова рассмеялся, и его теплый тон успокоил мое бешеное сердцебиение.
— О чем ты хочешь поговорить?
Прежде чем я успела ответить, Бун пересел со стороны Бо на мою, положив голову мне на колени. Я замерла, не зная, что делать, пока он не посмотрел на меня нежными глазами. Расслабив хмурый взгляд, я нерешительно положила одну руку ему на шею. Окей. Не страшно. И, по крайней мере, от него не воняло. Инстинктивно мои пальцы погладили его мягкую шерсть. Было довольно приятно погладить собаку, но я все равно помыла бы руки при первой же возможности.
— Как долго ты живешь в Прескотте? — Может быть, задавание вопросов поможет занять мой разум.
— Всю свою жизнь, — сказал он. — Я уехал в колледж, но сразу после окончания вернулся.
— Чем ты занимаешься?
— Я руковожу офисом лесной службы США и поисково-спасательной командой округа Джеймисон.
Во всем этом не было ничего удивительного. Если бы мне пришлось гадать о его карьере, я бы выбрала занятие на свежем воздухе. Деревенский аромат сосны наполнил кабину грузовика, и исходил он не от этих маленьких освежителей воздуха в виде рождественской елки.
Это все был Бо.
Как ни странно, это было привлекательно. Час назад я бы сказала, что соленый океанский бриз был моим любимым натуральным ароматом. Теперь это было спорно.
Некоторое время мы сидели тихо, я нежно гладила Буна, украдкой поглядывая на Бо.
Его крупное телосложение хорошо вписывалось в его огромный зеленый грузовик. Меня поглотило большое сиденье, но я сомневалась, что Бо смог бы удобно разместиться на чем-нибудь другом. Его квадратные и угловатые руки делали руль похожим на детскую игрушку, занимая три четверти всего его диаметра. Я пыталась отогнать свои неуместные мысли, но все, что я могла представить, были эти большие руки на моих изгибах.
Я всегда усердно работала, чтобы поддерживать свою подтянутую фигуру, но мое предпочтение пицце и пиву означало, что на моих бедрах и животе всегда было немного лишнего. Я подумала, что это чертовски сексуально, когда мужская рука бродит по этим участкам и исследует мои более мягкие места. Мысль о гигантских мозолистых руках Бо, обхватывающих и сминающих мою задницу, вызвала тупую пульсацию у меня между ног.
Что со мной было не так? Как я могла фантазировать о сексе в такое время? Я весь вечер сходила с ума из-за Бо.
Может быть, это был способ моего разума сохранить здравомыслие. Секс всегда был моим бегством от реальности, единственной вещью, которую я никогда не воспринимала слишком серьезно. Сегодня вечером я бы сделала перерыв. Завтра я бы вычеркнула секс из списка мыслей.
— Ты выросла в Сиэтле? — спросил Бо, возвращая мои мысли в безопасную зону.
— Нет, я из Флориды. Я переехала в Сиэтл сразу после окончания средней школы.
— Вы с Фелисити познакомились в колледже?
Я ухмыльнулась.
— Вроде того. Мы обе ходили в одну школу, но познакомились не там. Мы с ней обе были в коротком списке претендентов на желанную квартиру недалеко от кампуса. Домовладелец был настоящим придурком. Я пыталась подкупить его выпечкой и подарочными картами. Оказывается, Фелисити делала то же самое, а этот засранец просто водил нас за нос. Когда мы собрали все кусочки воедино, мы нашли квартиру с двумя спальнями, которой управлял кто-то, кто не воспользовался двумя наивными молодыми женщинами.
Фелисити была моей соседкой по комнате и лучшей подругой почти десять лет. Она съехала только после того, как мы утвердились в нашей карьере. Она переехала в шикарный кондоминиум в центре города, в то время как я осталась в обветшалой квартире, которую мы делили. Но когда я унаследовала немного денег от бабушки, я разорилась и использовала их, чтобы снять квартиру в трех кварталах от Фелисити.
Она была скорее семьей, чем другом.
Фелисити была единственным человеком, которого я впустила в свою жизнь со времен старшей школы. Она была такой сильной и уверенной в себе. Она никогда не позволяла мне оттолкнуть себя, даже когда я пыталась. Это заняло некоторое время, но я поняла, что мне не нужно бояться, что наша с ней дружба закончится. Она была вовлечена в это на всю жизнь.
Когда Фелисити переехала в Монтану, мне нужно было чем-то заполнить пустоту ее отсутствия, отдохнуть от одиночества. Вероятно, это была одна из причин, по которой я так погрузилась в историю с Фёдоровыми.
Но Бо не нужно было знать ничего из этого.
— У тебя есть еще родственники в Прескотте, кроме сестры? — Мне казалось, что лучше задавать вопросы Бо, чем отвечать на его. Репортеру во мне всегда было удобнее собирать информацию, чем раскрывать ее.
— Да. Почти вся моя семья. Я монтанец в четвертом поколении. Мои родители все еще живут в доме моего детства. Мой младший брат Майкл живет в двух кварталах от меня. Родители моей мамы живут в одном
