ДУХ МОРСКОГО ЛЕТЧИКА ИМПЕРАТОРСКОГО ФЛОТА
Кисама то оре то ва Ты и я До-ки но Сакура Цветы сакуры одного года Онадзи Йокарен но В одном саду Йокарен Нива ни Саку Мы расцвели Это первые строки До-ки но Сакура («Цветов сакуры одного года»), популярной песни, которую пели тысячи летчиков нижних чинов Императорской морской авиации в годы Второй мировой войны.
Эти слова отражают чувство братства, возникшего в годы совместной учебы и сражений между старшинами и матросами программы Хико Йока Ренсю Сей (учеников летного резерва), или Йокарен, а также лучшие проявления мыслей и поступков, характерных для японцев. В чрезвычайно структурированном обществе, в котором каждый может быть господином для человека, стоящего ниже его, но при этом сам является слугой стоящего выше, «братство сакуры» возникало только среди курсантов одного призыва — узкой прослойки, отделенной от курсантов предыдущего и последующего наборов. Это было чисто японское явление.
Курсанты морской авиации при инспекционной проверке. Капоковые жилеты были «фирменным знаком» летчиков морской авиации Японии в годы Второй мировой войны. (Эдвард М. Йонг)
И по сей день японцы отличаются от других народов четким ощущением принадлежности к своему школьному классу или к иерархической группе в фирме, в которой работают. У престарелых ветеранов Императорской морской авиации воспоминания о службе в Китае или на Тихом океане касались по большей части сослуживцев, относившихся к тому же году набора и той же учебной программе, к которым принадлежали и они сами. Значительно меньшее место занимали воспоминания о боевой части, к которой они оказались приписаны после выпуска из училища или о корабле, на который они попали.
Цветок сакуры — метафора цветущей юности: прекрасной, но короткой, предназначенной исчезнуть под дуновением ветра войны, предназначенной угаснуть во имя императора. Это и воспоминание о самом Императорском военно-морском флоте, в котором цветок вишни, сакуры, служил знаком различия чина, в противоположность пятиконечной звездочке Императорской армии.
Как и у многих японских песен, слова этой, в отличие от бодрых военных песен западных армий, горьки и фаталистичны. Но некоторая сентиментальность присуща воинам всех возрастов и наций: их порождает невысказанное чувство единства людей, которые вместе учились, вместе ели, вместе дрались, и которые в конце концов были готовы отдать свои жизни друг за друга.
ОБМУНДИРОВАНИЕ И ВНЕШНИЙ ВИД
На протяжении большей части истории Императорской морской авиации ее личный состав ничем, за исключением знаков различия авиаторов, не отличался от других моряков. Курсанты Йокарен носили такие же рубахи с открытым воротом и бескозырки, как матросы Императорского флота, тогда как старшины и мичманы надевали положенные им по рангу кители со стоячим воротником и пятью пуговицами и фуражки. Офицеры также носили флотскую униформу. Единственное серьезное исключение было сделано в ноябре 1942 г., когда приняли решение переодеть Йокарен в опрятный китель со стоячим воротником, застегивающийся на семь пуговиц, который полагалось носить с фуражкой. Эта новая униформа появилась весной 1943 г. С того времени кители с семью пуговицами стали отличительной чертой Йокарен.
Летное обмундирование у всего летного состава морской авиации было одинаковым вне зависимости от звания. Оно включало неразъемный комбинезон, сшитый из коричневого габардина, с большим нагрудным карманом слева, а также карманами на обоих бедрах. Зимой обычно пристегивали воротник, отделанный кроличьим мехом. Летом надевали летный костюм, состоявший из брюк и застегивающейся спереди куртки. Среди многих летчиков был популярен шелковый шарф, обычно белый, но иногда встречались шарфы и других цветов. В качестве головного убора использовался кожаный шлем, зимой — подбитый мехом. Одеяние завершали кожаные летные перчатки и короткие кожаные сапоги с резиновыми подошвами.
Экипажи бомбардировщиков японской морской авиации должны были сами загружать бомбы в свои самолеты. На снимке: член экипажа «Рикко» несет 60-кг бомбу. (Эдвард М. Йонг)
Под этот костюм морские летчики, как и все их собратья по службе на флоте независимо от звания, надевали набедренные повязки — специфический предмет одежды, элегантный в своей простоте. В отличие от подштанников, повязка представляла собой простой лоскут хлопчатобумажной ткани с завязками на одном конце. Ткань накладывали на поясницу сзади, завязки проводили вокруг поясницы и завязывали спереди: теперь они служили своего рода поясом, к которому спереди крепился сам лоскут, пропущенный между бедер и прикрывавший «причинное место».
Еще одна особенность внешнего вида летчиков морской авиации заслуживает специального упоминания. Все военнослужащие Императорских вооруженных сил, от последнего рядового до генерала или адмирала самого высокого ранга, должны были коротко стричь волосы. Единственным исключением были летчики морской авиации. У курсантов и рядовых головы были стрижены, но получение старшинского звания означало и право отращивать волосы для дополнительного утепления. Офицеры летной службы могли отпускать волосы в зависимости от вкуса. Отличия в прическе резко отличали морских пилотов от летчиков Императорской армии, которые всегда коротко стригли волосы независимо от звания.
Более тяжелое бомбовое оружие, как эти 250-кг бомбы, подвозили на тележках. (Эдвард М. Йонг)
1
2
3
4
«ПЕРВЫЙ ШАНХАЙСКИЙ ИНЦИДЕНТ»
22 февраля 1932 г., в период короткого трехмесячного японо-китайского конфликта, известного как «Первый шанхайский инцидент», японская морская авиация одержала свою первую воздушную победу. Самолеты с авианосца «Кага», три палубных истребителя Тип 3 Mk2 (A 1N2), сопровождая такое же количество палубных торпедоносцев Тип 13 МкЗ (ЗМТ2/В1МЗ), временно базировавшихся в Шанхае, над Сучоу предприняли попытку сбить одинокий китайский истребитель «Боинг 218», пилотировавшийся американским пилотом-добровольцем Робертом М. Шортом. Торпедоносцы вел лейтенант Сусуми Котани, находившийся на месте наблюдателя в среднем кресле ведущего Тип 13. Истребители Тип 3 вел лейтенант Ногидзи Икута, его ведомыми были летный старшина 3-й статьи Тосио Куроива (номер 2) и летный матрос 1-го класса Казуо Такео (номер 3).
1. Торпедоносец Тип 13 в 1000 метрах впереди справа первым обнаружил «Боинг», поднимающийся к ним с высоты примерно 300метров. Торпедоносцы находились на высоте около 900 м, а истребители позади них и выше, на высоте около 1500 м.
2. Торпедоносцы сократили разрыв между собой и повернули влево, чтобы обеспечить более плотный огонь своих кормовых 7,7-мм пулеметов в случае приближения машины Шорта. Тем временем Такео, 3-й номер сотой истребителей лейтенанта Икуты, ушел вниз и вправо, чтобы перехватить «Боинг». Такео открыл огонь с дистанции в 200 м, но не попал.
3. В это время Шорт с дистанции 500 м открыл огонь по торпедоносцам, вышел выше них, сделал мертвую петлю и сделал заход снизу и сзади для атаки. В последующей воздушной перестрелке был убит лейтенант Котани, а стрелок-радист Сасаки, летный матрос 1-го класса, получил ранение. Котани был первым летчиком морской авиации Японии, погибшим в бою.
4. Шорт продолжал боевое сближение до дистанции 20 м, затем прошел не более чем в 10 м под самолетом Котани и резко взял вправо. Здесь его достали лейтенант Икута, атаковавший сверху-сзади, и старшина Куроива, ведший атаку снизу. Оба японских истребителя открыли огонь с дистанции от 100 до 200 м. Удачной оказалась, по-видимому, стрельба Икуты. Он увидел, что Шорта тряхнуло вперед в кабине самолета, и разглядел след вытекающего из пробоин топлива позади его машины. В следующий момент «Боинг» перешел в вертикальное пике, загорелся и, вращаясь вправо, устремился к земле.
Как позже отмечал сам Икута, примененная его звеном истребителей тактика полностью соответствовала той, которую лейтенант Ешио Камеи изучал в Великобритании и о которой он рассказывал своим коллегам по службе в морской авиации после возвращения в 1929 г. в Японию. Эта первая официально зафиксированная воздушная победа японских летчиков, достигнутая в плотном V-образном строю совместно действующих самолетов, была классической иллюстрацией британского влияния, которое испытывала Императорская морская авиация на первых этапах своего развития.
1
2
«ХИНЕРИ-КОМИ» И ВОЗДУШНЫЙ СТРОЙ ИМПЕРАТОРСКОЙ МОРСКОЙ АВИАЦИИ ЯПОНИИ
