– Никаких проблем… если только вы не будете ронять их на пол, когда магазин открыт.
– Я постараюсь не грохотать. – Джед внимательно взглянул на картину. Такая же дерзкая, как костюм ее владелицы… и как сногсшибательный аромат ее духов. – Знаете, вы поставили картину вверх ногами.
Дора весело улыбнулась. Она действительно поставила картину, как на аукционе.
– Я тоже так думаю. Я собираюсь повесить ее наоборот. – Она подошла к дивану и перевернула картину.
Джед прищурился и согласился:
– Теперь правильно. Все равно безобразно, но правильно.
– Восприятие искусства так же индивидуально, как само искусство.
– Как скажете. Спасибо за кофе.
– Пожалуйста. О, Скиммерхорн.
Джед остановился и оглянулся через плечо. Легкое нетерпение, мелькнувшее в его глазах, заинтриговало Дору больше, чем дружелюбная улыбка, если бы он улыбнулся, конечно.
– Если захотите освежить свою квартиру, спуститесь в магазин. В «Салоне Доры» для каждого что-нибудь найдется.
– Мне ничего не нужно. Спасибо за кофе.
Когда захлопнулась дверь соседней квартиры, Дора все еще улыбалась.
– Ошибаешься, Скиммерхорн, – прошептала она. – Всем что-нибудь нужно.
Ди Карло не так представлял себе это утро и уж точно не думал, что придется томиться ожиданием в пыльном офисе под завывания «Бич бойз». Ему нужны были ответы, и немедленно.
Вернее, ответы нужны были Эдмунду Финли еще вчера. Ди Карло нервно ослабил узел галстука. Пока он ничего не выяснил, но выяснит обязательно. Телефонный звонок из Лос-Анджелеса не оставил никаких сомнений: найди товар в двадцать четыре часа или тебя ждет расплата.
Ди Карло не собирался выяснять, что подразумевалось под расплатой.
Он поднял глаза и увидел, как минутная стрелка на большом белом циферблате настенных часов перескочила с 9.04 на 9.05. Осталось меньше пятнадцати часов. Его ладони вспотели.
За широкой стеклянной панелью с нарисованным по трафарету пухлым Сантой и его трудолюбивыми гномами виднелось более дюжины служащих, деловито копошившихся в посылках.
Когда к стеклянной двери подошел толстый заведующий с очень неудачной накладкой из искусственных волос на плеши, Ди Карло презрительно улыбнулся.
– Мистер Ди Карло, простите, что заставил вас ждать. – Пухлое лицо Билла Таркингтона расплылось в усталой улыбке. – Как вы понимаете, у нас жуткая запарка. Хотя не могу жаловаться. Нет, сэр, никаких жалоб. Бизнес процветает.
– Мистер Таркингтон, – не скрывая ярости, прошипел Ди Карло, – я не могу попусту тратить время.
– А кто может в это время года? – Все с той же усталой и любезной улыбкой Таркингтон проковылял мимо письменного стола к кофеварке. – Присаживайтесь. Позволите предложить вам кофе?
– Нет. Мистер Таркингтон, произошла ошибка. Ошибка, которую необходимо исправить немедленно.
– Ну, посмотрим, что можно сделать. Вы можете объяснить в деталях?
– Посылка, которую я отправил Эйбелу Уайнсэпу в Лос-Анджелес, оказалась не той, что прибыла в Лос-Анджелес. Это для вас достаточно детально?
Таркингтон выпятил пухлую нижнюю губу.
– Действительно, странно. Вы принесли вашу копию товарной накладной?
– Конечно. – Ди Карло вынул из нагрудного кармана пиджака сложенный листок бумаги.
– Давайте-ка посмотрим. – Пухлые, похожие на сосиски пальцы с удивительной ловкостью забегали по клавиатуре компьютера. – Так-так. – Таркингтон нажал еще на несколько клавиш. – Ее должны были отправить семнадцатого декабря… Да-да, вот она. Отправлена вовремя. Должна была прибыть вчера, самое позднее сегодня.
Ди Карло нервно пригладил волнистые черные волосы. Идиоты. Кругом одни идиоты.
– Посылка прибыла. Но это не та посылка.
– Вы хотите сказать, что посылка, прибывшая в Лос-Анджелес, была адресована в другое место?
– Нет. Я говорю, что содержимое посылки совсем другое.
– Очень странно. – Таркингтон отхлебнул кофе. – Она была упакована здесь? О, подождите, подождите, я припоминаю. – Он взмахнул рукой, не давая Ди Карло ответить. – Мы предоставили ящик и все упаковали под вашим наблюдением. Так каким же образом содержимое могло измениться?
– Именно это я и спрашиваю, – прошипел Ди Карло, хлопнув кулаком по столу.
– Ну-ну, давайте успокоимся. – Таркингтон еще пару раз нажал на клавиши. – Посылка отправлена из третьей секции. Посмотрим, кто в тот день работал на конвейере. Вот мы и нашли. Похоже, Опал. – Он лучезарно улыбнулся Ди Карло. – Хорошая работница, Опал. И милая женщина. Правда, в последнее время ей досталось.
– Меня не интересует ее личная жизнь. Я хочу поговорить с ней.
Таркингтон склонился над столом и щелкнул выключателем.
– Опал Джонсон, пожалуйста, зайдите в кабинет мистера Таркингтона. – Толстяк выключил громкую связь и похлопал по накладке, убеждаясь, что она на месте. – Вы уверены, что не хотите кофе? Может, пончик? – Он открыл картонную коробку. – Отличные пончики сегодня. С малиновым джемом. И большие.
При виде высокой, очень смуглой женщины, идущей через пакгауз, Ди Карло сжал кулаки. Она была в тесных джинсах и ярко-зеленом джемпере. Волосы стянуты в кудрявый конский хвост. Вокруг припухшего левого глаза желтизна, след старого синяка.
Женщина открыла дверь и просунула голову. Кабинет сразу же наполнился шумом транспортеров и царившей в пакгаузе нервозностью.
– Мистер Таркингтон, вы меня вызывали?
– Да, Опал. Зайди на минуточку. Хочешь кофе?
– Конечно, спасибо. – Закрывая дверь, Опал мельком взглянула на посетителя, прокручивая в голове все возможные варианты.
Ее собираются уволить. Ее увольняют немедленно, потому что на прошлой неделе, после того, как Куртис в очередной раз избил ее, она не выполнила норму. Посетитель – один из владельцев компании – явился сообщить ей об этом. Дрожащими пальцами Опал вытянула из поясной сумочки сигарету и закурила.
– Опал, у нас тут небольшая проблема.
Ей показалось, что горло забито мокрым песком.
– Я вас слушаю, сэр.
– Это мистер Ди Карло. На прошлой неделе он отправил посылку с твоего конвейера.
Опал в панике поперхнулась дымом.
– На прошлой неделе мы отправили множество посылок, мистер Таркингтон.
– Да, но, когда эта посылка прибыла, содержание ее было совсем другим.
Таркингтон вздохнул.
Опал потупилась. Сердце ее бешено колотилось.
– Я спутала адрес?
– Нет, адрес был правильным, но то, что внутри, – совсем не то. И поскольку мистер Ди Карло сам наблюдал за упаковкой, мы не знаем, что и думать. Может, ты что-нибудь вспомнишь?
Опал казалось, что ее тело охвачено пожаром, жгло везде: в животе, вокруг сердца, за ушами. Ночной кошмар, преследовавший ее почти целую неделю, превратился в реальность.
– Простите, мистер Таркингтон, – с трудом выдавила она. – Сложно вспомнить одну определенную посылку. О прошлой неделе я помню лишь, что работала три двойные смены и еле доползала до дома.
Она лжет, решил Ди Карло. Он видел это в ее взгляде, в ее позе. И она тянет время.
– Ну, попытаться стоит. Если что-нибудь вспомнишь, дай мне знать. Хорошо?
– Да, сэр, я постараюсь. – Опал раздавила сигарету в гнутой металлической пепельнице и вылетела из кабинета.
– Мы незамедлительно начнем поиски вашей посылки, мистер Ди Карло. Не зря компания называется «Премиум». Наша премия – удовольствие клиентов. «Из наших рук в ваши руки, с улыбкой», – процитировал Таркингтон девиз фирмы.
– Хорошо, – сказал Ди Карло. Таркингтон его больше не интересовал, хотя он с удовольствием размолотил бы кулаками это пухлое брюхо. – И если вы дорожите таким клиентом, как «Э. Ф. инкорпорейтед», то быстро разрешите эту проблему.
Ди Карло вышел в шумный пакгауз. Опал затаив дыхание следила за его приближением.
– Когда у вас обеденный перерыв?
От удивления Опал чуть не выронила из рук коробку с кухонной посудой.
– В половине двенадцатого.
– Встретимся на улице, у парадного входа.
