я смотрю.
— А то!
— И что скажешь обо всём этом? О корабле, команде?
— А? Ну, мне норм. Кэп мужик правильный, добычу не зажимает, всё по чесноку.
— Давно мы плаваем?
— Да уж почти с пол месяца как вышли из порта на Кергелене. Но там попроще. Самая опасная часть маршрута сейчас. Хорошо, что ты не совсем съехал с катушек. Значит, однажды память начнёт возвращаться в норму.
Переодевшись, я хотел было отправиться наверх, к капитану, но услышал шум из каюты по пути. Зашёл внутрь и ощутил запах пота и немытых тел.
— О, Артур! — радостно приветствовал меня Рейн. — Хвала Сехмет, ты в порядке! Я переживал за тебя, дружище!
Пожалуй, с ним перемена была самой контрастной. От прежней серьёзности и мрачности не осталось и следа. Как и от печати вины и скорби на лице, которая не сходила у него вообще никогда.
В моей, возможно ложной памяти, он большую часть времени пилил себя за ошибки. Сейчас же это был весёлый компанейский парень, мало подходящий на того себя. Хотя… если подумать, то в самом начале пути на Стене, до всех воспоминаний, он именно таким и был. Простым добрым парнем, на которого всегда можно положиться.
— Да… только пришёл в себя, — кивнул я.
Помимо него здесь была ещё Белая, Мерлин, Кот и Эстель. Компания играла в карты. Белка сидела в серых шортах, поджав под себя ноги и ни на миг не отвлекаясь от партии. Она даже внимания на меня не обратила. Кусала губы и поглядывала в карты.
— Много забыл? Нас помнишь? — спросил Кот.
— Отчасти, — уклончиво ответил я. — Во что играете?
— Та битва магов, как всегда. Присоединишься?
— Правил не помню.
— Это не беда, напомним, — обрадовался Рейн. — Садись пока, и подумай про любимую стихию. У нас правда не все колоды есть.
— Этот бой только доиграем, — хмуро добавил Мерлин. — От позорного поражения вас уже ничто не спасёт.
— Да я никуда не спешу, — сказал я, тем более что желанием таким точно не страдал. Понять бы, что со мной и как теперь жить… — Кстати, а с нами в команде ведь ещё девушка была. Чёрные волосы, янтарные глаза…
— Ох… — помрачнел Рейн.
— Артур, не начинай опять, — с лёгким раздражением сказал Мерлин. — Это получается рецидив проклятия из-за чёртовой рыбы?
— Что-то не так? — спросил я. — Тебе ведь тоже рыба пилила мозг. Я понятия не имею сейчас, что было даже вчера.
— Не обращай внимания, эта жадная скотина просто надеется поскорее выиграть эту партию, — не глядя сообщила Белая. — Но этому не бывать.
— Да, было дело, ведьма тебя вроде как прокляла, — нехотя сказал Рейн. — Потом лечили тебя от одержимости ещё. И сны тебе с ней всякие снились. Но то давно было. Ещё когда ты в матросах ходил. Доктор Хельхе говорил, что ещё может всплыть.
— Вот как? И что случилось с той ведьмой?
— Так поймали её и на костре сожгли, ясное дело. Северный Флот своих в обиду не даст!
Я аж рот открыл.
Да ну к чёрту!
Тию⁈
Если ориентироваться на возможно ложную память, мой враг был псиоником. А подчинить мастера муши в трёх телах, одно из которых — суггестор Дина, а другое — окклюмент, заточенный на противостояние влиянию на разум… Даже у Рыбника возникла бы проблема.
Если он правда её как-то убил, сам пойдёт на корм рыбе.
А если это правда, и у меня проблемы с головой и память искажена морской тварью?
Логика и здравый смысл говорили, что путешествие по холодному морю шепчущих рыб смотрится реалистичней, чем мир слоёв-локаций с бесчисленным множеством монстров и меняющими тело машинами.
Такое место ведь не может существовать в реальности, верно?
4. Бюрократия, которую никто не любит
До игры дело не дошло.
Вскоре к нам пришёл высокий бородач, в котором я узнал Ариддарха. Он оказался нашим боцманом и сообщил новость, что начался штиль и корабль встал. А так быть ни в коем случае не должно.
Одной из особенностей Шепчущего моря было наличие существ, которые охотятся именно в эту погоду на остановившиеся корабли. А это значит, что нужно занимать места на вёслах.
Поспешно были сброшены на воду две шлюпки, привязанные линем. На них разместился почти весь небольшой экипаж. Как раз ровно на две шлюпки, в каждой из которых оставалось ещё немного свободного места. Процесс уже был налажен, видать такое случалось не в первый раз.
На лицах был страх — никто не хотел встретиться с той же рыбой, которая чуть не сожрала мне мозг, да и у остальных знатно подпортила память. Это видел и капитан, потому поспешил всех успокоить:
— Шепчущая рыба не охотится в штиль. Её голос беззвучен, за неё шепчут волны и в тишине она будет бессильна
Эти слова заставили половину экипажа вздохнуть с облегчением. Ровно пока боцман не добавил:
— Здесь будет рыбка покрупнее, которую лучше просто не провоцировать.
— Тогда может наоборот затаиться? — предложила рыжая Чайка.
— Многие думали так же и погорели на этом, навигатор, — мрачно усмехнулся он. — Эта рыба нацеливается на неподвижную цель и штопором плывет вверх за добычей.
Атмосфера в команде была дружеской, почти семейной. Моя должность первого помощника никак не влияла на отношение окружающих, а капитану относились, как к доброму дедушке.
Мысли о Тие, из-за которых я начал сомневаться в реальности происходящего, начали постепенно меня оставлять, но на моменте знакомства с командой они снова всплыли наружу.
— Р-раз — два! Р-аз — два! — быстро гребли без тени усталости, будто машины, два улыбающихся до ушей дендроморфа с выпученными глазами.
Такое зрелище сильно выбивало из атмосферы истории о корабле контрабандистов и выглядело как откровенный сюрреализм.
— А это… — начал было я, но услышал смех Чайки.
Рейн хлопнул меня по плечу.
— Дендроморфы — лучшие гребцы, — с гордостью сказал он. — Это я их нанял в команду.
Я ошарашенно посмотрел на него.
— Что, в памяти ничего не всплывает? — посочувствовал Рейн. — Я тоже удивлялся, когда попал под шепчущую рыбу. Но они классные ребята, привыкнешь.
Объяснять какую роль они играли в моей памяти я не стал, незачем. Менее дико всё это от того не выглядело. Правда, я их помнил некродендроидами, а здесь — будто сильно обезображенные жуткие люди.
— Манри, — представил Рейн главного из них.
— Нее… К. Добру… Это. — произнесло существо скрипучим голосом, делая большие паузы между словами.
— Вот-вот! Где остальные твои сородичи?
— На… другой… шлюпке…
— А есть ещё? — удивился я.
— Да, но остальные не такие общительные, — отмахнулся Рейн.
