сесть на седло в прыжке.
Айна удивленно повела бровями, но всё же подошла к лошади и, взяв за поводья, развернула её так, как попросил Саир. Аметист недовольно посмотрел на кучу овса, которой его внезапно лишили. Увидев это, Айна заботливо переместила корм ближе к нему и снова погладила по гриве.
- И что теперь? – спросила она.
- Ну это совсем никуда не годится, - возмущённо ответил Саир. – Ты поставила его очень криво: во-первых, одно ухо явно торчит выше другого, а, во-вторых, задние ноги заметно расходятся в стороны. Как на него прикажешь запрыгивать? У него же ноги сосем разойдутся при моём приземлении, и я скачусь с него, как с горки.
- Да, Саир прав. Так и будет, - добавил конюх, продолжая странно прищуриваться. – Ноги точно разойдутся. Испортите мне лошадь – будете платить всю стоимость.
Айна обошла Аметиста, встала со стороны Саира и присмотрелась.
- И где вы увидели криво? Ноги как ноги.
Саир с конюхом уже не могли сдерживать смех. Айна резко обернулась. На лице её проступила гремучая смесь гнева, разочарования и отвращения.
- Конченые дебилы, - она стремительно рванула в сторону дороги. – Как я вообще могла подумать и поверить...
- Извини, я ему был должен пару медяков, - крикнул ей вслед конюх. - Он обещал долг простить, если я подыграю ему.
Саир ударил с ним ладонь о ладонь, ловко забрался на Аметиста и догнал Айну уже верхом.
- Если ты думаешь, что это было смешно, то спешу разочаровать тебя, - сказала она, не глядя на Саира, ускоряя свой шаг. – Знаешь, я даже начинаю постепенно представлять, что на самом деле произошло с тобой детстве. Не было никакого Габула. В реальности тебя похитили те самые цыгане, посадили в клетку и запрещали смеяться, пока не вырастешь. Это единственное объяснение происходящему.
- Ну не сердись, крошка. Я просто хотел слегка разрядить атмосферу, - Саир продолжал глухо ржать себе под нос. – Я и представить себе не мог сначала, что ты поверишь.
- А знаешь, стрелок, тебе удалось задуманное. Ты разрядил атмосферу так эффективно, что твоя поездка отменяется. Я разрываю наш с тобой контракт. Всяко лучше, чем попасть по пути в передрягу. Справлюсь как-нибудь сама. Или найду того, у кого в голове обитает кто-нибудь помудрее, чем объевшийся перебродивших ягод снегирь. Пусть даже стрелять он будет хуже тебя.
- А почему именно «он»? – Саир удивленно посмотрел на Айну, продолжая ехать верхом рядом с ней. – Я начинаю ревновать. Пусть новый стрелок будет «она». Среди дам тоже встречаются замечательные лучники. Да ты и сама, наверное, неплохо стреляешь. С таким то луком, как у тебя.
- Это я сама решу. А сейчас пойду к Майдару, заберу обратно свои деньги и к вечеру ноги моей здесь больше не будет, - от возмущения она пнула валявшуюся на земле ветку, спугнув этим бросившегося прочь уличного кота, который нырнул в ближайшую дыру в заборе.
- Это твоя самая удачная шутка за сегодня, крошка. - Саир снова стал смеяться.
- Какая именно?
- Попросить Майдара вернуть деньги обратно. Если ты имеешь в виду те тридцать золотых, которые сегодня отдала ему, то просто забудь о них. Он их уже пощупал, подержал в руках. Изучил все вмятинки и зазубринки на драгоценном металле. Провёл своими пальцами по гурту, сосчитав количество насечек на каждой из монет. Отобрать у него деньги сейчас - это всё-равно как отнять любимую игрушку у трёхлетки. Даже если бы Майдар был уже мёртв и лежал глубоко под землей, тебе пришлось бы драться с ним, чтобы вернуть их обратно. Но, насколько мне известно, Майдар пока что живее всех живых.
- Отлично, - она ещё больше ускорила шаг. – Тогда ты вернёшь мне долг сам, иначе я разобью склянку через две недели.
- Стоп, стоп, стоп. Кажется, твой посвящённый дядя не до конца посвятил тебя в премудрости игры. Конечно, я верну тебе долг. Только не деньгами, а выстрелив куда-то там и где-то там. Понимаешь ли, кара Ашнавара работает только на тот вид долга, который заложен в ней в момент закупоривания пробки. Изменить условия нельзя, крошка.
Айна остановилась и уставилась на его довольное лицо. Ей вдруг ужасно захотелось разрисовать его чем-нибудь, добавив к анфасу пару ярко-фиолетовых фингалов, сиреневых разводов и смешные усы, но под рукой не оказалось ничего, чем бы это можно сделать.
- Так что придётся нам привыкать к слабостям и странностям друг друга, - продолжил он, спешиваясь с Аметиста на землю.
Мысль в её голове промелькнула как стрела. Она резко наступила ему на левую ногу и тут же отступила назад. Саир от неожиданности резко отскочил в сторону, едва не упав под забор.
– Что это было сейчас?
- А это одна из моих слабостей, стрелок, - ответила она. – Привыкай. Люблю наступать на ноги при виде идиотских довольных рож. Ты же сказал, что нам надо приспосабливаться к слабостям и странностям друг друга. Так что считай, что процесс пошёл. А теперь оставь меня в покое на время.
Она зашагала быстрым шагом прочь, но потом резко остановилась и обернулась.
- Хотя, знаешь - в одном ты был прав. Раз избавиться от тебя быстро не получится, стоит хотя бы изучить друг друга получше. Встретимся сегодня вечером в таверне, сразу после шестой склянки. Да и жрать уже сильно хочется.
Саир дождался, пока её силуэт не скроется за поворотом.
