Вик заметила его пренебрежительный взгляд, брошенный в сторону их непрезентабельной мебели, и ей стало стыдно. Но разве она виновата в том, что они так бедно живут? И потом, «бедность – не порок», как часто говаривал ее отец. Впрочем, не все так считают. Вот, например, Виолетта Саймон и ее отец думают совсем по-другому…
Вик поставила перед Габриэлем щербатую кружку.
– У нас очень скромно, – пробормотала она. – Вы, наверное, привыкли к другой обстановке…
– Не буду врать, – немного снисходительно улыбнулся Габриэль, – привык… Но в вашем доме есть своя грубоватая красота. Непременно вверну это в свой новый роман…
Вик нравилось то, как он говорил. Небрежно и просто. Наверное, так же он пишет и свои книги… Она заметила, что Габриэль не разделся, и предложила ему сделать это.
– У нас здесь жарко, – смущенно улыбнулась она. – Через несколько минут вы превратитесь в вареного рака…
– В вареного рака? – засмеялся Габриэль. Похоже, и это он собрался «ввернуть» в один из романов…
Вик стало немного не по себе. На мгновение она почувствовала себя букашкой, ползающей под пытливым оком ученого. Какие противоречивые чувства испытывает она к Габриэлю! С одной стороны, он близок ей, с другой – так невероятно далек… С одной стороны, ей легко с ним, с другой же – невероятно сложно…
Она принесла Габриэлю тарелку с пирогами, на ходу лихорадочно обдумывая, о чем они будут говорить. Тогда, в машине, все казалось таким простым, а теперь… Теперь она волновалась и из-за нищенского убранства комнаты, и из-за своего нелепого мешковатого платья, и из-за своей речи. Да и Габриэль смотрел на нее совершенно другими глазами…
Когда он разделся, Вик поняла, почему его облик казался ей таким знакомым. Длинные волосы Габа, его стройная фигура, – все это пригрезилось ей тогда, у Анны… Сердце Вик учащенно забилось. Разве такое бывает? Разве можно увидеть мужчину своей мечты еще до того, как он появился в твоей жизни?
Впрочем, Вик не так уж была уверена, что Габриэль – мужчина ее мечты… Да, он очень красив: серо-голубые, как дымчатые топазы, глаза, гордый профиль, роскошные пепельные волосы, достигающие лопаток – таким позавидовала бы даже женщина. К тому же прекрасная речь, обаяние, шарм… Но все же… все же чего-то ему недоставало. И Вик никак не могла понять, чего именно.
Габ подписал ей одну из своих книг – оказалось, что он пишет детективы. Вик не слишком любила этот жанр, но все же ей было очень приятно: у нее в гостях побывал настоящий писатель, который, к тому же, подарил ей свое произведение… Вик подумала, что непременно прочитает его. Возможно, так она сможет немного больше узнать о Габриэле, о его привычках, его мыслях, его потаенных желаниях. Она поблагодарила Габа и подарила ему лучезарную улыбку.
Габриэль залюбовался девушкой. Она красива, как распускающийся полевой цветок. Сорвать бы его и засунуть в петлицу… И, хоть он быстро увянет, как и все цветы, Габриэль поместит его в свою коллекцию… А ее синие глаза! Как они хороши, когда Вик смотрит на него с таким восхищением! И неудивительно, ведь для нее он – известный писатель и красивый мужчина… Разве она встретит такого в своей деревушке?
Раздался стук в дверь, и Вик вздрогнула. С приходом Габриэля она совсем позабыла о своих друзьях. Это наверняка они! Что они подумают, когда увидят у нее незнакомого мужчину, да еще и такого красавца! Как она объяснит им его появление?! Ведь она и словом не обмолвилась о том, что произошло с ней в Пингтоне…
– Я сейчас… – Вик оставила Габриэля и бросилась открывать дверь.
Друзья вошли в дом и, не заметив Габриэля, принялись наперебой рассказывать о том, что кот миссис Морган напился валерьянки и теперь прыгает по ее саду, как безумный, а сама хозяйка страшно ругается, пытаясь его поймать.
– Если бы ты слышала, какие богохульства раздавались из уст миссис Морган! – хохоча, рассказывал Питер. – Если бы их слышал мистер Миглс! После этого он никогда бы не стал слушать старую ворчунью!
Питер хотел добавить что-то еще, но осекся, заметив Габриэля. Взгляды Анны и Мины немедленно устремились в ту же сторону. Троица смолкла. Повисла неловкая пауза. Вик ужасно хотела сказать что-нибудь, что принято говорить в таких случаях, но ни одной достойной случая фразы не приходило в голову. Она чувствовала себя виноватой, хоть и ни в чем не провинилась перед друзьями. Ей стоило больших усилий взять себя в руки, связать нити разорванных мыслей и наконец-то представить Габа друзьям. Или друзей Габу…
– Это Габриэль, – натянуто улыбнулась Вик. – Можно просто – Габ. А это – Анна, Мина и Питер, мои друзья.
– Очень приятно, – спокойно произнес Габриэль. Казалось, его ничуть не смущало то, что тяготило всех остальных. Однако он заметил волнение Вик и поспешил объяснить свое появление ее друзьям. – Я – правнук Олова Ланкета. Приехал… погостить в его доме. Я здесь почти никого не знаю, а с Вик познакомился случайно. Вот и решил заглянуть в гости… – Он улыбнулся, пытаясь расположить к себе троицу. Но те по-прежнему держались натянуто и как будто совсем не были рады новому знакомству. Но по виду Габа нельзя было сказать, что он заметил их настроение. – Надеюсь, я не помешал вашему собранию? Не хочется быть лишним. Пятым лишним, – улыбнулся он.
Не ответить на такой вопрос было бы невежливо. Мина улыбнулась в ответ Габриэлю и произнесла, тряхнув золотистыми кудрями:
– Нет, что вы… У нас все по-простому. Мы всегда охотно принимаем тех, кто заходит на огонек.
Вик усадила друзей за стол. Горячий чай, пирожки и беседа немного разрядили атмосферу. Габ рассказывал о себе, а девушки наперебой расспрашивали его о жизни в больших городах, где ни одна из них не бывала. Один только Питер сидел в углу и бросал на Габа раздраженные взгляды. Вик догадалась, что он ревнует к нему Мину.
Однако глаза и мысли Габа были заняты вовсе не хорошенькой Миной, а Вик, каштановые локоны которой, пахнущие медом и яблоками, сводили его с ума.
Долго ли продлится это безумие? Он и сам не мог ответить на этот вопрос. Обычно оно было кратковременным. Все-таки, Габриэль Ланкет жил рассудком, а не чувствами… Чувства вспыхивали ненадолго, но быстро потухали, как робкое пламя свечи, затушенное легковесным ветерком. Он не умел увлекаться надолго. И, наверное, не умел любить. Во всяком случае, так думали те женщины, которые согревали его холодными ночами…
Фрэд Миглс не мог не поинтересоваться, откуда на полке у его дочери появился новый роман с подписью автора. Вик не любила, да и не умела лгать. Краснея, она рассказала отцу всю историю ее знакомства с Габриэлем Ланкетом. Хмурое лицо отца не оставляло сомнений в том, что он недоволен ее рассказом. Когда Вик закончила, Фрэд порывисто поднялся со стула и стукнул кулаком по столу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
