– Ух, ты… – восхитилась Вик. – Она и раньше видела этот перстенек у сестры, но Аннабель почему-то просила не говорить о нем отцу. – А откуда он у тебя?
Аннабель присела на стул, рядом с сестрой и грустно улыбнулась.
– Ты почти не помнишь маму… Ведь ты была совсем маленькой… А я прекрасно помню тот день, когда она ушла от нас, – печально произнесла она. – Мама собиралась быстро. Она даже не видела, что я наблюдаю за ней. А я стояла в углу и тихо плакала, глядя, как она уходит из нашей жизни. Когда мама заметила меня, она подошла, обняла меня и сказала: «Не плачь, дочка, я обязательно вернусь». Но я понимала, что мама уходит навсегда. Я заставила себя утереть слезы и улыбнуться матери. Мне не хотелось, чтобы она запомнила меня плачущей. Тогда мама сняла с пальца это кольцо и протянула его мне. Она сказала: «Береги его. И не показывай отцу. Он будет очень сердит на меня, и лучше ему не знать, что у тебя есть мой подарок». Все эти годы я берегла перстень и почти не надевала его. А теперь понимаю, что зря. Его нужно было носить…
Аннабель вздохнула. Вик видела, что в ее глазах застыли слезы. Она понимала, как нелегко сестре расставаться с подарком матери, и собралась было отказаться от перстня, но сестра, предугадав ее возражения, сказала:
– Даже не думай спорить. Я не сегодня это решила… Я чувствую, что мне нужно отдать его. Чувствую, что тебе он нужнее… Не спрашивай, я и сама не знаю, откуда это чувство… Просто хочу, чтобы у тебя было что-то на память обо мне и о нашей маме…
– Ну с тобой мы видимся не в последний раз, – улыбнулась Вик сестре. Она полюбовалась перстеньком и надела его на безымянный палец. – В самый раз!
– А мне оно было чуть-чуть маловато, – без тени досады ответила Аннабель.
Они еще долго сидели на кухне. Вик уплетала вкусные пирожки и болтала с сестрой. И только когда стемнело, она вспомнила об отце, который наверняка разволновался из-за ее долгого отсутствия. Последний автобус в Уиллхэйз уходил через полчаса. Вик поспешно оделась и, попрощавшись с сестрой, выбежала из дома.
Эмиса все еще не было. Наверняка пошел ублажать очередную любовницу, ночевать не вернется. Аннабель будет плакать всю ночь, орошая слезами подушку. Вик почувствовала, как на душе снова стало грустно. И не только грустно. Порывом ледяного пронизывающего ветра в душу ворвалась тревога…
– Черт побери! – воскликнула Вик, увидев, как пузатый автобус торопливо исчезает за поворотом. – Ну это надо же!
В сердцах она пнула ногой сугроб, и снег разлетелся в разные стороны, искрясь в свете фонаря, как алмазная пыль.
Вик обдумала сложившуюся ситуацию и пришла к неутешительным выводам. Во-первых, отец поседеет за эту ночь. Наверняка он решит, что с Вик что-то случилось. Если бы в их доме было электричество, она смогла бы позвонить. Но нет – отец считал, что это слишком дорого. «Наши предки жили без электричества и бед не знали. Значит, и мы проживем…» Какая глупость!
Во-вторых, возвращаться к сестре и встречаться с Эмисом Вик совсем не хотелось. Правда, Эмис, скорее всего, заночует у какой-нибудь подружки. Но закон подлости – есть закон подлости. Если уж перед ее носом ушел последний автобус, то Эмис наверняка вернется домой.
Вик почувствовала, что ноги в новеньких кожаных сапожках – она специально берегла их для поездки в Пингтон – начинают мерзнуть. Хорошо, хоть ветра нет, подумала она. А ведь отец предупреждал ее, что она замерзнет в тоненьком пальтишке, отороченном мехом. Но Вик не слушала. Да и откуда она могла знать, что так заболтается с сестрой и опоздает на последний автобус? А надо было… И все-таки, что же ей делать?
Она огляделась вокруг. Ни одного неудачливого пассажира. Только Вик… Как обычно, в своем репертуаре, сказал бы ее отец. Вик с тоской осознала, что еще несколько минут – и решение придет само собой. Ей придется идти к сестре, как ни крути. Потому что пальцы на ногах и на руках потихоньку превращаются в сосульки.
Вик обреченно вздохнула и развернулась спиной к покосившемуся знаку остановки. Ночевка в доме Эмиса неизбежна. Хорошо бы удалось избежать встречи с самим хозяином дома…
Внезапно Вик услышала шум мотора. В голове робким огоньком высветилась надежда: а вдруг автобус? Внеочередной автобус, который приходит в полночь? Нет, бред, конечно, но все же стоит обернуться и посмотреть. Что Вик и сделала.
Огонек надежды тут же погас, не успев разгореться. Мимо Вик проехала машина, дорогая и хорошая, такая, каких Вик не видела не то что в Уиллхэйзе, но и в Пингтоне. Наверное, водитель проездом в Пингтоне, догадалась она. Откуда-то из крупных городов, которых Вик никогда не видела. Она еще раз вздохнула, подумав о городах, и собралась было продолжить свое печальное шествие к сестре, но тут машина резко затормозила.
Дверца машины открылась и из нее высунулась голова в большой меховой шапке.
– Мисс! – Голова окликнула ее мужским голосом.
Вик насторожилась. Отец советовал ей никогда не заговаривать с незнакомцами, и теперь Вик раздирали сомнения. Ответить или уйти? Уйти – слишком невежливо, ведь кроме нее на остановке нет никаких «мисс», да и «мистеров» тоже. А вдруг этому человеку нужна помощь? Но отец… Он явно не одобрил бы такое поведение дочери. Так ответить ей или уйти?
– Послушайте, мисс! Может быть, вы подскажете мне, как добраться до Уиллхэйза? – обратилась к ней меховая голова.
Ответить, решила Вик. Что такого, если она покажет дорогу приезжему? К тому же не просто дорогу, а дорогу в родную деревню. Все еще сомневаясь, Вик приблизилась к машине. За головой, торчащей из машины, показалось и тело, причем довольно стройное молодое тело в облегающей куртке, которую сложно было назвать теплой. Приезжий, окончательно убедилась Вик. Только приезжий может надеть такую куртку, потому что не знает о морозах, которыми славятся предместья Пингтона.
– Добрый вечер… – робко поздоровалась она с молодым человеком, выбравшимся из машины.
– Скорее, ночь, – улыбнулся незнакомец. Улыбка у него была красивой, но какой-то женственной. Тонкие губы, большие глубокие глаза серого… или голубого цвета… Какого именно, Вик так и не смогла разобраться… Крупный нос, немного заостренный к кончику… В общем, красивый парень… Вик показалось, что его облик чем-то ей знаком. Словно она уже видела где-то этого парня… Но это исключено. Она не бывала нигде, кроме Пингтона. А он явно не был ни уроженцем Пингтона, ни, тем более, Уиллхэйза… – Любите гулять по полночным улицам? – подмигнул он Вик.
– Нет… – Она кивнула на сумку, полную книжек и продуктов. – Люблю опаздывать на последний автобус…
Незнакомец улыбнулся, оценив ее шутку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
