Сквозь свист ворвавшегося ветра Вик отчетливо слышала биение своего сердца. Оно билось так громко, что ей казалось, – оно вот-вот вырвется из грудной клетки и выпрыгнет наружу. Она чувствовала безотчетный страх, хоть и понимала, что это – всего лишь ветер, холодный ветер, распахнувший окно… Вик уговаривала себя встать и закрыть форточку, но холод будто проник в ее кости, превратил их в сосульки. Она не могла пошевелиться, ей казалось – одно движение, и ее тело разобьется на осколки…
И вдруг… вдруг Вик увидела чью-то тень, мужской силуэт, мелькнувший в оконном проеме. Длинноволосый парень со статным и гибким телом… Таких она ни разу не видела в Уиллхэйз. Кто он?! Как он попал сюда?! Вик вглядывалась в смутные очертания его лица, фигуры и чувствовала, как страх потихоньку отползает прочь, уступая место любопытству… нет, не любопытству… волнению… нет, пожалуй, и не волнению…
– Ну вот и все… – услышала Вик и увидела, как чья-то рука закрывает окно и возвращает на прежнее место взбунтовавшиеся шторы. – Признайся, Анна, ты хотела нас напугать? Или заморозить? Или и то и другое одновременно? – Голос принадлежал Питеру.
Питер помог Мине зажечь свечки. На бледном лице девушки появилось подобие улыбки.
– Да, Анна, – выдавила из себя Мина, – признавайся. Ты все подстроила?
Вик сидела и слушала друзей, не в силах вымолвить ни слова. Анна была напугана и поражена не меньше ее.
– Как я могла это подстроить?! – возмутилась она, заправляя за уши темные пряди волос, разметавшиеся от ветра. – Вызвать ветер и заставить его открыть окно? Между прочим, окна были закрыты на щеколду…
– Так мы тебе и поверили! Рассказывай!
– А вы… ничего не видели? – с сомнением в голосе спросила Вик. Ее скептически настроенные друзья едва ли оценили бы рассказ о длинноволосом незнакомце, притаившемся за окном.
– А что мы должны были увидеть? – поинтересовалась Мина. – Привидение? Или Намию Скрим, летящую на метле?
– Ну… – с деланной невозмутимостью улыбнулась Вик. – Вряд ли Намия почтила бы нас своим присутствием. Для нее гадания – мелкие шалости. Правда, Анна?
Анна вынуждена была согласиться. За Намией Скрим в деревушке Уиллхэйз прочно закрепилась репутация настоящей колдуньи. И, конечно, мысль о том, что она решила наведаться в гости к Анне, была смешной.
Вик поняла, что ей не стоит говорить о том, что она видела в оконном проеме. Друзья засмеяли бы ее так же как Анну. Мина слишком хотела выглядеть скептиком, свободным от суеверий. А Питер вряд ли отстал бы от нее.
С Анной Вик сможет поговорить позже, если, конечно, не передумает. Хотя, зачем? Скорее всего, этим таинственным незнакомцем был Питер, который закрыл окно. Фантазия Вик дорисовала ему длинные волосы и гибкое тело… Конечно, так все и было…
– Кстати, насчет Намии Скрим, – оседлала Мина своего любимого конька. – Ты, Анна, случайно не путаешься с этой старухой? Смотри, мой дед рассказывал мне, что Намии уже больше ста лет. И еще, что она может превратить человека в жука… или паука… Не боишься, Анна?
Вик улыбнулась. Мина опять взялась за колкости. И, надо сказать, это было куда приятнее свиста ветра в ушах и стука сердца, бьющегося так, будто оно вот-вот выпрыгнет из груди…
2
Вик обожала поездки в город и никогда не упускала возможности прокатиться с ветерком на маленьком пузатом автобусе, полностью заклеенном пестрыми рекламными плакатами. Отец доверял ей настолько, что всегда отпускал ее одну. Пингтон находился в двух часах езды от деревни Уиллхэйз, и там было столько всякой всячины!
В небольшом книжном магазинчике Вик стала уже постоянным клиентом – раз в две недели она неизменно покупала пять тоненьких книжек «сомнительного содержания», как любил говорить ее отец. Но Вик так не думала, хотя читала не только бульварное чтиво, но и авторов классических произведений. Ей казалось, что любовные романы не только скрашивают ее довольно скучную жизнь, но и учат ее лучше разбираться в людях.
Правда, Аннабель, ее сестре, это не помогло. Ее муж поначалу производил впечатление хорошего парня. Но, увы, раскрыл свою истинную сущность только после того, как женился на Аннабель. Он оказался лентяем, донжуаном, но и это не исчерпывало список его недостатков. Эмис был довольно вспыльчивым человеком, и, если ему что-то не нравилось в Аннабель, он не пренебрегал и физической силой.
Вик очень любила сестру и сочувствовала ей. Они вместе с отцом помогали Аннабель и неоднократно уговаривали ее вернуться домой, в Уиллхэйз. Но Аннабель упрямо отказывалась. Она считала, что если и сможет где-то найти место в жизни, то только не в этой деревушке, окруженной лесами.
Правда, в Пингтоне она добилась немногого – место официантки в маленьком кафе позволяло ей с трудом сводить концы с концами. Эмис, ее муж, не работал, но создавал видимость кипучей деятельности. Он постоянно брал взаймы у знакомых и открывал какое-то «новое дело», каждый раз сообщая Аннабель, что оно принесет кучу прибыли. Но в маленьком Пингтоне не так-то просто было заработать. Дела Эмиса, совершенно бестолкового бизнесмена, постоянно прогорали, а Аннабель работала в две смены, чтобы рассчитаться с долгами. Помимо этого ей приходилось ублажать грозного мужа, прислуживать ему и делать вид, что она довольна жизнью и счастлива рядом с ним.
Вик совершенно не понимала таких отношений и надеялась, что в ее жизни все будет совершенно по-другому. Но пока среди своих сверстников, деревенских ребят, она не видела того единственного, с которым ей бы захотелось не то что вступить в брак, а просто-напросто «закрутить», как любила выражаться Мина.
Первым делом Вик, конечно же, заглянула в книжный. Продавец тотчас же присоветовал ей новинку – роман «Тайна обращенных», одно название которого пробуждало в Вик воспоминание о вчерашнем вечере у Анны. Она взяла еще четыре книжки и поспешила на рынок. Ведь ей еще нужно было успеть к сестре, которая всю неделю ждала ее приезда…
Подруг у Аннабель не было. Да и когда бы она успела ими обзавестись? В кутерьме бесконечных домашних дел и работы Аннабель не успевала даже позаботиться о своей внешности. Вик неоднократно высказывала сестре свое «фи» насчет старенького халата и замызганных, когда-то розовых, тапочек, которые теперь по цвету напоминали жевательную резинку, хорошенько извалянную в песке. Но Аннабель только грустно опускала голову и пожимала плечами. Что она может сделать, когда Эмис хочет бифштекс с яйцом, куриную грудку, вымоченную в майонезе, когда Эмис ворчит, что в доме не прибрано, потому что на блестящей полировке отпечатались следы его сальных пальцев и банки пива, которую он обычно ставит на стол, когда Эмис еще не рассчитался с прежними долгами и уже наделал будущих, когда Эмис… Перечень требований Эмиса мог продолжаться до бесконечности…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
